Источник Правда.Ру

Владимир Файнзильберг: В России и на Украине реабилитационных центров недостаточно

Владимир Файнзильберг: В России и на Украине реабилитационных центров недостаточно. 297963.jpeg

Психотерапевт Владимир Файнзильберг рассказал корреспонденту Pravda.Ru о возможностях лечения посттравматического стрессового расстройства в России и на Украине.

- О синдроме посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) широко заговорили после поражения США во Вьетнаме. В перестройку, когда СССР выводил свой воинский контингент из Афганистана, вспомнили о «вьетнамском синдроме» и по аналогии назвали «афганским». За это время, наверное, было проведено множество самых разных исследований. Нынешняя гражданская война в Новороссии породила так называемый «восточный синдром». В связи с этим наши вопросы. Каковы главные проблемы в лечении ПТСР у участников нынешних боевых действий? Есть ли отличие от других подобных случаев?

- Смотрите, посттравматический стрессовый синдром - он напоминает  реактивное состояние, то есть состояние, которое возникает после какого-либо тяжелого психологического стресса. Естественно, война и военные действия являются тяжелым стрессом для каждого человека, принимающего участие в этом. Диапазон очень широкий, начиная от неврастенического синдрома, когда нарушается настроение, нарушается сон и трудоспособность, и кончая развитием депрессивных глубоких расстройств. Вплоть до суицидальных попыток либо наоборот - аутодеструктивного поведения  вплоть до наоборот - агрессивного поведения к окружающим. То есть совершение правонарушений, преступлений. Значит, эти синдромы, как бы их не называли, они носят в принципе один и тот же характер, потому что в основе лежит нарушение нормальной адаптационной способности.

Адаптивные способности человека имеют какие-то границы, и вот любые военные действия, агрессивные действия, теракты, те люди, которые становятся свидетелями терактов, видят очень много пораженных людей, то есть раненых, те, кто оказывает им помощь, те, кто ликвидирует последствия террористических актов и либо военных каких-то действий, они все подвергаются воздействию постстрессового вот такого синдрома. И лечение зависит, конечно, от степени выраженности этих проявлений. То есть если речь идет о невротических расстройствах, то достаточно лечения у психотерапевта, а может быть даже у психолога. Если речь идет о психических расстройствах, то есть расстройство достигает высокой степени, вплоть до психических расстройств, то тогда  требуется лечение у психиатра, а иногда даже стационарное лечение.

Сегодня, кроме синдромов, связанных с вьетнамской и корейской войнами, есть синдром афганской войны, были тяжелые военные действия в Анголе, в которых принимали участие наши войска, сейчас появился чеченский синдром и восточный. Но я хочу сказать, что сюда же входят жертвы и свидетели массивных террористических актов таких как в Нью-Йорке, в Пенсильвании - то есть вот те события  2001 года. Кроме того, что подходят и жертвы, и свидетели террористической деятельности на Ближнем Востоке. То есть вот то, что происходит в Израиле. Вот это - большая проблема, которая родилась с цивилизацией, с развитием цивилизации, когда появились вот такие террористические действия.

- Есть ли у нас (и на Украине) соответствующие реабилитационные центры для лечения ПТСР?

- Вы знаете, я думаю, что еще нет, потому что, во-первых, на Украине вообще я наблюдаю какой-то  полный такой развал, дезорганизованность, а в наших приграничных пунктах беженцам помогают в основном с трудоустройством, жильем, какие-то минимальные дотации финансовые на еду, на медикаменты дают и так далее.

- Это должно выглядеть как санаторий?

- Это неважно. Смотрите, во всем мире, кроме России нет понятия «санатория». Есть реабилитационные центры. Я как раз находился в Нью-Йорке, когда были вот эти события, связанные с 11 сентября, и я работал в крупном медицинском центре. И поток пациентов у нас превышал 50-60 человек в день. Никто не организовывал никаких санаториев. Но самое главное, что их принимали, им оказывали помощь психологическую, медикаментозную и объединяли. То есть, американцы любят, тут же создавалось общество пострадавших, и где были какие-то планы действий и им, то есть контролировали, вот, что с ними происходит. И я знаю, что, допустим, моя супруга, которая волею случая находилась там, в 200 метрах от этих зданий World Trade центра, и у нее очень долго были расстройства сна. И она лечилась сначала у психотерапевта, а потом и у психиатра, и это контролировалось. То есть, вот ее эпизодически приглашали на медицинский осмотр. Вот в таком была плане реабилитация. То же самое происходит и в Израиле, когда в большом количестве психологи, то есть группы психологов объединяются и занимаются теми людьми, которые были свидетелями террористических актов, либо жертвами, то есть пострадали, так или иначе. Особенно это было связано, когда несколько лет назад были, взорвана была детская дискотека с многочисленными жертвами, причем более чем 30 детей погибло и их примерно 27-28 были русского происхождения. Это были дети 13-14 лет. И, конечно, ими занимались психологи, и психологи вот эту реабилитацию, она как бы долговременная, это не разовый прием. Насколько мне известно, допустим, в институте Сербского есть такая помощь есть, но она платная. То есть, человек обращается, платит деньги, получает помощь. А так, чтоб этим занималось государство, я, во всяком случае, не слышал.

- Известно, что не у всех людей наблюдается ПТСР. С чем это связано? Кто наиболее склонен к ПТСР в применении к нашему случаю? 

- Смотрите, не все мы одинаково реагируем на какие-то стрессы. И связано это с устойчивостью психики, организма и самое главное - это психологическая устойчивость. Вот я всегда студентам на лекции говорил, если человек имеет много социальных корней, то есть, у него есть группы общения, допустим, семья - это самое первое, второе - это рабочий коллектив, третье - это какой-либо коллектив, который, скажем, занимается в фитнес-клубе или четвертое - это какие-то соседи, или единомышленники, которые занимаются там, не знаю, каким-либо видом спорта, или увлекается там рыбной ловлей, охотой и так далее. То есть, чем больше вот таких социальных корней у человека, тем больше он устойчив к стрессам. А страдают, значит, обычно люди-одиночки, не имеющие семьи, люди, которые плохо адаптируются к окружающей среде, замкнутые, люди, которые реагируют очень болезненно на любое изменение, происходящее вокруг них. То есть, они реагируют на изменение внешней среды. Я имею в виду в данном случае не физические изменение, там не атмосферное давление, а социальные события, то есть это люди без социальных корней и социально неустойчивые.

Читайте также:

Смерть в полете вам не грозит?

Украинские беженцы: дома или в гостях?

Мировой врачебный заговор для богатых

Читайте последние новости на сегодня, 10 сентября 2014 года


"Вьетнамский синдром" неизлечим?
Комментарии
Комментарии