Торговля под колпаком у крупного бизнеса

Одна из главных проблем, стоящих перед мелким и средним бизнесом, — поиск рынков сбыта. И не в глобальном, а в самом прямом смысле, поскольку за последние годы катастрофически уменьшилось количество торговых площадок, где бы могли быть реализованы товары, произведенные некрупными частными производителями. О поисках решения этой проблемы Pravda.Ru рассказала президент Межрегиональной общественной организации защиты малого и среднего бизнеса "Деловые люди", председатель комиссии по оптовой торговле профильного комитета Московской торгово-промышленной палаты Ольга Косец.

— Ольга, насколько сейчас небольшому предприятию трудно найти покупателя на свой товар?

— Самый больной вопрос, который стоит перед предпринимателями — это рынок сбыта и каким образом продать свою продукцию. Мы видим многочисленные уничтожения рынков и нестационарных торговых объектов на вполне законных основаниях.

Напомню, что один из первых указов президента Бориса Ельцина был указ о свободе торговли. Все рынки, которые существовали в 90-е годы, благополучно просуществовали до 2009 года. В начале 2000-х был принят 271-й федеральный закон, на основании которого все открытые торговые площадки должны были быть закрыты к концу текущего 2015-го. Никто из предпринимательского сообщества тогда не задавался вопросом, каким образом это отразится на сбыте. Когда в 2006 году этот закон вышел, предпринимательское сообщество было абсолютно инертно, без какой-либо гражданской позиции.

Так что мы сейчас пожинаем плоды законов, которые тогда были приняты. Помните, в 2009 году был закрыт самый первый рынок — это Черкизовский? Его закрыли как раз на основании этого 271-го закона. В СМИ много писали и про страдающих жителей, и про пробки на близлежащих дорогах, и что даже там сифилис, там туберкулез, там только китайцы, там только вьетнамцы.

Кстати, от пробок на Щелковском шоссе так никто и не избавился. Зато те мелкие производства, которые там свои товары сами или через посредников реализовывали, закрылись, поскольку не нашли другого рынка сбыта. А теперь нам рассказывают о том, что у нас очень много мер поддержки для производителей — и давайте, будьте любезны, выходите в свет, мы вас любим, ждем, помним, где вы, ау!

— Ольга, а что бы вы предложили взамен?

Мы тогда обращались несколько раз к президенту, в различные инстанции, во все партии постучались, во все общественные объединения и организации. И что нам было сказано? Что это коммерческий вопрос, то есть государство не должно и не обязано за вас решать, куда вы будете сбывать свой товар. Мол, вы предприниматели, и вы должны найти выход из этой ситуации. Единственное, что тогда нам посоветовали, — объединиться в общественную организацию. Поэтому наша организация "Деловые люди" была основана на вот тех, кто свои товары реализовывал на рынках.

По закону какая ситуация получается? Сейчас мы должны находиться в крытых помещениях. Крытые помещения малому бизнесу, как правило, конечно же, недоступны. Все огромные торговые площадки принадлежат крупному бизнесу, который сдает нам помещения в аренду. Мы находимся под колпаком, под крышей, не побоюсь этого слова, крупного бизнеса. И конечно, если проблема возникнет у крупного предпринимателя, то все автоматически отражается на мелком бизнесе, на маленьких предпринимателях, на маленьком производстве.

— Насколько многочисленны малые предприниматели, производители, допустим, в легкой промышленности?

— Официальные данные Росстата вызывают у меня сомнения. Ведь нет как такового реестра предпринимателей по отраслям. Я давно настаиваю на создании этого реестра на базе торгово-промышленных палат. Система ТПП существует на базе закона. И если государству это интересно и государство заинтересовано в четкой, прозрачной и системной работе с предпринимательским сообществом, то на базе торгово-промышленных палат надо создавать такие реестры.

— Чем такой реестр выгоден предпринимателям?

— К примеру, с 1 июля 2015 года вступило в силу постановление правительства Российской Федерации о 25-процентной торговле крупных госкорпораций с малым бизнесом. А что те же "Роснано", "Газпром", "Лукойл" могут купить у малого бизнеса? Они не понимают, что крупные тендеры, например, по пошиву той же одежды для РЖД, не для нас. Во-первых, это огромная залоговая сумма. Во-вторых, в каждом тендере прописано все — от сапог до шляпы и кокарды. А мелкий бизнес изготавливает какую-то исключительно маленькую часть. Поэтому появлялись посредники, которые формировали всю эту закупку. Компания же заказчик, которая этот тендер проводила, была не в курсе. А сейчас необходим реестр, чтобы та же госкорпорация видела, с кем работает.

— То есть предполагается, что сейчас эта система с 25 процентами будет выстраиваться без посредников?

— По крайней мере, мы на это надеемся.

— А посредники очень сильно удорожают продукт?

— Практически в два раза. Чаще всего производители не занимаются собственной реализацией, то есть они отдают продукцию какому-то дилеру, и дилер уже занимается сбытом. Когда производитель выходит на рынок, он не может выстроить и производство, и рынок сбыта — ему это очень тяжело.

— В Москве в начале 2000-х были так называемые вьетнамские рынки. И на них продавалась очень качественная одежда, хорошо сшитая, из хороших тканей, лучше, чем сейчас синтетика в магазинах. А какова альтернатива вот этим крупным рынкам, тому же Черкизовскому, если арендные ставки непосильны?

— Нужно разделить на опт и розницу. Потому прямому производителю продукцию нужно реализовать оптом. И из того, что для нас доступно, — это, конечно, торговые центры крупного бизнеса на территории и Москвы, и городов России. К примеру, это торговый центр "Москва", это торгово-ярмарочный комплекс "Садовод" для торговли фермеров и предпринимателей малого бизнеса. Чем отличительны эти площадки? Тем, что я как производитель там имею одну торговую точку. Ко мне приезжают покупатели, которые приобретают товар оптом, а потом разъезжаются по стране и реализуют эти товары в розницу в маленьких магазинчиках.

— Это оптимальный формат для отечественного бизнеса?

— Да, оптимальный. Но сейчас мы еще все уходим в интернет, плюс ко всему эти торговые центры все больше превращаются в шоу-румы. У нас выставлена наша продукция, и мы работаем с базой в электронном виде. То есть мы им отправляем образцы, показываем, как это все выглядит. Нам приходит заявка. Если на складе этого нет, мы отшиваем. Если у нас есть на складе, то мы напрямую отправляем товар непосредственному покупателю.

У меня, к примеру, клиенты от Калининграда до Владивостока, то есть Южный Сахалинск, Камчатка и Мурманск. Это идеальная система. А вот что делать тем предпринимателям, которые только решили открыть свой бизнес, у которых нет своего покупателя по стране? Я, честно говоря, даже не представляю, какие советы им давать. Потому что если они будут работать на свой розничный магазин, то это просто индивидуальные пошивы.

Есть две площадки — "ТекстильЛегпром", который проходит обычно в сентябре и феврале на Всероссийском выставочном центре. И вторая ярмарка — в "Крокус Сити". Это единственные две площадки, на которых можно свой товар представить и найти свою клиентуру. Но больше, кроме как раскручивать свою компанию через интернет и там предлагать свои услуги, я сейчас стартапам ничего посоветовать не могу.

— То есть бесполезно идти в торговый центр, допустим, и просить, чтобы дали место?

— Нет, почему? Он может прийти, он может попробовать. Но нарабатывать клиентуру так, как это было раньше, ему будет гораздо сложнее. То есть стоимость торгового места абсолютно адекватна спросу. Ведь мы же не можем коммерческую стоимость квадратного метра, которая сдается в аренду, кому-то диктовать — у нас на это есть антимонопольное законодательство и право конкуренции. То есть, если есть спрос, то арендная ставка выше.

Но чем хороши сейчас санкции против России и повышение курса доллара — мы видим, что повсеместно высвобождаются торговые площади и ставка падает. И те, кто сейчас стартанет и найдет какую-то свою нишу, будут в выигрыше. Наверное, благоприятное время именно в кризис.

— В Москве в торговых центрах выбор фирм ограничен. Еще пять лет назад выбор был, но те маленькие магазинчики, так называемый стрит-ретейл, пропали.

Почему такая ситуация сложилась?

— Одно из направлений давления на малый бизнес и вытеснения малого бизнеса — это сети. У них замечательные юристы, у них замечательные консультанты, которые прекрасно владеют нашим законодательством и могут завернуть в них налоги замечательным образом, как в конфетную обертку, в какие-нибудь паевые фонды, например. И они замечательно входят на территории как крупные инвесторы. Конечно, муниципалитетам это интересно, потому что от них централизованно поступают достаточно серьезные налоги. Местные власти заинтересованы в приходе одного такого крупного сетевого магната, чем связываться с тысячей маленьких предприятий.

Это укрупнение и дало эффект, о котором вы говорите. Но ведь чем славен малый бизнес? Если вы будете продавать за уголком пончики, все, кто здесь в округе живет, по разу попробуют. Если ваши пончики, извините меня, не пончики, второй раз уже к вам никто не придет. Та же история с нашей одеждой. А что с сетями происходит? После того, как они выдавили своего прямого конкурента, малый бизнес, то, конечно, за счет чего им выживать? За счет удешевления качества продукции. Они в первую очередь, удешевляя качество, оставляют ту же самую стоимость. Чем завлекают сетевые магазины? Во-первых, у них работают профессионалы даже по расстановке товаров. Если вы зашли всего лишь за колготками, то все равно останетесь там надолго.

— Какие формы кооперации предпринимателей, на ваш взгляд, возможны?

— Шесть лет я пытаюсь объединить необъединяемое — предпринимателей в сфере малого бизнеса. Крупный бизнес договаривается между собой проще, чем малый, в котором каждый видит в другом конкурента.

— Вы разрабатываете какие-то стратегии относительно новых рынков сбыта для малого и среднего бизнеса?

— Напомню про постановление правительства Российской Федерации по 25 процентам закупки у малого бизнеса. Госкорпорации сейчас будут искать поставщиков. И если есть производственные мощности, то никуда мы от этого не денемся.

Мое пожелание к дизайнерам и конструкторам, которых катастрофически не хватает: не открывайте свои маленькие магазины, ведь каждое производство ищет своего конструктора, своего дизайнера, свое лицо. Постарайтесь набраться какого-то опыта на производстве.

Интересное направление — франшиза. Допустим, у вас есть партнеры, которые разрабатывают стиль магазинов и полностью наполняют одной торговой маркой этот магазин. Не обязательно своей, но они заключают договорные отношения с другими поставщиками и под своей торговой маркой создают франчайзинговую сеть.

Но тут нужно быть аккуратными тем предпринимателям, которые заключают такой франчайзинговый договор. У нас нет закона о франчайзинге. Мы его, кстати говоря, пытались внести в Государственную думу еще год назад с группой депутатов во главе с Иваном Дмитриевичем Грачевым, Александрой Генриховной Дмитриевой и Андреем Крутовым. Франчайзинг у нас в стране существует только на базе 54-й главы Гражданского кодекса о коммерческой концессии.

Не все предприниматели в этом разбираются. То есть, заключая договор обычной поставки продукции, они думают, что заключили договор о франчайзинге, а получается просто договор поставки продукции. Нужно быть очень внимательным и осторожным при подписании. Договор коммерческой концессии заключается и регистрируется в юстиции.

Многие стартапы поддерживаются банками. Например, у Сбербанка есть проект по поддержке малого предпринимательства и по кредитованию франчайзинговой группы.

— Как еще государство могло бы поддержать малый бизнес?

— Очень интересный вариант — это государственно-частное партнерство. К примеру, организация таких площадок, где в инвестпроекте торгового центра непосредственно участвовали бы те предприниматели, которые потом там будут заниматься своей предпринимательской деятельностью.

Читайте также:

Мясной рынок России избавится от импорта

Агробизнес России - авантюра для инвесторов

Как новые налоги отразятся на ценах

Реальные бои за виртуальную торговлю

Бизнес в России: плохому танцору...

Интервью к публикации подготовил Владимир Беляев

Беседовала

Лейла Мамедова


Российский бизнес не пускают за прилавок?
Комментарии
Комментарии

Поддержка политики президента Владимира Путина наблюдается и среди представителей российской элиты - к такому выводу неожиданно для себя пришли исследователи американского колледжа Гамильтон (Нью-Йорк).

США поражены: Российская элита отворачивается от Запада