Reuters: взаимный долг - это призрак, преследующий Евросоюз

Мир

Сегодня, 23 апреля, лидеры стран Евросоюза в очередной раз встретятся, чтобы обсудить проблему взаимного долга.

А поговорить "членам семьи" есть о чем, тянуть с ответом на этот вопрос дальше смысла нет:

Из-за коронавирусного кризиса среднее отношение государственного долга к ВВП в еврозоне достигнет примерно 100% к концу года, сообщает Международный валютный фонд.

Но этот показатель — несмотря на слово "общий" — не объединяет, а скорее разделяет страны ЕС, "разбившиеся" по нему на три группы:

  • Германия и другие "северные" страны в конечном итоге будут иметь соотношение долга к ВВП примерно 75-80%;
  • Франция, Испания и Бельгия увидят, что их долг увеличится примерно до 115% - 120% от годового объема экономического производства;
  • у Италии, Португалии и Греции соотношение долга к ВВП значительно превысит 130%.

Какой выход из сложившейся ситуации есть у участников Еврозоны, спрогнозировали аналитики агентства Reuters.

Опасная ассиметрия

Более половины стран Евросоюза войдут в зону более высоких процентных ставок и низкого роста, вызванного чрезмерным уровнем государственных заимствований. Это увеличивает риск затяжной экономической стагнации или даже возможной реструктуризации долга, проецируя темную тень на будущее зоны единой валюты.

Понимание есть, согласия нет

Все европейские лидеры понимают, что поставлено на карту. Пока, однако, они расходятся в ответах.

Европейский Центральный Банк расширил свою программу покупки облигаций и теперь имеет огневую мощь, чтобы потратить более одного триллиона евро к концу года. Хотя этого достаточно для стабилизации рынков суверенных облигаций в краткосрочной перспективе, остаются сомнения в способности правительств поддерживать свое долговое бремя в долгосрочной перспективе.

Кроме того, Еврогруппа министров финансов недавно переосмыслила некоторые элементы европейского механизма стабильности, чтобы облегчить условия, навязанные странам, которые просят кредитные линии.

Это в целом соответствовало требованиям южноевропейских стран, таких как Италия, которые просили смягчить условия от ESM. Однако внутренние политические ограничения означают, что правительства по-прежнему не могут его использовать. Поиск кредита от ESM сохраняет глубокую стигматизацию в общественном мнении, чьи воспоминания о кризисе еврозоны все еще свежи.

Это объясняет, почему некоторые страны настаивают на той или иной форме коллективного заимствования.

25 марта лидеры девяти стран, в том числе Франции, Италии и Испании, направили письмо председателю Европейского совета, в котором говорится:

"Нам необходимо работать над общим долговым инструментом, выпущенным Европейским институтом для привлечения средств на рынок".

Однако министры финансов добились незначительного прогресса. Они договорились не соглашаться по ключевым элементам "фонда восстановления", на создании которого настаивает президент Франции, создав на этой неделе примирительную встречу европейских лидеров.

Как может работать такой фонд?

Исходя из тех предложений, которые выдвигают некоторые правительства, мы попытались вкратце изложить их:

  • Во-первых, фонд может быть создан в качестве специального целевого механизма, такого как Европейский Фонд финансовой стабильности, который был создан в 2010 году в качестве временной поддержки во время кризиса в еврозоне.

Хотя размер фонда является предметом переговоров, он должен составлять не менее 500 миллиардов евро. Это эквивалентно примерно 3% ВВП Европейского Союза, и минимальная сумма, необходимая для оказания влияния на государственный долг.

  • Во-вторых, ресурсы фонда будут переданы всем участвующим странам на основе оценки, которая могла бы учитывать не только масштабы экономики, но и масштабы воздействия кризиса на страну. Эти переводы будут осуществляться сразу же после создания соответствующего механизма, хотя выплата может осуществляться поэтапно.
  • В-третьих, трансферты из фонда не будут добавлены к национальному долгу. Другими словами, это будут гранты, а не кредиты. Поэтому данный механизм поможет избежать опасного разбухания государственного долга.
  • В-четвертых, облигации, выпущенные фондом, будут поддерживаться дополнительными бюджетными взносами государств-членов в форме будущих трансфертов в соответствии с размером их экономики.

Эти трансферты могут быть связаны с существующими бюджетными "собственными ресурсами" ЕС, такими как доля поступлений налога на добавленную стоимость, которую страны уже ежегодно перечисляют в Брюссель.

Соглашение о том, как регулировать будущие трансферты в бюджет ЕС, и должны ли эти дополнительные ресурсы накапливаться только для стран зоны евро или для всех 27 членов ЕС, также будет диктовать географический охват фонда и степень его интеграции со стандартными расходами ЕС.

Каким бы ни был механизм, результат будет достигнут, если государства-члены коллективно выделят дополнительные 20 миллиардов евро в год (около 0,1% ВВП ЕС) в течение длительного периода в 30 или 40 лет. Другими словами, фонд будет финансировать краткосрочные субсидии за счет долгосрочных взносов.

Срок погашения облигаций находится в стадии обсуждения, и некоторые страны, такие как Испания, предполагают, что они могут быть бессрочными.

Ясно лишь то, что они будут иметь длительный срок погашения — текущий лимит ЕЦБ для покупок составляет 30 лет — и пользуются коллективным высоким кредитным рейтингом ЕС. Некоторые формы повышения кредитоспособности могут быть предоставлены ESM для обеспечения самого высокого рейтинга "Три А". Облигации будут подлежать покупке ЕЦБ, так же как и ценные бумаги, выпущенные ESM и Европейским инвестиционным банком.

Данная модель содержит элементы долговой взаимоувязки

Более крупные страны-должники выиграют от снижения стоимости заимствований фонда и от совместного погашения задолженности. Однако эти элементы ограничены. Фонд будет работать как гибрид между существующими структурными фондами ЕС и полномасштабной реструктуризацией долга.

Именно европейским лидерам предстоит решить, достаточно ли этого компромисса для преодоления оппозиции некоторых стран.