Обстановка на Украине находится в центре внимания всего мира. Происходящее непосредственно касается соседних стран и оказывает на них большое влияние. В прямом эфире видеоканала Pravda.Ru известный польский политолог, вице-президент Европейского Центра геополитических исследований Конрад Ренкас рассмотрел события на Украине, возможность возникновения польского майдана и поделился собственными впечатлениями от поездок в Киев и Донбасс.
— В Польше сейчас тоже очень горячая ситуация. Идут протесты против правительства, недовольство нарастает. Расскажите, пожалуйста, что у вас происходит? Возможно ли повторения украинских событий в Польше?
— У нас несколько больших проблем, как на Украине. Они существуют в Польше уже давно. Мы очень боимся. В нашей стране демократия, но власть не совсем прозрачна. Только что мы узнали о последних делах нашего правительства. Оказывается, что есть секретные соглашения, договоры… У нас — частные интересы партий, частные интересы, как можно трактовать законы… Государство нарушает права людей. И поляки несколько дней назад могли наблюдать, как польские правители, польские силовики говорили непристойные вещи, у кого, извините, большой пенис. Расстроена деятельность центрального правительства. Но польский майдан уже был в 1989 году. Сейчас майдана не будет. Поляки не хотят борьбы, у нас люди не настроены к майдану.
— А может случиться так, что поляков никто не спросит, хотят ли они майдан? Ведь на Украине тоже далеко не все хотели этого?
— У нас, как я уже сказал, польский майдан был 25 лет назад. Но люди с польского майдана, с 89-го года, управляют нашей страной 25 лет. Так что у нас может быть только антимайдан. На выборах в Европарламент большинство поляков или не пошли голосовать, или пошли за радикальную оппозицию, за Януш Корвин-Микке. Действиями государства сейчас действительно многие недовольны, считают, что они ведут страну в неправильном направлении. Люди недовольны властью и силовиками, но пока не предпринимают активных действий против них. Я был в Киеве 10 лет назад, был в Киеве в феврале и в мае-июне. Я вижу у людей надежду поменять жизнь, желание лучше жить.
Но у поляков была надежда 25 лет тому назад. Мы думали, что демократия, свобода, капитализм изменит жизнь к лучшему. После 25 лет мы знаем, что это не все для людей. Три миллиона поляков уехало на Запад искать работу. В Польше работы для молодых людей нет. В Польше они не могли купить квартиру, у них не могло быть детей, они не могли заработать на жизнь. Даже пенсионеры должны работать на 2 года больше. Наше правительство не имеет денег, чтоб платить пенсионерам пенсии. Украинцы сейчас повторяют путь Польши 25-летней давности. А мы уже знаем, что это бесполезно.
Читайте также: Знает ли Туск о бандеровцах в Польше
— Надежды и ожидания не оправдались, и 3 миллиона молодых поляков уехало работать заграницу. А как они там устроены, у них хорошая работа?
— У них работа, которую раньше делали мигранты из Африки, Азии. Но эти поляки все равно не хотят вернуться домой. В Польше нет работы, нет пенсии, нет квартир. Они не хотят вернуться в Польшу под такое правительство, как мы имеем 25 лет. В Польше молодой человек вообще не имеет постоянного договора о работе. У него только договор на месяц, максимум на три месяца.
— А могут люди брать кредиты на жилье, на образование?
— Нет. Если нет договора о работе, то кредит не дадут, фактически купить телевизор не получится.
— Кто-нибудь выиграл в результате такой активной евроинтеграции, которая произошла 25 лет назад? Кому-то стало лучше от этого в Польше?
— У нас тоже есть олигархи, только их не называют олигархами. В одном из записанных и преданных гласности разговоров наших политиков говорится о договоре нашей палаты контроля с наибольшими олигархами Польши, с Яном Кольчиком. У нас несколько имен, 4-5 человек имеют больше народного скарба, народных денег. Ян Кольчик, Рышард Краузе имеют своих политиков, свои политические группы, партии. Они бенефицианты, они содержат обслуживающих их политиков на деньги, которые должны принадлежать народу. Вот разразился этот скандал.
— Видите ли вы что-то схожее между событиями в Польше 89-года и нынешними украинскими событиями или майданом 2004 года?
— Сейчас это не был майдан. Сейчас был цирк, это была пародия. В 2004 году — да, это был майдан, это было большое движение. Оно выглядело, как в Польше в 1989 году, это правда. Но я был на Майдане в феврале, видел, как боролись с "Беркутом". Это не было народное движение Украины. И люди сказали, что они получат деньги за жизнь на Майдане. Это не было секретом для журналистов. Там было несколько, я думаю, 500-600 людей с западной Украины, которые даже не знали, для чего они здесь. Им просто надо было это сделать, потому что им платили и сказали, что надо тут быть. Это не было народное движение.
— Они не скрывали, что получают деньги за это?
— Они не скрывали. Они сказали, это нормально. Если они тут будут 3-5 недель, то получат деньги, и у них все будет нормально.
— А сколько денег они зарабатывали?
— Я не знаю. Но думаю, что больше получали боевики "Правого сектора", самоуправление Майдана, старшие люди, которые руководили и готовили все это.
— А как там все было организовано, чем занимались, что там делали эти люди?
— Выглядело, как цыганский вагон. Беспорядок огромный. Но это было только километра два площади. В округе Майдана Киев жил нормально. Люди шли на работу, машины ехали. Киевляне смотрели на них, как на выступление артистов. Никто не думал, что они правы и что они могут что-то сделать. Об этом в Киеве не думали. А на Майдане были не киевские люди.
Читайте также: Майдан в Польше будут делать спецслужбы
— Это были не киевляне?
— Нет, это были люди с западной Украины. Все они были с Ровно, Ивано-Франковска. Ровно, там где "Свобода", где бандеровцы имеют больше сил.
— А были какие-то особо агрессивные?
— Они были там в каком-то воодушевлении. Есть информация (она нигде не подтверждалась), но многие говорят, что участников этого евромайдана поили чаем с какими-то наркотиками, препаратами, которые активизируют деятельность нервной системы. И еда подобная была. Потом люди, уезжая с Майдана, переживали наркотическую ломку. Таких рассказов много. На Майдане было много алкоголя. Это и сейчас есть. Я был на Майдане 3-4 недели назад, тоже много алкоголя. Но я видел, как подготавливались боевики "Правого сектора". Я смотрел им в глаза. Они не были пьяны, у них нет алкоголя. Я думаю, это могли быть наркотики, химические субстанции. У них была агрессия, у них была злость, у них в глазах была ненависть. Они хотели убивать. Они были, как в трансе, в агрессивном, военном трансе.
— Поляки очень сильно пострадали от бандеровцев. Только в Волынской резне было убито 80 тысяч поляков. А сейчас Польша поддерживает украинские события, хотя бандеровцы играют в них очень активную роль. Польская власть, зная, кто такой Бандера, считает, что Украина выбирает демократию, хотя Бандера — это последний, кого можно заподозрить в демократии. Как такое возможно?
— В Польше в июле будут организовывать акцию памяти жертв Волынской резни. В ночь 11-12 июля бандеровцы погубили 15-16 тысяч поляков, маленьких детей, женщин. Но всего поляков от бандеровцев погибло 200 тысяч. Польские политики, как Ярослав Качиньский приезжали в Киев, они стали с Тягнибоком, с бандеровцами и кричали: "Героям, слава!". Это — безумно для поляков. 70 процентов поляков не поддерживает Майдан, не поддерживает польских политиков, которые сотрудничают с Киевом. Мы не хотим бандеровцев на нашей восточной границе. Это — политики и сторожи, но не польские политики. Это — не польские интересы. Это — интересы только Вашингтона.
"Правое дело" в Польше — это партия американских интересов. У нас есть много журналистов в научных, академических центрах работают, чтобы донести правду об истории бандеровцев, они помогают польско-украинскому и польско-российскому объединению. Но в целом польское телевидение, польские СМИ — они только западные, только американские. В Польше была манифестация, поляки пришли к русскому посольству поддержать Новороссию, поддержать Донецкую республику.
— Как вы оцениваете ситуацию на юго-востоке Украины? Что говорят в Польше о Донбассе?
— В Польше мы можем прочитать и услышать по телевидению, что это русские боевики. Они будто тысячами через границу переходят. Но это неправильно. Это — жители местные, русские люди, донецкие с очень простым оружием. Я видел женщин с детьми. Там нет российских наемников, а только простые люди. Мы тоже видели, когда мы были на вокзале в Донецке, как была атака вертолетов украинских. Мы видели, как они стреляли.
— Они стреляли на вокзале по женщинам и детям?
— Да, да. Только по женщинам, не было боевиков донецких. Не было. Только женщины.
Читайте также: Почему выгодно забыть Волынскую резню?
— А когда это было?
— 26 мая. В Польше сказали, что это было донецкая атака на украинцев. Это неправда, это были украинские вертолеты, они стреляли в женщин. Были жертвы среди мирных людей. Их было очень жаль. Но у них есть гордость, честь. Они ждут, что Россия поможет, у них есть надежда. Я не видел правильности на Майдане в Киеве, но я видел, что народное движение идет в Донбассе. Просто они хотят жить сами, не с олигархами, не с фашистами, не с бандеровцами. Это правильное народное движение. Я знаю мнение киевской власти, что это только русские террористы в Донбассе воюют. А все шахтеры донецкие, луганские хотят жить на Украине. Если это так, то почему украинская армия вертолетами, самолетами, ракетами обстреливает и бомбит людей. По террористам надо стрелять снайперам, а не вертолетами, не танками, не артиллерией. Это — оружия для массового убийства. То, что творится на Украине — это шизофрения. Киевские власти говорят о единстве Украины, а сами совершают масштабные убийства донецких, луганских людей. Им в Донбассе люди не нужны. Им нужны только газ и территория.
— Когда вы были в Донецке, вы видели там польских солдат-наемников на стороне киевской армии?
— Мы видели поляков, но они сдерживались перед нами, не хотели разговаривать. Но мы знаем, что польские наемники воюют в Донецке. Мы знаем, что польские агентства посылают наемников на восток. Бывшие солдаты сказали нам, что платят 5 тысяч евро в месяц польским наемникам. Но не только они есть в Донбассе. Это были наемники из фирмы, которую создал министр внутренних дел Сенкевич. У него есть фирма с наемниками. И этих наемников мы нашли в Донецке. Мы хотим расследовать это. Польский политик Януш Корвин-Микке сказал, что у него есть информация, как польские политики вместе с украинскими создавали лагеря для наемников. Польские власти не давали расследовать это. Недавно я получил приглашение участвовать в расследовании от нашей прокуратуры. Ведь у нас запрещено поставлять наемников для военных действий в других странах.
Надо наслаждаться жизнью — сделай это, подписавшись на одно из представительств Pravda. Ru в: