В Дагестане вот уже третий год продолжается противостояние правоохранительных органов и организованной преступности. Несмотря на активность всех силовых ведомств, в республике с завидной регулярностью раздаются взрывы и автоматные очереди, гибнут сотрудники правоохранительных органов и представители властных структур. На сегодняшний день потери МВД РД сопоставимы лишь с потерями федеральных сил в ходе проведения контртеррористической операции в Чечне. Только с начала 2005 года в Дагестане совершено 9 террористических актов против работников правоохранительных органов, более 30 убийств и покушений на сотрудников милиции.
По мнению специалистов, эта ситуация характеризуется тремя основными факторами.
Идет охота на "ментов"
В связи с тяжелой криминогенной обстановкой, сложившейся в Дагестане, в октябре 1998 года при Министерстве внутренних дел республики было создано специализированное подразделение — Отдел по борьбе с похищениями людей, впоследствии преобразованный в Управление по борьбе с экстремизмом и уголовным терроризмом (УБЭиУТ). В обязанности работников управления входила борьба с организованной преступностью, расследование наиболее тяжких преступлений, террористических актов, в том числе и совершенных сторонниками радикального ислама.
Как показала практика, многие из набранных в штат управления сотрудников милиции, как, впрочем, и само руководство УБЭиУТ, оказались не готовы к столь серьезной следственно-оперативной работе. В республике регулярно похищали людей, взрывали госчиновников и членов правительства, вербовали наемников для бандформирований в Чечне, и справиться с мощным потоком сложных заказных преступлений неспециалистам было практически невозможно.
В этот период и родилась причина, впоследствии спровоцировавшая организованную борьбу с правоохранительными органами Дагестана. Пытаясь продемонстрировать руководству высокую раскрываемость совершенных в республике преступлений, оперативники начали применять к арестованным "недозволенные методы допроса", а проще говоря пытки.
Нет смысла подробно рассказывать, каким образом потерявшие всякое чувство меры "менты" выбивали из подозреваемых, а то и просто случайных людей, задержанных где-то неподалеку от места совершения преступления, признательные показания. Отметим лишь, что те немногие, кому удалось выжить и остаться на свободе, так и не смогли вернуться к нормальной человеческой жизни.
Вал раскрываемости преступлений рос, сотрудники УБЭиУТ принимали поздравления и награды, а в судах подсудимые все чаще отказывались от своих показаний, рассказывая, какими методами их вынуждали признаваться в не совершенных ими преступлениях.
Вскоре только глухой в Дагестане не знал, что происходит в "акиловских" подвалах. Говорить об этом вслух не решались, лишь матерились втихомолку: "Недолго вам осталось...". Уже не один заложник, вырвавшийся из цепких лап сотрудников антитеррористического управления, — лишенный здоровья, веры, и, что для кавказца равносильно смерти, чести — публично клялся отомстить за свою изломанную судьбу.
27 сентября 2002 года прямо в центре Махачкалы машина начальника УБЭиУТ была расстреляна из автоматов неизвестными преступниками в масках. Полковник Ахбердилав Акилов скончался на месте.
Это преступление стало первым в кровавой череде разборок с работниками дагестанской милиции. В течение 2-3 месяцев были расстреляны еще 6 сотрудников Управления по борьбе с экстремизмом и уголовным терроризмом МВД Дагестана. В большинстве случаев преступления так и остались нераскрытыми. Те же из них, которые были доведены до суда, вызывали серьезные сомнения в виновности подсудимых.
- Я не убивал вашего сына, — скажет во время одного из таких процессов подсудимый родителям убитого милиционера. — Но, поверьте, если бы у меня было оружие, если бы представилась хоть маленькая возможность, убил бы. Узнай вы, что он творит с людьми в камерах управления, — вы бы сами его прокляли...
Убийства продолжались, их расследование проводилось уже известными нам методами, порождая ответную реакцию, порождая все большее число дагестанцев, готовых расправиться с обидчиками в милицейской форме.
"Черный джамаат"
В июле 2002 года в селении Дуба-Юрт Шалинского района Чечни состоялось заседание так называемой Исламской шуры народов Чечни и Дагестана, на котором присутствовали Аслан Масхадов, Шамиль Басаев, Абу-Валид, Абу-Малик и другие лидеры бандформирований. На заседании было принято решение о создании группы для организации диверсионно-террористической деятельности на территории Республики Дагестан. Руководителем дагестанского направления был назначен один из членов "Шуры", арабский наемник Абу-Умар, а непосредственным руководителем группы стал уроженец Дагестана Расул Дадакаев (мусульманскоеимя "Мухмад").
Вскоре в российские правоохранительные органы стала поступать информация о том, что в населенных пунктах приграничных с Чечней Казбековского, Хасавюртовского, Новолакского районов Дагестана действует группа лиц, вербующих молодежь в ряды незаконных вооруженных формирований. Завербованных переправляли в учебно-диверсионный лагерь на окраине Дуба-Юрта, где они в течение 2-3 месяцев проходили обучение минно-взрывному делу, диверсионной работе. Попутно велась серьезная психологическая обработка: неофитов убеждали в необходимости продолжения джихада против неверных, в их высокой миссии в деле спасения ислама. Поокончании курса ребят "вязали кровью": каждый из выпускников должен был под контролем инструктора принять участие в совершении террористического акта на территории Чечни. Лишь успешно сдавших "экзамен" признавали готовыми к "священной войне" и возвращали в Дагестан.
Перед сформированной из дагестанских наемников группой боевиков была поставлена конкретная задача: вернувшись на родину, создавать "джамааты", закупать и складировать огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывные устройства, средства связи и в последующем проводить диверсии против сотрудников правоохранительных органов Дагестана и федеральных войск, перемещающихся по территории республики в чеченском направлении.
К тому времени из сотрудников ряда подразделений криминальной милиции МВД Дагестана была создана оперативная группа, которая вплотную занялась возвращающимися в республику "дубаюртовцами". В результате отработки поступающей информации был установлен ряд участников, выявлены каналы связи с руководством бандформирований в Чечне. Как удалось выяснить, основной целью создания дагестанской группировки была дестабилизация обстановки в регионе накануне и в период выборов в Народное Собрание (Парламент) РД и референдума народа Чеченской Республики.
Именно эти события должны были быть "ознаменованы" рядом громких террористических актов. Возможностей для претворения в жизнь этой бесчеловечной акции было достаточно. Десятки тысяч долларов, регулярно поступающих из Чечни, позволили группе "Джамаат" (такое название получила организация в документах оперативной разработки) к началу марта 2003 года приобрести и укрыть в схронах целый арсенал стрелкового оружия, взрывчатые вещества, боеприпасы и даже готовые к применению взрывные устройства. Ждать дальше было нельзя...
Первую группу — 16 членов "Джамаата" задержали за две недели до выборов, 3 марта 2003 года, при попытке приобрести у одного из местных жителей мины направленного действия "МОН-50", минометный фугас и прибор для дистанционного управления взрывным устройством. Сделать это было непросто: глубоко законспирированная организация с четкой схемой взаимодействия была готова к работе в условиях жесткого прессинга со стороны правоохранительных органов, и поэтому после первых же задержаний части подозреваемых удалось скрыться. В настоящее время еще более 15 членов организации находятся в розыске.
Помимо оружия и ваххабитской литературы у задержанных был изъят список сотрудников милиции и Федеральной службы безопасности (ФСБ), подлежащих уничтожению. К тому времени часть "приговоров" уже была приведена в исполнение.
Впоследствии, в ходе проведения спецопераций по нейтрализации активистов радикальных исламских организаций аналогичные списки — с указанием адресов, телефонов и даже номеров автомашин сотрудников правоохранительных органов — изымались у боевиков еще не раз.
Цепная реакция
В конце концов два первых фактора (произвол, чинимый сотрудниками отдельных спецподразделений МВД в отношении жителей Дагестана, и противодействие, оказываемое спецслужбам радикальными исламистами), подкрепленные безнаказанностью преступников, неспособностью милиции справиться с ситуацией, породили третий — условно назовем его "фактором распада".
Если несколько лет назад убийство милиционера, а тем более офицера милиции, должностного лица, было чем-то из ряда вон выходящим, то теперь это стало делом вполне обыденным. Раскрыть убийство, у которого по вышеприведенным причинам может быть несколько мотивов и несколько десятков подозреваемых, достаточно сложно. Это однозначно поняли и представители уголовного мира, коих в Дагестане всегда было в достатке, и коррумпированные чиновники. Теперь, чтобы "закрыть" возбужденное против тебя дело, наказать "мента", чересчур ласково взглянувшего на твою жену, или просто пугнуть оперативников, попытавшихся прикрыть твой нелегальный бизнес, в Дагестане достаточно купить автомат или 2-3 килограмма тротила, а еще лучше пластида. Учитывая соседство мятежной Чечни, где и того и другого хватит еще не на один год, проблем с "местью" не будет...
Игорь Цагоев, специально для "Правды.Ру"
Надо наслаждаться жизнью — сделай это, подписавшись на одно из представительств Pravda. Ru в: