Шоу-бизнес исторгает из себя музыку

Несмотря на то, что музыка, искусство вообще — это по определению территория свободы, такие понятия, как "неформат", "стиль музыки" прочно вошли в нашу жизнь и ограничили как творцов, так и поклонников. О том, легко ли талантам выживать в мире шоу-бизнеса, Pravda.Ru рассказал композитор, руководитель группы "Pervoe Solnce" Владимир Голоухов.

— Владимир, музыкой принято наслаждаться, но сейчас ее все чаще используют как довольно эффективный инструмент воздействия на клиента. С помощью музыки можно создать совершенно особую, располагающую к тратам атмосферу. Хорошо это или плохо? Это — во благо или способ обмана?

— Я не склонен трагедизировать ту ситуацию, что музыка служит в прикладной сфере, в фитнес-клубах и торговых центрах. Еще лет 30 назад во всех парикмахерских, да и во всех приличных для того времени местах звучала классическая музыка. Повсеместно на радио "по заявкам тружеников села" или каких-то городов звучал Рахманинов, Шопен, Шуман…

Наверное, не стоит преувеличивать значение музыки для людей, находящихся в местах общедоступного пользования.

Ничего в этом страшного нет, и к сожалению, не очень-то это воспитывает и влияет. Ну, в супермаркетах сам Бог велел людей успокоить и дать понять, где они находятся, что это место для приятного время препровождения, чтобы они что-то делали, покупали, не задумывались о часах. Может, и хорошо, когда музыка звучит везде приглушенно.

Но есть музыкальные произведения, которые нужно слушать подготовившись, настроившись, потому что искусство — вообще за пределами нашего уровня, нашего обычного состояния, поэтому мы идем в искусство, чтобы что-то понять вне нашего суетливого движения. И в этом плане музыка играет важнейшую роль, музыка должна к чему-то нас сподвигать и двигать. Я соглашусь, что важно ее не замыливать, а преподносить как дар и возможность что-то понять про себя.

— Вам как композитору не мешает эта фоновая, не всегда даже музыка, а такой спецшум? Не напрягает, агрессивно не воздействует?

 - Есть определенные фильтры внутри. Я думаю, что они есть у каждого. Да и ситуация немножко меняется в лучшую сторону. Можно еще на бензоколонках встретить громкий и примитивный набор музыкальных длительностей, но в целом, в крупных сетевых супермаркетах действительно что-то происходит.

Мне кажется, что люди, которые более информационно развиты, впитывают в себя различные культуры, привносят элементы хорошего вкуса. Я это приветствую. Не звучит, конечно, Скрябин в "Леруа Мерлен". Но все-таки в основном эта музыка приятно воздействует, и я не вижу в этом подвоха.

— А нужно воспитывать людей для лучшего понимания музыки?

— Я боюсь уйти в большие тонкости музыкального языка. Иоганн Себастьян Бах очень любил альт, но его очень трудно услышать простому человеку. Как правило, мы привыкли к тому, что слышим барабан, когда он дает ритм, и мелодию, чтобы она запоминалась. А ведь это только верхушка айсберга, сама ткань музыкальная, то что происходит внутри, контрапунктом, подголосок — все это составляет основу музыки. Поэтому не можешь понять, что происходит, задерживаешь дыхание, когда слушаешь даже из современных, скажем, Морриконе или Артемьева. А почему?

Вроде простая мелодия, а это — аранжировка, правильно построенный тембр, музыкальный язык, накопленный бэкграунд, там очень много прослушано, проанализировано. И это все сказывается на музыкальном произведении.

Этому нужно учиться, конечно, нужно слушать хорошую музыку. Может быть, начинать надо с барокко, с итальянцев. Сложно сразу сесть и прослушать Вагнера. А Вивальди, Скарлатти, Верди "Пастушки" запоешь тут же в унисон под душем.

— У вас самого часто звучит музыка? Зависит ли это от обстановки? Чаще среди людей или на природе?

 - Я очень люблю уединение. И сейчас даже заставляю себя поддерживать внутреннюю пустоту и тишину. Я вижу огромное количество людей, которые ходят в наушниках. Я не осуждаю это, но они без конца находятся в этом ритмичном шуме. И рецепторы — так называемые реснички ниспадают, они уже не могут после этого что-то другое воспринимать, происходит их увядание.

Мне кажется, что для некоторых людей необходимо хотя бы час-два в день послушать тишину, природу, если есть такая возможность.

Кто-то очень верно сказал, что лучшая музыка — это тишина. Тишина — это фон, это как лист бумаги, и там уже рождается каллиграфия, росчерк моцартовского музыкального пера, ты понимаешь, что каждый звук — это событие, явление.

— В прессе я прочитала, что "тот стиль, который ваша группа избрала, очень нестандартный, пограничный", "видят причудливую смесь фьюжн, лаунж, разных эстрадных новых стилей, новое танго, в том числе". "Cами себя вы представляете как коллектив акустического синематографа". Ведь у киномузыки вполне прикладная функция? Очень интересно, в контексте того, что вы сказали, зачем нужно было именно так себя позиционировать?

— По-моему, Хемингуэй сказал, пиши тогда, когда не можешь не писать, можешь не писать — не пиши. Вот у меня — то же. Я не знал, что это за стиль, которым я хочу выражаться, ибо мне нравится очень много разной музыки. И эта музыка открывает во мне, как, наверное, в каждом человеке, какие-то новые грани. Здесь — что-то Морриконе, тут — джазовая музыка, рядом может быть что-то даже из рока, из фолка. Я сыграл букет: здесь и ромашка, и флокс, и незабудка.

У нас сейчас так устроено, что когда ты в формате, понятно, в каком ты стиле. Есть конкретная данность — тебя легко и естественно положить на определенную полочку, на какое-то место, где привычно уже рука тянется у покупателя и у слушателя, и тебя ставят. А то, что делаю я, неформат.

Когда создавали коллектив, я вообще не был уверен, как его примут и что это будет. Просто мне хотелось выразить то, что у меня находится внутри. И я, конечно, очень сильно волновался, потому что я не знал, ну как все это назвать? А потом я понял, что под ту музыку, которую мы создаем, которую я пишу, возникают действительно какие-то кинематографические отрывки из жизни.

В детстве очень часто я ехал на автобусе в школу почти от одной конечной станции до другой. Я любил занять место у окошка. Окошко менялось, то была изморозь зимняя, то дождик скатывался весенний, и пейзажи за стеклом менялись. И когда долго смотришь и смотришь, в голове возникает какая-то мелодия, подходящая под этот пейзаж, она тоже меняется, смотришь на людей, немножко абстрагируешься: я не здесь, а потом очухиваешься, потому что получаешь двойку за то, что невнимателен на уроке.

Я всегда был мечтателем, даже сейчас я не здесь. У меня такое ощущение, что время где-то вполовину. Это очень плохо, потому что достаточно рассеянности. Я какие-то мелкие вещи забываю. Но это такое путешествие, прогулка по разным мирам.

Мне только недавно стали говорить, что я композитор. Для меня это как-то даже немножко непривычно. Композитор, в моем понимании, немножко такой с бешеным взглядом, встает в 4 утра, сочиняет сложные построения и радуется, что нашел рококо для фуги, и что теперь фестиваль "Московская осень" будет говорить: "Как это сложно, это не понятно, это прекрасно".

Нет, ко мне это не относится, я бы хотел, чтобы то, что мы делаем, напевалось, чтобы это можно было в машине послушать, что бы это было для всех. Я не знаю, может быть в моих устах, это странно звучит. — Музыка для всех, значит она очень простая, никакая. Шлягер.

Я задумываюсь, а вот простота, может быть, тоже имеет какие-то категории, как понятие снега для эскимосов. В простоте может быть все. Простота и доступность замысла, но при этом достаточная сложность в форме и гармонии, или вообще отсутствие какого-либо замысла, просто желание сотрясти воздух. Тоже вроде просто. Вот зажми себе палец дверью и кричи, так просто, не надо знать гармонии, но ты эмоции свои выражаешь. Это вопросы, скорее самому себе, но и вам тоже, дорогие друзья.

— Каким вы представляете идеальное место для прослушивания музыки вообще и вашей в частности?

У меня есть два ответа на этот вопрос. Первый, конечно, малая сцена театра Ермоловой. Нам очень повезло, Олег Евгеньевич Меньшиков соболиную шубу с плеч сорвал и расстелил: выступайте! Это прекрасно!

А второй ответ: это хороший звук. А хороший звук — это мощный и тихий, чтобы можно было и общаться, разговаривать, и он не давил бы. Конечно, пленер, чтобы дети бегали-возились, чтобы играла музыка, чтобы в паузах свистела птичка… Прекрасно!

Читайте также: 

Классическая музыка дарует здоровье

Рассказки про оперные чудеса

Музыка эволюционирует по законам биологии

Подготовил к публикации Юрий Кондратьев

Беседовала 

 

 

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Юлия Мостовая, известная на Украине журналистка, редактор киевского еженедельника "Зеркало недели", опубликовала на страницах издания свою статью, которую уже окрестили "криком боли" и рассказом "о любви и надежде", хотя, скорее, длинный текст Мостовой напоминает рассказ "о минуте прозрения".

Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать

Юлия Мостовая, известная на Украине журналистка, редактор киевского еженедельника "Зеркало недели", опубликовала на страницах издания свою статью, которую уже окрестили "криком боли" и рассказом "о любви и надежде", хотя, скорее, длинный текст Мостовой напоминает рассказ "о минуте прозрения".

Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Комментарии
Ким Чен Ын "зауважал" Америку, Россия будет уходить от доллара и другие главные события 23 августа
Астрономы поймали сигнал от облака метанола в соседней галактике
Изучение языков вызывает прирост мозга
Оппозиция решила попиариться на Серебренникове
Как нацисты создавали миф о Сталинграде
Иран будет бороться с "американским терроризмом" на Ближнем Востоке
Кто и почему отказывается от ГМО-продуктов
Поражение правительства Асада уже невозможно — Михаил АЛЕКСАНДРОВ
Познер призвал разрешить продажу наркотиков всем желающим
Как нацисты создавали миф о Сталинграде
В России не хватает денег, чтобы выдворить мигрантов
ФАС проверит российские авиакомпании на предмет ценового сговора
Как нацисты создавали миф о Сталинграде
Подробности атаки ИГИЛ на Росгвардию в Чечне: есть убитые
В ближайшие 100 лет Россия будет жить без ГМО
Опрос: поддерживают ли россияне легализацию наркотиков
Полиция России готовит "супердепортацию" мигрантов
Российские авиакомпании хотят заставить платить за провоз телефонов и зонтов
Как нацисты создавали миф о Сталинграде
Кто и почему отказывается от ГМО-продуктов
Кто и почему отказывается от ГМО-продуктов