Гибель российских журналистов в ЦАР еще раз продемонстрировала: для олигарха, которого СК РФ ищет по делу об убийстве мэра Нефтеюганска в 1998 году, люди — всего лишь разменный товар.
Михаил Ходорковский, отсидевший больше десяти лет за мошенничество и хищения, как только оказался в Британии, объявил "вендетту" властям теперь уже явно его бывшей родины. Войну олигарх ведет методами Маккиавелли. Не останавливается ни перед чем. Люди, выполняющие для него грязную работу, для него не более чем средства. И тому есть немало свидетельств.
В Центральноафриканскую республику снимать фильм о "частных военных компаниях" военного корреспондента Орхана Джемаля, режиссера Александра Расторгуева и оператор Кирилла Радченко олигарх отправил руками Центра Управления Расследований (ЦУР). Отправил на смерть. В этом убеждена вдова режиссера Евгения Расторгуева. Она прямо обвиняет Михаила Ходорковского в гибели своего мужа в интервью РЕН ТВ.
Организацию командировки съемочной группы в ЦАР вдова считает отвратительной. Журналистов, когда до отправления оставалась всего неделя, хотели выдать за орнитологов.
"Бредовая идея, — считает Евгения. — Якобы едут туда снимать птичек".
От нее отказались. В страну, где 15 лет идет гражданская война, съемочная группа в итоге поехала под видом туристов.
Отвратительной оказалась не только легенда, но и финансирование. Мужа Евгении, который четыре месяца сидел без работы, обманули с авансом. А после гибели журналистов их близкие фактически оказались предоставлены сами себе: никакой помощи от Ходорковского они не получили. Выдать ее олигарх обещал в обмен на смету похорон.
"Мне позвонил Паша Костомаров (режиссер) и сказал, что нужна смета, чтобы получить деньги на похороны от Ходорковского. Я ему начала кричать: "Какая смета?! Вы о чем?! Мы сейчас вообще заняты другим, я буду сидеть и заниматься писаниной?!", — вспоминает вдова Расторгуева.
Похороны в итоге организовали на деньги, собранные в сети. Сам олигарх звонить Расторгуевой не счел нужным. Даже для дежурных слов соболезнования.
"Ходорковский причастен к смерти моего мужа", — в общем-то, и не особо расстроена отсутствием звонка от олигарха, Евгения Расторгуева.
Страховки у съемочной группы ни от ЦУРа, ни от олигарха тоже не было. Муж Евгении оформлял ее за свои деньги.
"У мужа [перед поездкой] была какая-то легкая растерянность, — говорит женщина. — В течение месяца они ходили в каком-то подвешенном состоянии, периодически встречались, и только за неделю до поездки встретились всей группой, которой должны были поехать".
Детали поездки знали только главный редактор ЦУР Андрей Коняхин и его заместитель Анастасия Горшкова, говорит вдова Расторгуева.
Ни GPS-трекеров, ни охраны, ни нормальных пресс-карт у журналистов тоже не было. Постоянно менялись планы относительно съемочной техники, ЦУР не обеспечил группе даже нормальную связь.
"Вопросов очень много, ответов нет", — говорит Евгения.
"Иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю, что", — так, по словам вдовы режиссера, Расторгуев оценивал "задачи", поставленные организаторами поездки.
"Я считаю его (Андрея Коняхина, главу ЦУР) одним из главных в этой цепочке виновников происшедшего, потому что они отвечали за организацию".
О смерти мужа Евгения узнала из новостей. Коняхин не брал трубку телефона. Перезвонил только после смс.
"Да, еще 15 минут назад мы сомневались, но сейчас уже есть какие-то подтверждения", — сообщил он ей.
"Регулярно спрашивают про помощь семьям погибших в трагической ситуации. Естественно помощь оказывается и будет оказываться. Если люди захотят — расскажут", — написал Михаил Ходорковский на следующий день после трагедии в ЦАР.
Слова так и остались словами.
"К сожалению, всем этим заниматься пришлось мне, — рассказала Евгения. — Я поняла, что ничего не происходит, ничего не двигается".
Знакомые олигарха распространяют слух о 100 тысяч долларов, которые будут выделены каждой семье. О деньгах говорят журналисты, шепчутся представители Ходорковского, обсуждают даже друзья погибших. Но совершенно не знают в семьях погибших.
"Я совершенно не знаю ни о каких деньгах. Сама услышала от журналистов, которые спрашивают меня о том, получила я их или нет. Уже четыре дня никаких известий и тем более информации про выплаты я не получала. Тишина", — рассказала Расторгуева уже нашему корреспонденту.
Евгению возмущает, что те, кто отправил съемочную группу на смерть, пытаются сделать из ее мужа, который снимал документальное кино без закадрового текста, "борца с режимом".
"Рассказывали, какой Саша борец за правду. Очень часто на поминках звучало: "Эта страна его убила", — вспоминает Евгения. — Мне очень хотелось спросить: "Скажите, какую конкретно страну вы имеете в виду?" Потому что, если я правильно понимаю, они намекают на Россию".
К России у вдовы Расторгуева претензий нет. Только к ее оппонентам, которые предлагали словно в пику Донбассу похоронить режиссера вместо Москвы в соседнем к Украине Ростове.
"Политическую историю пытаются сделать. Из Саши — революционера-оппозиционера", — говорит она.
У Расторгуевой сложилось впечатление, что со стороны структур Ходорковского идет прямая спекуляция на смерти ее мужа. Женщина надеется, что следствие поможет ответить на все ее вопросы и сомнения.
"Я хочу узнать максимально правду", — говорит она.
Тому, что Ходорковский не церемонится с теми, кто от него зависит, и легко кидает людей, ставших для него бесполезными, есть много свидетельств.
Много шума наделал пост адвоката Елены Липцер - дочери известного правозащитника Льва Пономарева. Липцер, которая 11 лет работала с Ходорковским по делу ЮКОСа, написала эмоциональную заметку на своей странице в Facebook, в которой рассказала, как экс-олигарх буквально "сбрасывал с хвоста" тех, кто был ему больше не нужен.
Это отношение испытала на себе и сама Липцер, и ее отец, и другие люди, активно помогавшие Ходорковскому в то время, когда он был под судом и находился в колонии.
Поводом для откровений стала гибель журналистов в ЦАР.
"Погибшие журналисты — жертвы бесчеловечного расчетливого и холодного отношения Михаила Ходорковского к своим подчиненным и соратникам", — написала Липцер.
В посте упоминается история другого верного соратника олигарха- адвоката Натальи Тереховой, которой экс-олигарх отказался помочь деньгами, когда та заболела раком. Скончалась она в 2015-ом.
"Даже на похороны денег пожалел", — написала Липцер.
Аналогичная история произошла и со священником, бывшим диссидентом Глебом Якуниным, который крестил Ходорковского, был его духовником и соратником, поддерживал его в колонии.
"Последний год жизни он [Якунин] сильно болел, страдал и умер, — написала Липцер о смерти священника в 2014 году. — И тогда выяснилось, что Ходорковскому он уже совсем неинтересен. В результате, деньги на его похороны собирал мой отец [Лев Пономарев]".
После этого отношения между Пономаревым и фигурантами дела ЮКОСа сильно разладились, вспоминает Липцер. Упоминает женщина и о том, что после освобождения из колонии и отъезда на Запад Ходорковский забыл тех, кто помогал ему во время заключения.
"Попользовались и выкинули, — написала Липцер. — Они — машины, конченные люди, для которых мы лишь инструмент для достижения своих целей. Если надо, нас подставят, отдадут на откуп ментам, бандитам, конкурентам".
Историю с журналистами в ЦАРе Липцер ставит в один ряд.
"Их просто послали на убой. Холодно, расчетливо, умышленно — это почерк Михаила Борисовича, любой сотрудник ЮКОСа или [финансируемой Ходорковским организации] "Открытой России" подтвердит мои слова", — написала Елена Липцер.
В заключение в заметке говорилось, что она все-таки надеется, что гибель журналистов в ЦАР не была подстроена Ходорковским намеренно.
Через несколько часов после появления этой записи Елена Липцер дезавуировала приведенную в заметке информацию, заявив, что ее страницу в Facebook якобы взломали. В это не поверил даже Рустем Адагамов.
"У меня нет никаких сомнений в том, что никакого взлома не было, а был честный и искренний текст, который потом настойчиво попросили убрать", — написал он в комментариях в Facebook.
Стоит признать, что версия со взломом страницы Липцер не выдерживает никакой критики, поскольку политика Facebook в таких ситуациях предполагает: на восстановление доступа к аккаунту и удаление поста, оставленного "взломщиками", требуется не меньше суток.
Сама Липцер "после настойчивой просьбы" предпочитает на эту тему не говорить. Журналистам, встретившим ее в аэропорту, она ответила: что ничего не знает и ничего не писала. Елена, судя по инвалидной коляске и рейсу в Израиль, известному хорошо развитой медициной, также тяжело больна.
В распоряжении редакции есть запись разговора экс-адвоката с коллегой, где она признается, что Ходорковский мог облегчить участь Тереховой. Но он ждал пока ему "доложат про ситуацию". Терехова этого не дождалась.
Дочь адвоката Натальи Тереховой, с которой встретился корреспондент, крайне осторожно высказалась об отношениях своей матери с Ходорковским.
"Как-то в наш город [Читу] приехал Ходорковский, — вспоминает молодая женщина. — Кто-то пошутил, что он станет клиентом мамы. Так и вышло. Жизнь можно разделить на до этого дела -и после".
Работу с делом Ходорковского Терехова, по словам ее дочери, продолжила и после того, как перебралась в Москву. В это время Наталья была нужна олигарху. И он, а точнее те, кто, пока он был в заключении распоряжались его деньгами, не скупились.
"Размер гонорара я не могу назвать, но это была большая сумма, которая соответствовала ее [Натальи Тереховой] огромному труду, — вспоминает дочь. — Фактически, она отбывала срок вместе с Ходорковским".
Однако, когда у Тереховой диагностировали онкологическое заболевание, отношение к ней ее доверителя изменилось.
"Потом обрушилась болезнь. В первый раз МБХ помог ей очень. Она поехала лечиться в Германию, на начальном этапе он помогал вниманием и деньгами. Потом… Рак есть рак. Я слышала, что он не дал денег и медлил", — осторожно сказала дочь Тереховой.
Обвинения в адрес Ходорковского в наплевательском отношении к людям не опровергнуты, убежден политический аналитик Александр Асафов.
"Ситуация для Ходорковского складывается сейчас не слишком хорошо, — отметил политолог. — Фактически, высвечена его связь с гибелью журналистов в ЦАР, поскольку Ходорковский был менеджером этой поездки".
Преференции, которые Ходорковский надеялся получить от поездки журналистов в ЦАР для обвинения России, экс-олигарх так и не получил, считает эксперт.
"Резонанс в СМИ и Интернете от этой истории для экс-главы ЮКОСа — это серьезный негативный фактор, с которым он борется, как умеет", — отметил Асафов.
По словам эксперта, поведение Ходорковского ярко свидетельствует, что он относится к людям как к расходному материалу и не испытывает жалости и сочувствия ни к погибшим журналистам, ни к тем, кто когда-то ему помогал.
"Все это Ходорковского не волнует. Его волнует лишь защита собственной репутации, хотя сказать, что эта репутация уже давно серьезно подмочена, было бы слишком мягко", — отметил эксперт, напомнив, что экс-олигарха обвиняют в том числе в соучастии в убийствах, совершенных в конце 1990-х годов.
Надо наслаждаться жизнью — сделай это, подписавшись на одно из представительств Pravda. Ru в: