Предприниматель из России Алексей Тарасов оказавшийся в Париже пережил там месяц изоляции. В беседе с главным редактором "Правды.Ру" Инной Новиковой, бизнесмен рассказал любопытные подробности пребывания на карантине во французской столице, о предпринимаемых правительством мерах по выходу из кризиса и о том, что лучше у них, а что — у нас.
Читайте начало интервью:
Хроники COVID-19: как французы живут в условиях карантина
— Какие меры социальной помощи людям, которые остались без работы, бизнесменам, которые не смогли выстроить бизнес онлайн?
— Это очень интересная и очень больная тема, особенно в сравнении с тем, что происходит в разных странах. Возможно, наши слушатели знают, что популярность Макрона не так давно была низкой. В настоящий момент степень поддержки Макрона поднялась с тридцати до сорока процентов, что колоссально в условиях страны, в которой очень высокая политическая конкуренция. Сорок процентов поддержки действующей власти, которая всегда под шквалом критики — это очень много.
Население видит действенные меры правительства по борьбе с санитарным кризисом. Это очень конкретные и понятные меры по сдерживанию кризиса с точки зрения медицины и поведения людей. Все правила были четко расписаны и объявлены.
Об этом сказал президент во время своего первого выступления. С тех пор было еще два обращения и с каждым разом аудитория возрастала. Если первое выступление Макрона смотрело 25 миллионов человек, то третье уже 37. Это означает, что к нему прислушиваются.
Во-первых, лишившиеся работы получают пособие по безработице в размере 84 процентов своего дохода, 100 процентов — для самых маленьких зарплат. Абсолютно полностью это компенсируется предприятиям со стороны государства. Об этом было объявлено сразу же с первого дня. Это сразу же сняло опасения людей: ехать или не ехать на работу, что делать, когда я останусь без дохода. Поэтому меры по соблюдению карантина сразу же стали соблюдаться. По крайней мере, со стороны наемных работников.
Государство гарантирует оплату электричества, коммунальных услуг и арендных платежей, которые гораздо выше, чем в России. Государство гарантирует 25-процентный кредит для оборотных средств в банке, в котором обслуживается предприятие. 25 процентов годового оборота, то есть трехмесячный оборот любой предприниматель гарантированно может взять в банке. Если это инновационное предприятие — все 50 процентов.
— Сколько составляет пособие по безработице?
— Во Франции это довольно сложная система. Получают порядка 84 процентов от зарплаты. Правда, при этом их не могут привлекать для дистанционной работы, что считается злоупотреблением. За этим обещают внимательно следить. Внимательно также обещают следить за тем, чтобы предприниматели отправляли людей на вынужденный простой, но при этом не получали дивиденды. Это не логично. Владельцы ресторана или кафетерия безвозмездно получают тысячу пятьсот не облагаемых налогом евро. И в том числе, если оборот по отношению к прошлому году падает на 70 процентов, также получают тысячу пятьсот евро, и пять тысяч по простому заявлению, если сложности экономические не позволяют выжить.
— И люди эти деньги получают? Это не просто обещания?
— Да, получают. Что касается людей с уровнем дохода ниже определенного уровня, есть множество различных социальных организаций, которые следят за тем, чтобы поддерживать наиболее уязвимые слои населения. За этим следит мэрия каждого города.
У каждой семьи есть свой присвоенный уровень на этой лесенке. И тем, кто находится ниже середины этой лесенки, ничего не нужно предпринимать, но каждая семья получает по пятьсот евро на каждого ребенка.
— Эмманюэль Макрон объявил, что 11 мая закончится карантин и страна вернется к обычному образу жизни. В других странах руководители говорят очень абстрактно и пока ничего не понятно.
— Выступление Макрона длилось минут двадцать, там было много деталей. Он назвал некую дату, когда планируется все завершить. Это означает, начиная с этого момента, мы планируем выйти из эпидемиологического кризиса. Планируют открыть школы, начиная с начальной. Начать открывать предприятия не первой необходимости. Планируют — не означает, что это будет непременно сделано. Мы видим, что власти реагируют динамично на то, что происходит. Известно, что не будет работать высшая школа. Известно, что не будут открыты кафе и рестораны.
— Не будут открыты музеи.
— Не будут открыты музеи, отменены массовые культурные мероприятия, которые всегда очень активны во Франции в летнее время. Отменен Авиньонский фестиваль. Огромное количество культурных мероприятий, которые менее известны вне Франции точно не состоятся до 15 июля.
12 марта Макрон объявил о том, что с понедельника 16-го марта, закрываются все школы, но при этом на воскресенье 15 марта был назначен первый тур выборов в местные органы власти. Выборы не были отменены. Где логика? Это результат политической борьбы во Франции, когда действующей власти приходится лавировать между различными политическими силами. Одна из политических сил — республиканцы, "правые", настаивали на соблюдении принципов демократии и чтобы выборы непременно состоялись.
С моей точки зрения, это, наверно, самая сильная ошибка президентства Макрона. Он поддержал выборы. Это не только не логично, но и опасно.
Обеспеченность населения средствами защиты и проблемы здравоохранения — это досталось в наследие Макрону, хотя ему вполне за это досталось. Самый большой риск вируса не столько в самой заболеваемости, сколько в отсутствии вакцины. Опасность перегрузки больниц и особенно реанимационных палат.
Пациентов становится больше, а реанимационных коек не хватает. Приходиться отключать тех, кого могли бы спасти. Эту часть кризиса правительство прошло очень неплохо: сейчас в Парижском регионе более 2 000 коек по сравнению с началом марта, когда их было всего 1 300. В Парижском регионе около 1 800 больных.
Мы не дошли до той стадии, до которой дошли в Ломбардии в Италии, или в Эльзасе, когда приходилось разворачивать полевые госпитали. Здесь медицинские власти очень хорошо сработали. А вот с защитными масками быстро разобраться не успели. Предыдущее правительство уничтожило стратегический запас масок на столько-то миллиардов, в которых отпала ненадобность из-за отсутствия эпидемий на протяжении десятилетий.
Во Франции идут дебаты, как должна функционировать система здравоохранения. В России — даже несмотря на все последние изменения — можно пролежать в больнице 12-15 дней, а во Франции, чтобы пролежать больше двух дней надо быть очень тяжело больным и реально находиться при смерти.
— В России больницы уменьшили срок пребывания в стационаре, хотя наша система оказалась более приспособленной.
— В этом смысле, да. С 1976-го по 2020-й год система здравоохранения во Франции потеряла 45 процентов больничных коек. Изменилась вся система реагирования медицины на заболевания. Французская система очень высокотехнологична, очень продвинута в лечении достаточно серьезных заболеваний, требующих поддержания жизни в сложных случаях. Но при этом она менее приспособлена для такой массовой мобилизационной медицины. Эта данность, с которой столкнулись нынешние власти. Работники системы здравоохранения очень активно выступают за реформирование.
— Франция уже месяц на карантине. Когда число заболевших не растет, а потом идет уменьшение. У вас что сейчас?
— Количество смертей на уровне порядка 600 человек в день. Уже неделю как наметилось снижение количества больных в реанимации. Снижается и количество новых больных. Это сложный параметр, потому что не понятно как определять новых больных в отсутствие массовых тестов. Давайте смотреть на то, сколько больных находится в отделениях интенсивной терапии. Это количество сейчас снижается изо дня в день. Когда это снижение стало более-менее устойчивым, тогда Макрон объявил некую дату.
Беседовала Инна Новикова
К публикации подготовил Игорь Буккер
Надо наслаждаться жизнью — сделай это, подписавшись на одно из представительств Pravda. Ru в: