Йоэл Лехтонен обещает "Панику" и шок для театральной Москвы

В сентябре начинается новый театральный сезон, и искушенную публику ждет немало сюрпризов. Один из них — комедия "Паника. Мужчины на грани нервного срыва" — спектакль финского режиссера Йоэла Лехтонена, известного в России своей провокационной постановкой "Монологи вагины", которая вызвала в свое время сильный общественный резонанс.

О своем новом спектакле и о ситуации в современном театре читателям "Правды.Ру" рассказал в эксклюзивном интервью нарушитель общественного спокойствия, противник табу и театральных традиций, режиссер Йоэл Лехтонен:

— Ваш новый спектакль "Паника. Мужчины на грани нервного срыва", премьера которого в Москве состоится в сентябре, — это будет такой же шок для общественности, как предыдущая ваша постановка, "Монологи вагины"?

— Ну как вам сказать? Думаю, этот спектакль шокирует всех еще больше. На спектакль "Монологи вагины" идут заранее зная, что здесь они, скорей всего, будут шокированы. А когда пойдут на "Панику", которая заявлена как комедия, то все будут ожидать, что их будут смешить и веселить, а потом, когда поймут, о чем идет речь, то, возможно, это шокирует больше, чем самый скандальный спектакль.

Читайте также: Муж разучился лгать? Считай, что умер

То есть, конечно, это хорошая, добрая комедия, но с подтекстом. Понимаете, здесь речь о том, что вообще происходит с мужчинами в городских ландшафтах. С мужчинами, которые достигли потрясающего возраста — 35 лет. Спектакль как бы ставит диагноз им — что с ними происходит? И это-то как раз и может шокировать.

— Не станет ли разница между спецификой жизни современных финских и русских мужчин препятствием для восприятия спектакля российской публикой?

— Я думаю, это не играет роли — в любой современной развитой стране мужчины переживают одни и те же проблемы.

Всегда найдется нечто общее для всех мужчин. Например, прошлое. Вернемся на десять тысяч лет назад. Тогда мужчинам было очень легко — либо ты убиваешь добычу и приходишь домой с победой, с едой для семьи и всего племени, либо ты не убиваешь и становишься рабом. Или тебя самого съедят. Все было просто. А сейчас, когда (слава богу!) нельзя убивать, инстинкт, который был у мужчин десять тысяч лет назад, дремлет. И представители сильного пола несколько потерялись в современном мире. Как им здесь быть? Куда реализовать этот инстинкт? Мы же все мечтаем о великом — об открытии Америки, об управлении большой страной, о завоеваниях… да хоть о том, чтобы мамонта убить!

Или навести порядок, порядок по всей стране, чтобы всем было хорошо… А возможности-то нет — ни порядок навести, ни даже мамонта убить. И это — глубоко трагичная ситуация. Кстати, эта проблема всего нашего цивилизованного общества, неважно — в России или в Финляндии. Особенно это касается городской жизни в тех странах, где идет прогресс, экономическое и политическое развитие, где страна богатеет, все приходят к благополучию, образуется средний класс, становится больше обеспеченных благополучных людей.

— "Паника" — спектакль о мужчинах, он ориентирован больше на мужскую или женскую аудиторию?

— Если брать статистику — кто больше ходит в театры, то мы увидим, что, конечно, это женщины (Смеется). Но мы не будем брать статистику. Отчасти этот спектакль — возможность для женщин заглянуть через замочную скважину в комнату, где мужчины сидят своей мужской компанией. И дамы смогут увидеть, что мужчины делают, когда они втроем. О чем они говорят? Что их волнует? Как они разбирают свои проблемы? Словом, такое маленькое окошко в мужскую душу.

— Это уже не первый ваш спектакль, поставленный в России. А почему вы выбрали именно нашу страну для своей работы?

— Почему в России? Дело в том, что в 1995 году Финляндия вступила в Евросоюз. Маленькая страна где-то на севере получила открытые границы — можно было поехать учиться в любое европейское государство, университеты стали практиковать обмен студентами. И, конечно же, все финские молодые люди сразу же поехали кто куда, просто хлынули в Европу. А я тоже решил уехать, но в другую сторону. Я решил выбрать прямой поезд. А из Хельсинки есть только один прямой поезд в зарубежную столицу — сюда, в Россию. И вот я сел на этот поезд и по прямой поехал в Москву. Конечно, вопрос: "Что такое Россия? Что такое Москва?" тогда имел ответ образца 1996 года. А вы помните, что тут было тогда? Это очень отличается от того, что сейчас! Это был большой город, полный авантюризма.

Было безумно интересно. Огромный город абсолютно без контроля. Почему я всем рекомендую Москву? Потому что это — единственный город Европы, где существует настоящая демократия. Но не демократия по закону, а демократия самой жизни. В этом городе нет случайных людей. Все, кто здесь живет, знают, зачем они пришли в Москву. Это город, который не спит. Город, в котором решается — будет ли война, откуда текут реки денег, абсурдный город, город-мечта, где ты в один момент можешь или все потерять, или все получить, здесь все знают, как работает город.

И через Москву тебе становится ближе весь остальной мир. И стараться понять этот город, живущий в полном абсурде —это очень интересно. И, кстати, когда для тех, кто тут живет, наступает кризис среднего возраста, 35 лет, возникает вопрос, который и звучит в "Панике" — где я потратил эти свои бесценные годы жизни? Здесь? Здесь, что ли? А оно того стоило?