Сергей Бабурин: безоговорочно приветствую реформы, хотя они неоднозначны

В прямом эфире председатель совета директоров "Правды.Ру" Вадим Горшенин с известным политическом, доктором юридических наук, профессором, заслуженным деятелем науки России Сергеем Бабуриным поднял вопросы, наиболее актуальные для всех, кто живет в неразрывной связи с нашими соотечественниками за границами России — в первую очередь в Белоруссии, Украине, Молдавии, Казахстане.

Сергей Бабурин: Русский мир, Конституция и пандемия

Сергей Бабурин был одним из наиболее стойких противников антиконституционного Указа 1400 Бориса Ельцина, в результате которого был расстрелян Верховный совет, поэтому особенно интересно его мнение и о сегодняшних конституционных поправках Президента и депутатов Федерального Собрания.

— Сергей Николаевич, вы — один из ветеранов политической сцены новой России.

— Старожилов. Ветераны — это уже пенсия. Я еще не на пенсии.

— Вы известны, конечно, своей деятельностью в начале 90-х годов. И мне, например, она импонировала. Вы направили запрос в Конституционный суд по поводу законности Беловежских соглашений. В 93-м году вы были в числе защитников Белого дома…

— Дома Советов. Белый дом — это в Вашингтоне. Я и в 93-м против этого слова выступал.

— И главное — против тогда принятой Конституции.

— Против той Конституции.

Конституция 93-го года — национальная капитуляция

— В 93-м году якобы законно была принята Конституция, но ведь всего 30 процентов, от имеющих право людей проголосовало. А сейчас происходит продолжение, исправление того, что произошло после Указа 1400 Бориса Ельцина или нет? Как вы смотрите на эти конституционные поправки?

— Вы правы — я стал членом Конституционной комиссии почти 30 лет назад, еще на I Съезде народных депутатов РСФСР, и вплотную занимаюсь вопросами конституционного развития все эти десятилетия.

Конечно, нынешняя реформа Конституции, на мой взгляд, была неизбежна.

Я отношусь к тем, кто выступал за то, чтобы мы здраво посмотрели на ныне действующую Конституцию 93-го года и осознали, что это — Конституция национальной капитуляции. Нельзя жить по основному закону, в котором ты уже сдался.

Положительное в поправках многократно перевешивают негатив

Поэтому я безоговорочно приветствую реформы. Они — неоднозначны.

Есть вещи, которые должны были бы вызывать споры и дискуссии, и я изумлен, почему Государственная Дума и Совет Федерации все это пустили, как говорится, "чохом", и субъекты Федерации, за небольшим исключением единодушно все поддержали. Значит, такая публичная у нас власть.

Но одновременно в поправках, которые внес Президент, содержатся настолько принципиальные вещи, которые нам жизненно необходимы, поэтому я на остальные даже не хочу обращать внимания. Недостатки меркнут перед тем, что позитивного заложено в поправках к Конституции. Вот так я это оцениваю.

Обратите внимание, не случайно основная истерика идет от наших неолибералов, потому что это — не просто точечные корректировки, это — действительно во многом смысловые перемены. Можно спорить, затрагивают они смысл 1, 2 главы, не затрагивают, но Конституционный суд нас уверяет, что они не затрагивают 1, 2 и 9 главу, и Конституционный суд полностью построился в эту колонну поддержки.

Но вопрос в том, что они жизненно необходимы. Я хочу обратить внимание, что уже после внесения Президентом проекта в Государственную Думу на этапе рассмотрения проекта в Федеральном Собрании, туда не просто внесены коррективы, а появилось новых 12 статей, а если брать с поправками, я бы сказал, все 20. Получилось еще столько статей, которые Президент вначале не планировал корректировать. И в основном это — действительно то, что необходимо.

— Что еще позитивного и не очень вы в этом отметили?

Это — самое существенное. Хотя я не исключаю, что те, кто в аппарате, в недрах Администрации, готовили эти поправки, воспринимали вот эти позитивные вещи, как некие "заманухи" для того, чтобы они прикрывали конкретную реорганизацию государственного аппарата. Конечно, лично для меня это — уже новая Конституция.

Я не преувеличиваю, потому что там — совершенное иное качество президентской власти. Ведь по Конституции 93-го года роль президента была достаточно странной:

  • у нас в статье 10 говорится о разделении властей, законодательная, судебная, исполнительная,
  • в 11-ой говорится, что государственная власть осуществляется в Российской Федерации Президентом, Федеральным Собранием в лице Государственной Думы и Совета Федерации, правительством и судами.

Генпрокуратура по новым нормам Конституции перестанет быть "не пришей козе рукав"

Президент не отнесен в отдельную власть. И как с этим быть?… Поэтому я даже не хочу сейчас говорить, что это разделение на три ветки власти устарело еще 200 лет назад. Это я пытался объяснить коллегам, когда мы правили Конституцию в 91-м, в 92-м.

Сегодняшняя реформа упорядочивает эту ситуацию. 

Президент становится во главе исполнительной власти. Там так и написано, что он осуществляет общее руководство исполнительной властью, а председатель правительства несет перед ним персональную ответственность.

При этом Государственной Думе будет дозволено утверждать председателя правительства, министров, их заместителей, Совету Федерации будет дозволено утверждать силовых министров и министра иностранных дел.

Давайте не будем лукавить. Раньше в Конституции было написано, что Президент назначает председателя правительства по согласованию с Госдумой, теперь Президент будет назначать председателя правительства после его утверждения Госдумой.

А смысл изменился разве? — Смысл не изменился. Я понимаю, если бы кандидатуру премьер-министра вносила бы партия, победившая на парламентских выборах, его утверждал бы Парламент, а уже потом назначение производил Президент. Это — одна модель. Но у нас-то ведь и кандидатуру будет вносить Президент.

Более того, президентская власть усиливается. Генеральная прокуратура, которая по нынешним нормам Конституции, я грубо немножко скажу, "не пришей козе рукав". Она сейчас не относится ни законодательной, ни к исполнительной, ни к судебной власти.

Куда ж она сейчас будет относиться? — Теперь она будет относиться к той ветви власти, которую возглавляет Президент, то есть — к исполнительной. Я считаю, что это правильно, потому что было какое-то лукавство и непонятности, а здесь — все понятно. Генеральный прокурор по факту давно является исполнителем воли Президента. Теперь это будет написано откровенно, четко и конкретно.

Беседовал Вадим Горшенин

Подготовил Юрий Кондратьев