Автор Правда.Ру

Юрий Шевчук: «Живу, цвету и осыпаюсь в городе Санкт-Петербурге»

-Юрий, расскажи, пожалуйста, о себе.
- Родился я в прошлом веке на Колыме. Поселок Ягодный, Магаданская область. Позднее мы жили на Кавказе в городе Нальчик, затем в Уфе. Сейчас я живу, цвету и осыпаюсь в городе Санкт-Петербурге. У меня есть коллектив, в котором я служу солистом, певцом, композитором, музыкантом. Группа "ДДТ". Почему такое мрачное название? На самом деле, оно не такое мрачное — дуст. Мы тогда видели зло во внешнем. Травить клопов, тараканов, всякую нечисть мы очень любили. Рубиться, бороться. А сейчас это название — уже имя нарицательное. Мы до сих пор играем, работаем над новыми песнями, пытаемся думать над альбомом, который, наверное, выйдет осенью. Много концертов, много гастролей, выпущено 16 пластинок за всю жизнь, выпущена одна книжка стихов, несколько фильмов.

- Юрий, скажи, почему для своего приезда ты избрал именно Питер, а не Москву?
- Москва хороший город, широкий, нараспашку. У меня было там несколько подпольных альбомов, мы тогда были запрещенной группой. Это был 84, 85 год, перед перестройкой как раз. Почему я вообще уехал из Уфы, последнего моего обиталища? Там мне не давали работать местные власти, считали меня антисоветчиком. У меня был конфликт с органами, и мне пришлось уехать. Я в Москве пожил полгода по друзьям, а потом переехал в Питер, который я давно знал и любил. Я проходил там практику в Эрмитаже, писал творческую работу по испанской живописи времен Ренессанса. Питер для периферийного человека, приехавшего из цветущей солнечной Колымы, очень подходит, затягивает. Все эти болота, дома, тени Достоевского — все это заводит, будоражит, не пускает очень долго к себе людей вот таких солнечных, как бы воспитывает... В общем, я много здесь пережил. Я понял, что мне здесь будет тяжелее, сложнее, но при этом почувствовал, не отдавая себе отчета тогда, в этом замечательном городе при всей тяжести существования в нем я что-то пойму и в результате сделаю больше, чем в ласковой и дружелюбной Москве.

- Это правда, что у Вас один из родителей мусульманин, другой — христианин?
- Не совсем. У меня дед и бабка — настоящие мусульмане, мой прадед был муллой. Мама моя, тем не менее, православная. А отец мой — украинец, он вообще из казаков. Сам я принял православие.

- Юрий, воспринимаете ли Вы русскую народную песню?
- Конечно! Это корни, это вода наша — и лес, и небо, и народные песни. Всегда любил.

- Расскажи историю создания песен "Террорист" и "Церковь без крестов".
- "Террорист" - это очень старая песня. Начиналась перестройка, мы все ждали, что сейчас рухнет старая власть и все будет хорошо, и долгожданный рай на Земле наступит. И много было терроризма, то есть плясали на гимнах, оскорбляли пожилых людей, ломали все, не продумав, в общем, много гадостей натворили. Эта песня — как бы, взгляд на самого себя, молодого, романтичного. То есть, конечно, быть террористом круто, но это очень печально и трагично. И песня именно об этом — о той России и тех людях, обо всех нас. Песню "Церковь без крестов" я написал тоже очень давно. Я был в Елабуге на могиле Марины Цветаевой. Там стоит ее дом на трех дорогах, и на взгорке перед ее окнами стоял полуразрушенный храм. Думаю, он и сейчас стоит. И я кожей отчетливо почувствовал, что она туда заходила. Попросил сторожа открыть ворота и зашел туда. И вот — кучи битого кирпича, мат на ликах икон, и храм в таком удивительном месте: на взгорке, небо лазурное, внизу река, простор, и стихи Цветаевой, и одиночество... И тут же строчки и пошли о церкви без крестов.

-Верно ли то, что Вы помогаете музыкантам записываться на своей студии?
- Ну не на своей, а на нашей. Мы недавно переехали в новое помещение на 4й Советской улице. Там мы делаем ремонт, как-то ковыряемся и выстраиваем эту студию. Многого не хватает, в первую очередь, конечно, денег. Но думаю, студия заработает уже к осени и, главное, это действительно правда, мы будем продолжать на ней писать молодых хороших ребят. Мы так планируем график работы, что пять — шесть команд в год будем выпускать бесплатно. То есть будем помогать выпустить хороший аудио звук. И сейчас мы думаем возобновить Питерские рок-фестивали, хотя бы к 300-летию города. Я был в городских службах, разговаривал на эту тему, люди в мэрии отнеслись к этому очень хорошо. Можно к юбилею города сделать очень мощный, замечательный рок-фестиваль на стадионе "Петровском", вытащить туда новое поколение молодежи, которое опять подросло. За четыре года после последнего фестиваля уже выросло немало групп, и мы хотели бы выставить их, дать им хорошую сцену, гитары. И чтобы все спели про наш город!

- В Петербурге действует реабилитационный центр "Дом на Горе". Группа "ДДТ" тоже принимала участие в его организации?
- Да, конечно. Мы, время от времени, даем концерты в фонд этого дома. Там лечат людей от алкоголя и наркотиков, в основном, бесплатно. Что значит лечат? Лечат путем бесед. Он под крылом нашей православной церкви. Очень хорошее место.

-Когда была написана песня "Новые блокадники" и как часто Вы ее исполняете?
- Песня эта была написана очень давно, в 91м, наверное, году. Она существовала в рамках программы "Черный пес Петербург". В 92-93 годах мы ее пели, а сейчас нет.

- Юрий, скажите пожалуйста, откуда взялся у Вас такой образ — Черный Пес Петербург?
- Не знаю... Много бродил по городу, может, собаку увидел с грустными глазами, может сфинкса. Тут даже все вместе. Очень трудно объяснить методику творчества. О ней, конечно, написаны диссертации, но что это, на самом деле? Главное, чтобы писалось.

- Как Вы относитесь к христианской музыке?
- Не скажу, что плохо отношусь. Но для себя я не считаю возможным сочинять песни религиозного содержания. Я все-таки мирской человек. Очень люблю молитву. Есть несколько очень любимых мною молитв, они отличаются музыкальностью, напевностью. Косвенно можно об этом размышлять и давать это в текстах. Но писать и петь чисто религиозные песни я не готов.

- Как Вы переживаете период полной свободы слова?
- С удовольствием! Раньше было проще! Можно было не соглашаться с чем-то, быть запрещенным. А сейчас, когда все можно, можно что-то сказать серьезное — это время гораздо сложнее и гораздо интереснее. Это настоящая проверочка на вшивость, дарованная нам Господом! Сейчас нужно говорить уже языком искусства, а это не каждый может.

- Я слышал, что ты не раз бывал в Чечне и даже исполнял роль священника, будучи там. Расскажи, пожалуйста, об этом.
- Я просто читал молитвы над убитыми солдатами, как бы отпевал их. Они лежали в грязи, абсолютно обнаженные, с бирками в пальцах. А многие даже без бирок, их до сих пор, наверное, опознать не могут. Была ночь, очень тяжелая, и что-то меня подтолкнуло. Я думаю, надо, надо, надо. И я действительно читал молитвы. Долго.

- Скажи, пожалуйста, каков окружающий нас мир, глазами Юрия Шевчука? Добрый или злой?
- Он всякий. Если с этой сцены убрать человека и те заборы, которые он нагородил, то мир прекрасен! А если вместе с нами грешными, то, конечно, тут всего хватает.

-Юрий, как ты считаешь, чем мы можем бороться с наркоманией?
- Чем я могу бороться? Главным, наверное, — песнями. Есть у нас песня "Черно-белые танцы" из альбома "Мир номер 0". Очень жесткая. Я показал там судьбу человека-наркомана. Эту песню мы поем на каждом концерте. Я начинаю концерт всегда: "Наркотики — это...", и зал говорит, что это. "...и те, кто их продает...", и зал продолжает. В этой беде очень много всего. Написать песню, или говорить по радио, по телевидению, что наркотики это плохо — это ничего, на самом деле. Тут надо искать совершенно другие пути, потому что назидательность дает мало результатов. Я помню себя молодого. И все, что мне говорили родители и так далее, и так далее, все было как с гуся вода. Пока сам не пройдешь, не поймешь. Это понятно многим. Назидательность здесь очень плохо работает. Лечебницы? Да. Вот есть у нас "Дом на Горе". Да, помогаем. Но это уже как бы следствие. Мне кажется, нужно об этом говорить очень честно, что я и пытаюсь делать в каждом городе. У меня эфиры, и обязательно наркотики, и обязательно час-полтора беседы. Очень искренне надо говорить об этом. Да, наркотики, на самом деле, это большой кайф. Но быть рабом растения — это печально для человека, который создан по образу и подобию Божию. То есть я стараюсь искать какие-то слова настоящие, а эти слова могут только из души выйти, просто так их не придумать.
Одним словом, эту тему мы держим на пульсе, всегда ее поем, говорим, работаем, пытаемся помочь.

- Юрий, как Вы относитесь к новому гимну?
- Я там нового ничего не услышал, к сожалению. Хорошо сказал кто-то из шестидесятников: "Я при этом гимне столько сидел, что вставать как-то уже..." Мне кажется, поторопились с этим гимном. Конечно, символика очень много значит, но я не верю в такого рода примирение, где немножко капитализма, немножко социализма, немножко анархии, немножко французского сюртука, китайских ботинок. Из этого невозможно лепить новую Россию, как мне кажется. Поторопились и сглупили.

-Расскажите, пожалуйста, о Вашем сыне.
- Я вообще не люблю, когда у популярных людей показывают детей на всю страну. Это портит ребенка. Ну коль уж зашла речь об этом, могу сказать, что Петя второй год учится в Кронштадтском Военно-морском Корпусе. Учится не так хорошо, как мне хотелось бы. Я с ним работаю. А так, на самом деле, этот корпус очень хороший. Ребята там учатся жить вместе. Это очень суровый коллектив. Они там и дерутся, и живут, и дружат. Там очень много детдомовских ребят, много детей, отцы которых погибли в конфликтах. То есть у Пети, самое главное, я думаю, будут настоящие друзья на всю жизнь, и он познает дух мужского братства. Думаю, и учиться тоже будет лучше.

- Юра, спасибо тебе за то, что ты делишься своей душой и талантом с другими!

-Я прочту одно стихотворение, зимой написал:

Застывает рекою рождественской
Рядом с домом дорога.
Я свечку зажег, время выключил.
Поставил на подоконник.

На улицу вышел и долго смотрел
На окно и свечу от порога.
И ветер ночной извивался и выл,
Как воскресший покойник.

Пусть две тысячи лет он родился назад.
Что изменилось?
Я такой же простой вифлеемский пастух,
Я телец, скорпион, да собака.

Мои чувства — Варавва,
Кому уготована Иерусалимская милость.
Мои мысли — одна окаянная,
Дикая, смертная драка.

Для кого же поют голоса
У обрыва застывшего леса?
Так тревожно, и тошно душе,
Что устала от поисков снега.

В темноте облаков свет звезды
Приподнимает завесу.
И я чувствую вновь, на мгновенье
Тень твоего бесконечного бега.

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Комментарии
Полоснули по горлу и сбежали: "Эхо Москвы" атаковано
Лондон предлагает ООН ввести в обращение термин "беременные люди"
Америка приведет ядерные бомбардировщики в минутную боеготовность
Америка приведет ядерные бомбардировщики в минутную боеготовность
"Ти бач, паровоз!": на Украине запретили "Анну Каренину"
Жизнь без денег вполне возможна
Запад испугался русского оружия на новых физических принципах
Виза отозвана: США признали вину Браудера
Опубликовано обращение депутата Сахалинской Думы Светланы Ивановой
Распад СССР: выиграл только Азербайджан
Экс-прокурор Поклонская пришла в Думу с часами за 1/3 млн
Неужели дракон? В Китае сняли на видео скелет неизвестного существа
В Москве из ТЦ "Европейский" эвакуировали три тысячи человек
В Москве нет места герою войны?
Правда, деньги и ракеты: что Путин показал Западу с "Валдая"
Россия намерена сократить взносы в ЕСПЧ
Дольф Лундгрен: "Путин наводит чертов порядок!"
Россия намерена сократить взносы в ЕСПЧ
Россия намерена сократить взносы в ЕСПЧ
Украинские СМИ сообщили об убийстве девушки Гиви в Донецке
Европа изгоняет фонд Сороса за разрушение суверенитетов