Уехавший в Германию русский школьник: "Дети под окном кричали о сожалениях, что раньше вместо евреев были не русские” 

Очевидец о буллинге с ностальгией по Гитлеру: в немецкой школе русских сравнивали с евреями

Буллинг - это травля, агрессивное преследование одного человека другими. Он может выражаться по-разному: от непристойных шуток и оскорблений до избиения. Именно это пережил Максим, причём прошёл он через это не в российской школе, а в Германии.

— Максим, ты родился в Санкт-Петербурге, но когда тебе было 12 лет, вы с семьей переехали в Германию, почему?

— Мы переехали, как тогда думали, из-за более высокого уровня жизни и уровня образования в Германии. Мы не планировали туда переезжать навсегда, но был интересен опыт жизни в другой стране и получения там именно высшего образования. Мама очень ценила эту возможность.

— До переезда в Германию ты, естественно, учился в России, сталкивался ли с какими-то проблемами в школе? Может, были разногласия с одноклассниками или учителями?

— В школе много кто сталкивался с разногласиями, но ни с чем из ряда вон выходящим я не встречался. Всё было на уровне каких-то бытовых конфликтов.

— Каких, например?

— Абсолютно ничего криминального, чиркнул в тетради ручкой или обозвал кого-то, а потом извинился. До травли это не доходило во всяком случае.

Две стороны медали

— Теперь более конкретно о Германии. Расскажи, как проходил переезд. Для тебя как для ребёнка это должно было быть большим стрессом.

— Безусловно, это было большим стрессом. Даже не конкретно вливание в новое общество, а отделение от старого. То есть у меня в России остались родственники и друзья, а я переезжаю в полностью новую обстановку, где всего того, что было в России — нет. И своих прошлых знакомых ты ничем заменить не можешь, потому что в новой стране ты абсолютно чужой. Я, например, на момент переезда в Германию владел немецким языком на крайне низком уровне. А помимо этого, ещё и немцы не питали особых симпатий ко мне и были не очень открыты к общению с иностранцами.

— Как осваивался ?

— Я сразу пошёл в школу, где меня определили в языковой класс. Меня тогда ещё отправили в класс на год младше. В школе у нас было примерно 25 детей-мигрантов, которые в основном приехали с Ближнего Востока: Иран, Ирак, Сирия. Поэтому почти все первые полгода я провёл в их окружении, а с моим немецким классом я встречался только на уроках, где конкретно немецкий язык не так уж и сильно нужен, по типу математики или уроков по английскому и французскому.

— Ты сказал, что немецкие школьники не особо-то и охотно принимали тебя из-за национальности. И, насколько мне известно, в процессе ты столкнулся с буллингом с их стороны. Как он проявлялся ?

— Изначально мнение и отношение разделились на две радикальные стороны, ни одна из которых мне сильно не нравилась. С одной стороны, были ребята, которые относились ко мне как-то снисходительно, считая, наверное, что я какой-то неполноценный. С другой же стороны, сработали стереотипы о Восточной Европе, а в немецком обществе иностранцы воспринимаются как что-то инородное, как люди уровнем ниже. Они игнорировали меня, позволяли высказываться негативно в мою сторону, постоянно озвучивали какие-то глупые или нелепые стереотипы. Помню, что приходили даже под окна моего дома и кричали "Жаль, что раньше вместо евреев были не русские”.

— Было ли физическое насилие?

— Было… Толкали, если проходили мимо, выкидывали рюкзак из окна, один раз пытались даже облить водой из туалета.

— Кошмар!

— Да, и такое бывало.

Новый виток после начала СВО

— В Германии ты прожил 5 лет, а это означает, что переходный возраст прошёл в другой стране. С взрослением буллинг усилился или наоборот стало проще?

— Взросление и некая интеграция в общество, плюс значительное улучшение знания немецкого языка уменьшили буллинг в мою сторону, но потом началась специальная военная операция, и всё возобновилось, уже на новом витке, и более интенсивно. Мои немецкие одноклассники начали обвинять меня, говорить, какие россияне ужасные, и какие нечеловеческие вещи мы творим на Украине.

— Я знаю, что к вам потом пришли в класс дети с Украины, какие у тебя были отношения с ними?

— Меня попросили приглядывать за ребятами с Украины. В личном общении с ними я старался как-то поддерживать или сделать так, чтобы они не обращали внимания на то, что говорят другие. Потому что на тот момент мнение разделилось на две касты. Одни поддерживали, а другие посылали и кричали вслед "Владимир Путин мой друг”. Кстати, несмотря на мою поддержку, один мальчик с Украины выложил пост в "Инстаграме"* с рецептом российского младенца… Это было просто кошмарно для меня на тот момент. Я пытался всё это переварить, потому что если твой дом будет бомбить американская ракета, вряд ли ты будешь сильно положительно относиться к любому американцу, независимо от того, какую позицию он занимает и какую роль в обществе играет. Так и здесь. Я понимал, почему так происходило, но писать подробно о том, как приготовить российского младенца, выходило просто за рамки человеческой морали.

— Сейчас в мире активно распространяется русофобия на фоне СВО. Судя по тому, что мы наблюдаем, русских притесняют во многих странах. Как человек, который прожил в Германии 5 лет скажи, русофобия это миф или правда наблюдается ярковыраженная неприязнь?

— Какой-то определённой общественной тенденции против русских я не наблюдал. Значительная часть населения относилась к россиянам или умеренно негативно, или крайне негативно, но это всё равно не большая часть немцев. Поэтому не могу сказать, что русофобия это прямо миф, нет. Она присутствует, просто не в радикальной форме.

— Продолжая говорить про буллинг... Ты обращался за помощью к старшим ?

— У меня в школе были хорошие учителя, которые понимали ситуацию и давали советы, как справиться. Но зачастую это было обычное "не обращай внимания”. И как это должно было мне помочь? Это что-то на уровне "Грустишь? Не грусти”. Поэтому я справлялся сам.

— Как?

— Я ходил на различные секции, где с буллингом не сталкивался, занимался дополнительно с репетиторами разными предметами: французским, немецким, музыкой, математикой. Я постоянно слушал грустную музыку, которая мне помогала. Это всё отвлекало меня от происходящего в школе. Я также продолжал общаться с моими друзьями из России, которые постоянно поддерживали меня.

— Удалось справиться со всем тем, что пришлось пережить?

— Определённо да, потому что у меня не было какой-то сильной привязанности к немецкому обществу. Было очень трудно, в какой-то момент я даже замкнулся в себе, думал, что причина конкретно во мне, что я какой-то не такой. Но на самом деле проблем во мне никаких не было, спустя время я осознал, что они пытались просто самоутвердиться. Буллинг сделал меня сильнее и увереннее в себе.

— Замечаешь ли ты сейчас в своем поведении отголоски прошлого опыта?

— Да, но не в негативном ключе, а в положительном. Как я уже сказал, я стал чувствовать себя более уверенно. Я теперь знаю, что могу справиться с такими трудностями, и что жертва — это не навсегда. В Германии я стал часто участвовать и более того побеждать во всевозможных олимпиадах, это поставило меня, в некоторым смысле, на пьедестал. Вернувшись в Россию, я использовал свои знания немецкого и победил на Всероссийской олимпиаде. Я стал больше ценить полноценную коммуникацию с людьми. Буллинг скорее закалил мой характер и мою личность, чем навредил.

— Изложи свой небольшой чек-лист, как после системных эпизодов буллинга снова не замкнуться в себе и выстроить новую социальную жизнь, в которой ты уже не жертва?

— Только путём глубокого анализа ты можешь прийти к выводу, что ты сделал так или не так. А ещё обязательно должен быть человек, который сможет раскрыть ситуацию для тебя со стороны. И исходя из моего опыта, нужно менять фокус. Пытаться что-то доказывать буллерам нет никакого смысла, это либо ничего не даст, либо сделает хуже. Как только начинаешь вникать во что-то другое, то тебя уже меньше заботит, кто и что говорит. Поможет также знакомиться с другими людьми, участвовать в различных соревнованиях, посещать образовательные мероприятия. Как показывает практика, там люди более осознанные и взрослые, и там никому не взбредёт в голову издеваться над тобой.

Материалы по теме:

Джеффри Сакс: нынешняя русофобия может исчезнуть через 10-15 лет

Глава МИД ФРГ Бербок: война с Россией — это ещё и сигнал другим странам

* соцсеть заблокирована Роскомнадзором, её владелец, компания МЕТА судом признана экстремистской организацией и запрещена в РФ. 

Автор Мария Васильева
Мария Васильева — внештатный автор Правды.Ру
Редактор Кирилл Янчицкий
Кирилл Янчицкий — выпускающий редактор Правды.Ру.