Врачи сделали всё возможное, чтобы... разлучить маму и дочь

Эви Николс находится в том самом возрасте, когда дети начинают терзать родителей вопросами. Почему небо голубое? Куда солнце прячется на ночь? Где мама? И почему она не забрала ее из детского садика, как остальных детей?

Ее отец Шон, как может, объясняет дочке устройство мира. Но, тем не менее, не всегда может удовлетворить любопытство маленькой исследовательницы.

Чем старше становится девочка, тем сложнее становится ее папе. Однажды они возвращались домой, и Эви, показав пальцем на небо, спросила: "Мама там?". "Да, – ответил Шон, – твоя мама – самая яркая звезда, и она все время смотрит на тебя". "Тогда почему она не спустится и не обнимет меня?" – тут Шон растерялся и не смог сказать малышке ничего путного.

Эви было всего десять недель, когда ее мама, 38-летняя Викки, легла в больницу. Операция была не из сложных – обычное удаление камней из желчного пузыря. Викки собиралась выписаться уже через два дня, однако это ей не удалось. Она пробыла в больнице целых семь месяцев, но долгое лечение не помогло...

"Казалось бы, вот мы только-только поженились – и в следующий миг я уже вдовец с грудным младенцем на руках, – делится своей болью Шон. – Возможно, если бы моя жена умерла от какой-то неизлечимой болезни, мне было бы легче смириться с ее смертью, но, господи, умереть из-за такой мелочи!"

Читайте также: 70 детей для семейного счастья

Камни "носит" в себе каждый десятый человек. В Великобритании, например, ежегодно порядка 40 тысяч пациентов ложатся на операции по их удалению. Это считается совершенно обычным делом, как поход к дантисту. Однако врачебные ошибки уносят жизни четырех тысяч людей каждый год.

Как-то раз ночью Викки вдруг почувствовала сильные боли в правом боку. Приступ был очень сильный, и Шон вызвал скорую помощь, которая отвезла его жену в больницу.

Смотрите фоторепортаж: Маленькое счастье

На следующий день он пришел ее навестить и увидел, что Викки белее мела. И к тому же без сознания. Медсестра успокоила взволнованного Шона, сказав, что его жена страдала от сильных болей, но врачи сделали все, чтобы ей стало лучше.

Более подробного ответа Шон так и не добился, хотя и пытался расспрашивать медиков трижды. Он, конечно, был обеспокоен видом Вики, но медсестра порекомендовала ему ехать домой, поскольку тут он помочь ничем не сможет.  Он так и сделал. Но все же вечером Шон позвонил на ресепшен, где его заверили, что Викки чувствует себя нормально.

На следующий день ситуация кардинально изменилась. Шону позвонили из больницы и попросили немедленно приехать. Оставив дочку с родителями Викки, он помчался к жене.

Встретив его, врачи торопливо стали что-то объяснять, но все, что Шон смог разобрать, – это слова "осложнения" и "срочная операция". Когда Вики привезли из операционной, ее невозможно было узнать – лицо женщины раздулось, как футбольный мяч, а сама она была подключена к аппарату жизнеобеспечения.

Врачи не давали прямых ответов на вопросы, повторяя, что Викки сейчас на "поддерживающем лечении". И только через пять дней хирург ошарашил Шона известием о том, что случилось на самом деле.

Оказалось, во время операции несколько камней попали в желчный проток, блокировав пути, ведущие к поджелудочной железе, что спровоцировало ее воспаление. Но это было еще не все. Желудочный сок начал переваривать поджелудочную железу. И что самое ужасное – почти полностью разъев ее, он проник в брюшную полость и стал разрушать другие органы.

Когда Шон спросил хирурга, какую оценку тот дал бы состоянию Викки, тот не стал врать: "Ей уже не может стать хуже – разве что она умрет". Шон потребовал объяснений, а врач, пожав плечами, сказал: "Такое бывает".

Впрочем, причина, по которой Викки находилась между жизнью и смертью, выяснилась в следующую же секунду. Доктор заявил, что операция была настолько простой, что он доверил ее делать стажеру.

Между тем Викки становилось все хуже. Ее почки отказали, сердце периодически останавливалось, а измученный организм терзали всевозможные инфекции. Из-за обезболивающих она практически все время находилась в бессознательном состоянии.

Через шесть недель Викки отправили к специалистам в другой госпиталь. Там ей сделали несколько операций, в том числе и по удалению большей части поджелудочной железы.

Врачи сделали всё возможное, чтобы... разлучить маму и дочь
Врачи сделали всё возможное, чтобы... разлучить маму и дочь

Спустя 14 дней Викки стало немного лучше. Шон принес ей видеозапись с Эви, однако смотреть ее она не смогла – разрыдалась. Тогда Шон привез дочку в больницу. "Боже, она такая красивая..." – вот и все, что смогла сказать мать, не видевшая свою малышку уже два месяца.

Вики начала потихоньку выздоравливать. Врачи пообещали Шону, что, возможно, даже отпустят ее домой на Рождество. Однако удача опять отвернулась от них.

Двадцать первого декабря Викки сделали очередную операцию – удалили дренажную трубку, через которую отходил желудочный сок. Но после этого пациентка начала дышать со страшными хрипами. Врачи диагностировали пневмонию, причем в весьма тяжелой форме.

Оказалось, что во время операции врачи занесли Викки инфекцию, из-за чего у нее началось заражение крови, спровоцировавшее очередное недомогание. Шон был в ужасе от того, как выглядит его жена: у нее выпали почти все волосы, а когда он дотрагивался до нее, на ее коже оставались отпечатки – до такой степени она была обезвожена.

Через семь недель после этого Викки не стало. В тот момент Шон сидел рядом и держал ее за руку. "Я чувствовал биение ее пульса, которое вдруг прекратилось.

Как будто кто-то нажал кнопку "Стоп", – рассказывает Шон. – Она боролась до конца. Выражение "рутинная операция" вселило в нас надежду, а ведь ключевым было слово "операция". По большому счету, ни одно хирургическое вмешательство не обходится без риска".

Медсестры разрешили Шону снять повязки с тела Викки и накрасить ее – он хотел, чтобы его жена стала хоть немного похожа на себя прежнюю.

Прошло уже три года, но потерявший любимую супругу Шон все еще не оставил надежды наказать виновных: "Я хочу, чтобы кто-то понес за это ответственность.

Я до сих пор не могу забыть о том, что случилось. Разве можно наслаждаться жизнью, когда у тебя отняли самое дорогое? Единственное, что у меня осталось – это Эви. Конечно, я не самый лучший отец, но стараюсь изо всех сил. Малышка пережила огромную потерю, и врачи должны заплатить за свою смертельную халатность".

Читайте самое интересное на главной странице сайта

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках, Google+...

Комментарии
Украинский Госстат сообщил о значительном росте импорта из России в 2018 году
Германия потребовала от России "прекратить нарушать" ДРСМД
Глава АЕБ сравнил отказ Европы от российского газа с "самоубийством"
В РАН извинились за "ошибку" с присвоением почетного звания патриарху
Ученые рассказали, что заставляет наше сердце биться
Национальный флешмоб: регионы требуют списать долги, "как в Чечне"
Социальная норма на электричество: в светлое будущее без света
Ложь о Южных Курилах: эксперт расставляет точки над i
Порошенко лишил украинских гастарбайтеров права голоса
Ложь о Южных Курилах: эксперт расставляет точки над i
Почему Елену Бойко отдали на растерзание Украине
Социальная норма на электричество: в светлое будущее без света
В школах Кемеровской области участились голодные обмороки детей
Германия потребовала от России "прекратить нарушать" ДРСМД
Чтобы мир увидел правду: дети Донбасса нарисовали военное детство
Почему Елену Бойко отдали на растерзание Украине
Дмитрий Медведев призвал "Роскосмос" меньше говорить и больше делать
Минобороны показало иностранным военным ракету, вызвавшую претензии США
Минобороны показало иностранным военным ракету, вызвавшую претензии США
Социальная норма на электричество: в светлое будущее без света
Почему Елену Бойко отдали на растерзание Украине