Источник Правда.Ру

Игорь Николайчук: Военная доктрина России 2010 года универсальна

Игорь Николайчук: Военная доктрина России от 2010 года универсальна. 297157.jpeg

Кандидат технических наук, старший научный сотрудник РИСИ, член авторского коллектива Российской военной энциклопедии последнего издания Игорь Николайчук рассказал корреспонденту Pravda. Ru о возможных изменениях в военной доктрине России

— Действующая военная доктрина России нуждается в изменении, сказал заместитель секретаря Совета Безопасности РФ Михаил Попов. Внесение уточнений в документ продиктовано расширением НАТО, проблемой ПРО, а также ситуацией на Украине и вокруг нее. Какова главная идея российской военной доктрины, принятой в 2010 году? Как вы считаете какие это будут изменения?

— Главное отличие новой военной доктрины, которая была принята в 2010 году, в том, что она носит универсальный и всеобъемлющий характер. В ней с наибольшей полнотой учтены все вызовы, угрозы военной и другой безопасности России, и поэтому предельно лаконично и предельно обще там изложены постулаты военно-политического, военно-технического, и других аспектов военного строительства в Российской Федерации.

Тщательное изучение текста доктрины, на мой взгляд, говорит об одном, что в той или иной форме, все те вызовы, которые сейчас появились, там были предусмотрены. Поэтому, что там конкретно менять, я нахожусь в затруднении, говоря о видении того, какой из параграфов этой доктрины следует дополнить, изъять или ввести какие-то новые.

Да, наверное, надо будет поговорить отдельно о возможности применения российских войск за рубежом в каких-то случаях, не предусмотренных сегодняшним текстом доктрины, но это крайне щекотливый, щепетильный и политически опасный вопрос, который комментировать бы сегодня не хотелось, это дело политического руководства распоряжаться своими вооруженными силами у границ России. Хочу пояснить, что раньше в доктрине было написано, что можно применять силу, если возникнет угроза соотечественникам, гражданам России за рубежом, то теперь это можно как-то, так скажем, расширить на какие-то другие категории, я не знаю, но со связью с русской нацией или каким-то Русским миром, не знаю. Это фантазии, и еще раз говорю, что вопрос очень щепетильный, поэтому, мне кажется, особо большой переделки текста доктрины не будет.

А вот переделка стратегического планирования на основе этой доктрины, за что собственно и отвечает Совет безопасности, безусловно, будет подвергнут, и политическое руководство страны это отлично понимает, будет подвержена серьезным доработкам.

На слуху такие варианты как проблема ПРО. Если раньше совершенно четко все споры по этой системе между странами НАТО, США и России заключались в том, что такие системы ПРО развернутые в Европе, не угрожают России, а предназначены для отражения возможной иранской ядерной атаки на европейские центры, еще чего-то в этом роде, то теперь весь этот бред будет обнулен концептуально. Безусловно, теперь все действия Запада по развертыванию систем ПРО в Европе, европейские ПРО, или базирование в Румынии кораблей США с элементами ПРО на борту, будут рассматриваться как направленные непосредственно в сторону России, как реальная угроза стратегической стабильности и подрыва ядерного паритета с США и другими странами.

Поэтому без всяких обиняков начнется создание новых систем и реализация каких-то ответных мер для парирования этой угрозы. И вероятнее всего, в первую очередь, еще раз говорю, это мое личное мнение, будут развернуты в Крыму самолеты ТУ-22М с ядерными ракетами на борту для нанесения ударов по румынским портам НАТО, где будут базироваться американские корабли… Извините, не для нанесения, конечно, ударов, это надо изъять из текста, а для противодействия угрозе с их стороны.

Что-то подобное произойдет и на западном фланге, связанное с развертыванием систем ПРО европейских в Польше.

Теперь, что касается расширения НАТО на Восток, это очень интересная тема, о которой можно говорить долго. Во-первых, НАТО не говорило, что оно расширяется на Восток, это делают заявление политики, что надо посмотреть в сторону Востока, попытаться вновь сдвинуться на Восток, сделать расширение НАТО — Восток новой парадигмы развития НАТО и т. д.

Реально политический процесс еще не начался, а вот что началось — это создание сил быстрого развертывания НАТО, что, безусловно, представляет собой угрозу, и более того, уже названы те страны, которые будут создавать силы быстрого развертывания. Это список стран, если посмотреть очень внимательно, вот здесь я хочу сказать, что выражаю исключительно свое личное мнение, и оно может не совпадать с мнением других экспертов в этой области, но список этих стран удивительно проходит по границам тех стран, которые так или иначе находятся, за исключением Норвегии, пожалуй, под сильным немецким влиянием — это Прибалтика, это Нидерланды, это, в конце концов, даже Швеция, которая заявила о том, что, хоть она и не является челом НАТО, может призвать на свою территорию по отдельному договору вот эти силы быстрого развертывания.

То есть, фактически, если рассматривать это в более широком политическом контексте, то у меня создается впечатление, что под словами "расширение НАО на Восток" и "создание сил быстрого развертывания НАТО", США проводит политику по парированию возросшего политического влияния Германии в странах Прибалтики. НАТО, как известно, инструмент США в Европе, и поэтому возросшее политическое влияние Германии в этом регионе, США пытается компенсировать, ну, скажем так, весьма сомнительными шагами по навязыванию странам Прибалтики дополнительной военной защиты, хотя не в каком страшном сне, я думаю, никто в НАТО не планирует и не рассматривает вопрос о нанесении каких-то там ударов со стороны России по этим странам, тем более по нейтральным странам. Это полный нонсенс. Честно говоря, это не имеет никакого смысла не в военном, не тем более в политическом отношении.

Но создание и развертывание таких сил безусловно потребует от нас адекватных ответов и по созданию какой-то военной инфраструктуры на своих западных рубежах, и, я думаю, что ключевым в этом вопросе становится использование потенциала военного и военно-политического, и даже военно-технического Калининградской области и Балтийского флота.

И выскажу осторожное предположение, что Балтийский флот из какого-то заштатного, и непонятно для чего существующего флота, извините за резкость, становится достаточно значимым военно-стратегическим фактором на северном фланге Европы, по крайней мере на балтийском фланге Европы. Это потребует, конечно, пересмотра каких-то кораблестроительных программ, оснащения войск в Калининградском эксклаве, и собственно Балтийского флота, какой-то новой техникой под новые задачи, которые им предстоит решать, но в основном, очевидно, антиденсантные, это да.

А теперь, что касается, по-моему третий вопрос про Украину? Ситуация на Украине показывает, что, ну оставим пока стремление Украины войти в НАТО, это вопрос сложный, часто это политический шантаж, давление и так далее, но, безусловно, стремление Украины в НАТО представляет собой серьезную, если не скажу, почти смертельную опасность для Российской Федерации. Это фактически обнуляются все и оборонительные возможности с удара с западного направления, подлетное время ракет к жизненно важным центрам России превращается чуть ли не в секунды, поэтому надо сделать все, чтобы этого не допустить, если бы президент спрашивал мнение у военных., с военной точки зрения это безусловно.

Но события на Украине характерны, на мой взгляд, не столько этим, столько тем, что появились какие-то новые военные опасности, какая-то размытость, какая-то неоформленность камбатантов, тех, кто непосредственно участвует в боевых действиях, какие-то совершенно вязкие, чуть ли не террористические угрозы, которые совершенно там раньше не принимались во внимание для европейских стран, тем более для стран СНГ, и с этой точки зрения, как в оперативно-тактическом, так и с оперативно-стратегическом отношении наши военные должны сделать серьезные выводы и учесть, безусловно, украинский опыт, особенно в политическом, идеологическом и даже информационном аспектах, в планировании своей деятельности, и уж конечно, своей безопасности в своей деятельности по стратегическому планированию.

— Значит вы согласны с тем, что пересмотр военной доктрины назрел? Это актуально?

— Раз об этом говорят лица ответственные за создание таких документов, значит назрел. Вопрос только в том, что под этим делом понимать. Подчеркну свою точку зрения, то, что текст военной доктрины Российской Федерации адекватен тем угрозам и вызовам, которые существуют в данный момент. Дорабатывать его с учетом улучшения или учета этих новых угроз будет достаточно сложно, потому что, еще раз говорю, там предусмотрены все случаи, так сформулирована доктрина, дорабатывать надо реалии, вернее некоторые аспекты планы стратегического планирования с учетом вот этих новых угроз, о которых я сказал.

Так вот под запись или не под запись, но поймите меня правильно, Татьян, вот возьмите любой текст, любой параграф доктрины, в смысле военной доктрины, там сказано, что "всемерно учитывать опасность от дальнейшего расширения военных блоков, в первую очередь НАТО", да? Ну, вот чего там еще дописать? Можно поставить запятую "особенно на Восток"!

— Похоже, что собираются работать над конкретизацией. Может быть, назовут вещи своими именами?

— Может быть, но не так составляются доктринальные документы. Нельзя пересматривать каждый раз, когда собьют какие-нибудь украинские сумасшедшие фашисты "Боинг", условно говоря, или начнется крупная борьба, схватка с контрабандистами в Таджикистане по наркотрафику, понимаете? Как говорил Остап Бендер, "все учтено могучим ураганом".

Поэтому, что имел в виду товарищ Попов, это надо еще посмотреть. Может быть, он просто имел ввиду, что надо собраться, оценить опыт, выработать какие-то новые рекомендации по стратегическому планированию. Может быть, создать какие-то новые войска, я не знаю, усилить эшелон противоракетной обороны где-то там, развернуть какие-то войска в каких-то регионах, отказаться от каких-то договоров и прочее. Но кардинально менять или даже серьезно дорабатывать доктрину, скорее это некое такое заявление для того, чтобы привлечь внимание нашей общественности к тому, что появились новые серьезные вызовы безопасности России в военной сфере и на них надо реагировать.

Читайте также:

Россия меняет военную доктрину

России нужен реальный внешний противник — эксперт

Игорь Коротченко: Новая военная доктрина России конкретизирует противников государства и методы борьбы с ними

Читайте последние новости на сегодня, 2 сентября 2014 года


Леонид Ивашов о военной доктрине России
Комментарии
Комментарии