В чём исторический смысл конституционной реформы

Почему в СССР все-таки удалось сформировать единую нацию? Что ее отличает? Какие еще положения надо закрепить в Конституции России? И действительно ли надо там что-то прописывать, если на практике далеко не все выполняется? Все эти и многие другие важные темы в прямом эфире обсудили председатель совета директоров "Правды.Ру" Вадим Горшенин и известный политик и учёный Сергей Бабурин.

Сергей Бабурин: Русский мир, Конституция и пандемия

Читайте начало интервью:

Сергей Бабурин: безоговорочно приветствую реформы, хотя они неоднозначны

Россия первая в мире закрепила права и свободы в Конституции

— Сергей Николаевич, мы на самом деле — единая нация.

— Единая нация, это действительно так.

— Так и должно быть, и в Советском Союзе была единая нация, которую потом разделили.

У нас — не "Dura lex, sed lex", а справедливость

И у нашей нации есть единая черта независимо от этнического происхождения — у нас такой чертой является чувство справедливости. Вот если западная цивилизация строится на законе "Dura lex, sed lex", — как говорили римляне. Его упрощенно переводили по-разному, но, если все-таки буквально и полно: "Закон не просто суров, а закон дурной, но это закон, его будем соблюдать".

А у нас — нет, у нас не зря говорилось, что есть русская правда, так всегда было со времен древних наших предков.

И если жить по правде и по совести, то значит, нужно создавать нравственное государство. Давайте учиться этому у мусульман. Пока есть единственное в мире государство, которое я бы отнес к нравственным, нравится кому-то или нет, это — Исламская Республика Иран.

Не потому, что там религия упомянута, религия упомянута во многих конституциях. У нас тоже достижение — упомянули о Боге. С точки зрения нашего общества, это, конечно, достижение — это все-таки возвращение к истокам, но на самом деле это мало что меняет, если не будет меняться другое.

В Конституции Исламской Республики Иран первой обязанностью правительства является забота о духовной и нравственной жизни жителей, о сохранении ценностей семьи и ценностей всего общества. И наконец-то эти нормы и у нас появляются тоже в Конституции, вот для меня это — именины сердца.

— Вы совершенно справедливо сказали о закреплении нормы прожиточного минимума и других социальных гарантий. Но ведь главная проблема в том, что Конституция не исполняется. Там и сейчас записано, что государственные учреждения обязаны предоставлять бесплатную медицинскую помощь. Но! На сайте любой поликлиники России есть раздел о платных услугах.

Это входит в противоречие с конституционной нормой. Если эта и другие конституционные норма не исполняются сейчас, то что можно говорить обо всех тех новых записях, которым вы радуетесь и считаете большим прорывом вперед. Будут ли они исполняться, есть ли какой-то режим контроля за этим?

— Вы задаете очень важный для нашей жизни вопрос, который напрямую с поправками никак не связан, потому что право на охрану здоровья — это вторая глава, она у нас есть и остается.

— Не изменяем.

Бесовщину в Конституции мы не можем пока отменить

В неизменном неолиберальном варианте, ведь у нас, пока мы там не внесем изменения, у нас и здравоохранение, и образование останутся по-прежнему сферами услуг.

Вы правы — это чудовищная вещь. Это — не сферы услуг. Это — социальные функции государства.

Зачем нужно государство, которое не обучает молодое поколение и не лечит больных своих граждан за свой счет. Мы для чего налоги платим? Именно для этого и платим. Поэтому я убежден, что реформа 20-го года — это только начало перемен. Она не решает всех проблем.

Исторический смысл этой реформы — официально устранена сакральность Конституции 93-го года, сказано, что там столько несовершенства, что хотя бы часть из них убираем.

Но это не значит, что сразу все. Я убежден, что нам нужно менять и первую, и вторую главу, потому что Конституция начинается с провозглашения того, что высшей ценностью у нас является человек, его права и свободы, но это и есть неолиберализм.

Ведь уже много лет тому назад Всемирный русский народный собор принял целую Декларацию о достоинстве человека, где написано, что есть ценности, которые не ниже прав человека — это:

  • вера,
  • нравственность,
  • святыни,
  • Отечество.

Отечество! Но этого в Конституции нет.

Там сохраняется до сих пор (это пресловутая вторая глава) норма о запрете обязательной государственной идеологии. Это означает, что в Конституции уравняли добро и зло. Это означает, что у нас бесовщина в Конституции, и ее мы не можем пока отменить, потому что это — первая и вторая главы.

— А почему не можем?

А потому что надо отменять всю эту часть Конституции. Я за! Но просто Президент рискнул пока только на маленькую часть, он начал с той части, которая может меняться.

Хотя, согласитесь, если мы уже имеем поправки, за которые проголосовало Федеральное Собрание, утвержденные законодательными собраниями субъектов Федерации, то по Конституции они вступают в силу и не требуют никакого дополнительного голосования народа. Поэтому можно это уже считать состоявшимся, и пора двигаться дальше.

Беседовал Вадим Горшенин

Подготовил Юрий Кондратьев

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках...