Одним из главных действующих лиц непрекращающегося в Украине скандала в связи с исчезновением журналиста Георгия Гонгадзе стал отставной майор управления государственной охраны Николай Мельниченко. Именно он производил запись разговоров в кабинете президента Украины, а затем передал часть из них лидеру украинских социалистов Александру Морозу, который, ссылаясь на эту аудиозапись, обвинил ряд высших должностных лиц государства в причастности к исчезновению журналиста.
Ситуацию вокруг Мельниченко, по подложным документам получившего загранпаспорт и уехавшего за пределы Украины, успели уже прокомментировать все, кто имеет хоть какое-то отношение к охране главы украинского государства или даже вообще никакого. Но обращает на себя внимание одно обстоятельство: хранит гордое молчание один человек – непосредственный шеф сбежавшего офицера, начальник управления госохраны генерал Владимир Шепель.
В любой стране мира само собой бы разумелось, что генерал чей подчиненный совершил деяния, за которое привлечен к уголовной ответственности, а тем более оказался предателем, подал бы в отставку. В свое время в КГБ СССР даже, если перебежчиком оказывался ничего не знающий молоденький лейтенант, то срывали ни одну пару генеральских погон. Подобным образом поступали и поступают во всех спецслужбах мира. Только украинская госохрана демонстрирует «новаторский подход». Генерал Шепель не только не собирается уходить в отставку (не говоря уже о более радикальном выходе, к которому прибегали люди чести в старые добрые времена), но даже выступить с публичным заявление у него не хватает смелости. А вопросов к нему, между тем, накопилось немало.
Совершенно ясно, что Мельниченко установил контакт с силами, заинтересованными в дискредитации действующего президента Украины, не за день до своего бегства, продолжались они не один месяц. Поэтому возникает вполне обоснованный вопрос: куда в течение столь долгого срока смотрело подразделение внутренней безопасности? Вариантов ответа может быть только два: или полная беспомощность и служебное несоответствие, или соучастие. Думается, даже не профессионалу должно быть понятно, что человек из личной охраны главы государства должен быть изучен до кристальной прозрачности.
Непонятно также, почему не вызвало никакого интереса у руководства управления неожиданное увольнение Мельниченко из президентской охраны под совершенно надуманным предлогом? Ведь проверить, существует ли вообще фирма, на работу в которую он якобы поступил, можно было с помощью одного телефонного звонка. Поразительно, неожиданно со сверхпрестижнейшего места работы увольняется секретоноситель (каковым являлся и является Мельниченко даже без кассетного скандала), работавший в непосредственной близости к президенту, а начальству нет до этого никакого дела! Создается впечатление, что управление госохраны не закрытая спец- и силовая служба, а что-то вроде ЖЭКа.
Между тем, известно, что господин Шепель сумел создать такие привилегии для своей службы, которые и не снились МВД и Службе безопасности Украины. Зарплаты и пенсии там в полтора-два раза выше, постоянно растет численность аппарата. Но, как видим, на качество работы это влияет весьма своеобразным образом, если вообще стал возможен подобный случай.
И все-таки очень многим, как в Украине, так и за ее пределами, хотелось бы услышать какие-нибудь пояснения от генерала Шепеля. Или начальник госохраны считает, что за деяния его подчиненных отвечать будет кто-нибудь другой, а он и дальше будет гордо отмалчиваться, надеясь, что все пройдет как в старом анекдоте – накажут невиновных, и в очередной раз наградят непричастных, или… может слишком причастных?
Надо наслаждаться жизнью — сделай это, подписавшись на одно из представительств Pravda. Ru в: