Дело "Лайф-из-Гуд" — "Гермес" — "Бест Вей": "нулевая" потерпевшая больше не хочет терпеть

Дело, связанное с "Лайф-из-Гуд", "Гермес" и "Бест Вей": "потерпевшие" не терпят

35:56

Обзор выступлений свидетелей по уголовному делу. Часть третья

11 и 18 апреля Приморский районный суд города Санкт-Петербурга, рассматривающий по существу уголовное дело № 1-504/24, связываемое с компаниями "Лайф-из-Гуд", "Гермес" и кооперативом "Бест Вей", провел очередные, четвертое и пятое по счету, заседания, посвященные допросу свидетелей обвинения и лиц, признанных следствием потерпевшими в рамках судебного следствия по делу (обзоры предыдущих заседаний публиковались ранее).

На заседании 11 апреля были заслушаны показания пятерых свидетелей обвинения: двух представителей ЦБ и трех лиц, признанных потерпевшими. На заседании 18 апреля были допрошены четверо граждан, признанных потерпевшими, в том числе Наталья Школьник, с заявления которой началось уголовное дело.

Показания приводятся по аудиозаписи, имеющейся в распоряжении редакции, и стенограмме, которую вела сторона защиты.

Справка

Предварительное расследование уголовного дела осуществлялось ГСУ ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. На скамье подсудимых — десять граждан: Анна Высоцкая (за полгода до ареста уволилась из "Лайф-из-Гуд", до августа 2021 года работала ивент-менеджером "Лайф-из-Гуд", в СИЗО более двух лет), Александра Григорьева (директор одного из "технических" юрлиц "Лайф-из-Гуд", в СИЗО более двух лет), Михаил Измайлов (предприниматель, в СИЗО более двух лет), Елена Соловьева (главный бухгалтер ООО "Эксперт", в СИЗО более двух лет), Альмира Гильберт (неработающая, в СИЗО с 2023 года), Дмитрий Мазанов (предприниматель, в СИЗО с 2023 года), Анатолий Наливан (предприниматель и региональный уполномоченный кооператива, в СИЗО с 2023 года), Денис Шишко (предприниматель, в СИЗО с 2023 года), Дмитрий Выдрин (неработающий, под домашним арестом) и 83-летний отец Романа Василенко, основателя компании "Лайф-из-Гуд" и кооператива "Бест Вей", Виктор Василенко (пенсионер, под запретом определенных действий). Начиная рассмотрение по существу, Приморский районный суд продлил всем подсудимым меры пресечения на полгода, что оспаривается адвокатами в вышестоящих судах.

Всем подсудимым предъявлены обвинения как в мошенничестве (ч. 4 ст. 159 УК РФ) и создании финансовой пирамиды (ч. 2 ст. 172.2 УК РФ), так и в организации преступного сообщества (ч. 3 ст. 210 УК РФ). Их, а также гражданских ответчиков — прежде всего кооператив "Бест Вей" — защищают почти два десятка адвокатов.

В уголовном деле 221 лицо, признанное следствием потерпевшим, предъявляющее претензии как к компании "Гермес", так и к кооперативу "Бест Вей" (для сравнения: у компании "Гермес" не одна сотня тысяч клиентов в России, у кооператива "Бест Вей" — около 20 тыс. пайщиков). Общая сумма ущерба в уголовном деле — 280 млн рублей, при этом на счетах кооператива арестовано около 4 млрд рублей, примерно столько же арестовано на счетах частных лиц.

"Организации не признаны "пирамидами"

Свидетель обвинения Газалова — сотрудник северо-западного главка ЦБ. Никого из подсудимых не знает.

Ее подразделение, по словам свидетеля, не исследовало компании "Лайф-из-Гуд", "Гермес" и кооператив "Бест Вей" — оно получило информацию от коллег из Краснодара. Как связаны между собой эти три организации и связаны ли, она не знает.

Специалистов ЦБ из Краснодара смутили, по ее словам, высокая доходность и отсутствие реальной экономической деятельности (обобщенно, по трем юридическим лицам). Также специалистам ЦБ не понравились активная реклама и использование механизма МЛМ: лицензированные организации, по ее словам, этим не занимаются. А также смутила не прописанность возврата средств.

При этом Газалова заметила, что не помнит, обещал ли какую-либо доходность конкретно кооператив "Бест Вей". По поводу рекламы имела в виду "Лайф-из-Гуд" и "Бест Вей": "Гермес" на этот предмет не анализировала. Активная реклама, по ее словам, это привлечение медийных лиц и артистов. Ее фраза: "Легальным участникам рынка не нужна реклама" — вызвала смех в зале суда.

Газалова подчеркнула, что три организации не признаны финансовыми пирамидами: ЦБ, по ее словам, только предположил, что они могут быть пирамидами по ряду косвенных признаков. Признаки пирамиды, по ее словам, незаконность, отсутствие реальной экономической деятельности, активная массированная реклама, использование механизма МЛМ. Эти признаки, отметила Газалова, у всех трех организаций есть.

"Активная реклама характерна для финансового ретейла и не может быть дифференцирующим признаком финансовой пирамиды, — подчеркивают адвокаты. — МЛМ не криминализирован российским законодательством: это вполне легальный метод привлечения клиентов. Как можно говорить об отсутствии реальной экономической деятельности у кооператива, который приобрел более 2500 квартир пайщикам?"

"Деятельность кооператива не признавалась незаконной"

Свидетель обвинения Бурова — сотрудник центрального аппарата ЦБ. Подсудимых не знает. Пояснила суду, что полномочия ЦБ по выявлению недобросовестных практик на финансовом рынке базируются на законе о ЦБ — в частности, полномочия по составлению Списка компаний с выявленными признаками нелегальной деятельности на финансовом рынке (предупредительного списка).

Список, по словам Буровой — "информационная история", включение в него "юридических последствий не несет". В случае выявления недобросовестных практик документы передаются в правоохранительные органы — что и было сделано в отношении компаний "Лайф-из-Гуд", "Гермес" и кооператива "Бест Вей". Однако документы в правоохранительные органы передавало не ее подразделение: пояснений она дать не может.

Свидетель пояснила, что поступили два заявления об исключении из списка — от компании "Лайф-из-Гуд" и кооператива "Бест Вей". В исключении из списка кооперативу было отказано как самим ЦБ, так и арбитражным судом — в трех инстанциях: окончательно в октябре 2022 года.

Анализ, предшествовавший включению в список, проводился на основании открытых источников. По ее мнению, признаки пирамид: активная реклама, гарантирование дохода, несоответствие декларируемой и фактической деятельности. По ее словам, у "Бест Вей" были выявлены эти признаки, хотя лично она в их выявлении не участвовала. Конкретно ее смутило понятие "активный пайщик", но сути этого понятия она не помнит и анализ не проводила. Обещал ли кооператив доходность, не помнит.

После прочтения прокурором признаков из документов арбитражного суда: наличие вступительного взноса, наличие очереди на приобретение квартиры, предложение накопительной программы, кроме того, в открытых источниках отсутствовала информация о деятельности кооператива — свидетель подтвердила, что все эти проявления ее подразделение в деятельности кооператива усматривало. При этом она согласилась, что список носит рекомендательный характер.

На вопрос государственного обвинителя, будет ли кооператив жизнеспособен, если новые пайщики не придут, свидетель пояснила, что сама анализом деятельности кооператива не занималась, но, по ее мнению, не будет далее способен продолжать деятельность, и уточнила для судьи, что это ее предположение.

"На основании каких-то неопределенных суждений принимаются решения, которые создают значительные правовые последствия, — подчеркивают адвокаты. — Как мы слышим из показаний свидетелей из Банка России, никто ничего толком не исследовал, реальных проверок не проводил — использовал только некие сообщения из интернета, а ущерб деятельности трех экономических субъектов нанесен колоссальный. Кстати, информация о деятельности кооператива в открытых источниках присутствовала — публиковались аудиторские отчеты, в прессе регулярно появлялись новости о работе кооператива, сведения о механизмах его работы и реальные кейсы о приобретении квартир с его помощью".

Сотрудниками ЦБ, отмечают адвокаты, предпринимается попытка дать собственное определение понятию "финансовая пирамида", которое не соответствует тому, что имеется в уголовном законе. "Создание финансовой пирамиды, — отмечают они, — это, согласно УК, "организация деятельности по привлечению денежных средств или имущества физических и/или юридических лиц в крупном размере, при которой выплата дохода осуществляется за счет привлеченных денежных средств при отсутствии инвестиционной или иной законной предпринимательской или иной деятельности в объеме, сопоставимом с объемом привлеченных денежных средств или иного имущества". Кооператив приобрел более 2500 квартир пайщикам, то есть вел реальную экономическую деятельность, что подтверждено двумя бухгалтерскими экспертизами, проведенными следствием, и финансировался не только за счет поступлений от новых пайщиков, но и за счет возвратных и иных платежей имеющихся почти 20 тыс. пайщиков. В последние два года он живет совсем без новых пайщиков, прием которых полностью прекратил по собственной инициативе — его деятельность финансируется почти исключительно за счет возвратных платежей имеющихся пайщиков, и при этом кооператив, по свидетельству Совета кооператива, ликвиден. Десятки пайщиков предпочли рассчитаться за квартиры с кооперативом и перевести их в свою собственность — зачисление происходит не на заблокированные счета, а сразу идет на уплату налогов кооператива или возврат паевых средств выходящим из кооператива пайщикам. Совет кооператива утверждает, что средств достаточно для выплат по всем обязательствам".

Что касается решения арбитражного суда о том, что кооператив законно включен в предупредительный список ЦБ, то, как подчеркивают адвокаты, суд решал вопрос о том, обоснованно ли Банк России применил свой ведомственный нормативный акт, принимая решение о включении в список, а не о том, надо было включать кооператив в этот список или нет. Также в обоснование решений арбитражного суда, по их словам, был положен довод о возбуждении уголовного дела на основании информации ЦБ ("ЦБ прав, так как возбудили дело, а дело возбудили на основании информации ЦБ — круг замкнулся").

Важный, по мнению защитников, момент в выступлении представителя ЦБ — в признании, что кооператив является законным. "Именно со ссылкой на Банк России следственная группа писала во всех ходатайствах, что кооператив незаконный. Но, оказывается, Центробанк не признавал кооператив незаконным и не готов взять на себя ответственность за это утверждение".

"Послушала ролики в интернете — и пошла в полицию"

Признанная следствием потерпевшей Ашырбекова является как пайщицей кооператива "Бест Вей", так и клиентом компании "Гермес". Обвиняемых она не знает. Требует взыскать более 1 млн рублей по долгу компании "Гермес" и более 900 тыс. по долгу кооператива "Бест Вей".

Пришла в оба проекта через знакомого своего мужа. Заинтересовал прежде всего кооператив "Бест Вей": вложила в кооператив 900 тыс. рублей для приобретения квартиры. Срок приобретения квартиры, который ей назвали, — от восьми и более месяцев. Искать квартиру нужно было либо самостоятельно, либо через риелтера.

Также положила сумму на счет в "Гермесе", который был, по ее словам, открыт в подарок за вступление в кооператив. В январе 2022 года положила деньги путем перевода незнакомому человеку (видимо, по схеме p2p), средства на счете отобразились, доступ к нему получила, но через месяц сайт оказался недоступен, получить прибыль не успела. Перевела около 1 млн рублей, не запросив никаких документов, так как доверяла своему консультанту. Консультант сообщал ей информацию, касающуюся движения денег по счетам.

С началом разбирательства в отношении кооператива пыталась вернуть деньги, придя в офис на проспекте Испытателей, но там было закрыто. После этого Ашырбекова написала письменный запрос в кооператив. Ей ответили, что возврат паевых взносов по Закону о потребительской кооперации происходит в двухмесячный срок, но в связи с арестом счетов возврат может идти существенно дольше. Кроме того, сотрудники кооператива предложили ей написать заявление о выходе из кооператива — она написала, заверила у нотариуса и отправила.

Кооператив присылал ей также бланк заявления о снятии ареста со счета в правоохранительные органы — она отказалась подписывать такое заявление. Зато написала заявление в полицию, так как "послушала ролики в интернете". При этом включила в свои требования и паевые, и членские взносы, хотя в суде признала, что понимала, что членские взносы — невозвратные.

На вопрос прокурора пояснила, что риск не получить квартиру с помощью кооператива она в полной мере не осознавала: утверждает, что не знала, что квартира до погашения предоставленных кооперативом средств находится в собственности кооператива. При этом заметила, что в случае невозможности вносить паевые платежи можно было взять каникулы, отсрочку, а паевые средства в ситуации невозможности купить квартиру подлежали возврату. В ответе на вопрос адвоката она пояснила, что понимает, что невозврат произошел из-за того, что счет заморожен — но кто заблокировал средства, не знает.

"В ходе судебного заседания председатель Совета кооператива Сергей Крючек предоставил справку, что договор с Ашырбековой заключен в январе 2022 года, а в феврале произошла первая выемка документов в офисе кооператива, — подчеркивают адвокаты. — Заявление о выходе поступило в июне 2022 года, к этому моменту у пайщицы возникла небольшая задолженность по членским взносам, которая должна быть, согласно договору с кооперативом, погашена. Кооператив готов был погасить 900 тыс. рублей: вернуть паевые взносы — однако счета весь период были либо арестованы, либо заблокированы банками. Готов он погасить эту задолженность и сейчас, в порядке очереди. При наличии судебной санкции, так как препятствиями для выплаты являются арест счетов и отказ правоохранительных органов "выпускать" средства с арестованных счетов даже при наличии исполнительных листов судов, не говоря уже о решениях Совета кооператива о выплате".

"Консультант виновен в том, что деньги я вернуть не смог"

Признанный следствием потерпевшим Исрафилов никого из подсудимых не знает. Был клиентом компании "Гермес", заявил об ущербе на 1.700 тыс. рублей.

Пояснил, что с консультантом общался длительное время, прежде чем открыть счет "Виста". Счет открыл в 2016 году: внес 1100 евро через консультанта. В 2021 году внес еще средства. На счете "Виста" у него 1.700 тыс. рублей — деньги от продажи квартиры. Доход по счету получал ежемесячно — путем перечислений от разных людей, но снимал со счета только раз в год: пять раз снимал 50-60 тыс. рублей.

Консультант рассказывал ему про возможность использования инвестиционного плеча для увеличения счета, но Исрафилов заявил, что этой возможностью не пользовался. Расписок с консультанта не брал, договор не видел.

В декабре 2021 года, когда начались проблемы у "Гермеса" после возбуждения уголовного дела и возникли затруднения с выплатами по счету, пришел к консультанту и сказал: "Мы так не договаривались". Затем его общение с консультантом прервалось, он нашел чат, в котором были телефоны следователя — связался с ним и написал заявление на своего консультанта в правоохранительные органы, так как именно своего консультанта считает виновным в том, что деньги вернуть не смог.

При этом в судебном заседании были процитированы материалы уголовного дела о том, что сам Исрафилов также является консультантом. Судья озвучил материалы дела о том, что на счетах в "Гермесе" у него 60 тыс. евро, при этом статус — "Активен", то есть он имеет возможность пользоваться счетами. Исрафилов оба факта в суде отрицал.

"Из показаний Исрафилова получается, что более крупная сумма внесена после того, как процентами "отбилась" первоначальная", — обращают внимание адвокаты.

Исрафилов, как и предыдущие потерпевшие, допускает голословные утверждения, не подтвержденные документами, говорят они. "Его показания расходятся с данными, имеющимися в уголовном деле. Вызывает удивление то, что он предъявляет претензии на сумму, гораздо меньшую имеющейся у него на счетах в компании "Гермес". Он продолжает пользоваться счетами? Согласно материалам дела, в компании он не был заблокирован после подачи заявления в правоохранительные органы — возможно, был заблокирован только в размерах претензий по конкретному счету "Виста".

"Василенко прятался от меня, когда я приехала с адвокатами-чеченцами"

Признанная следствием потерпевшей Хромченко была только клиентом "Гермеса", в кооператив не вступала. В сентябре 2021 года внесла 800 тыс. рублей, просит вернуть ей 673 тыс. рублей плюс моральный ущерб, так как она "больной человек и требуется операция, сильно заболела после дерзкого обмана".

Утверждает, что ни рубля прибыли не получила — хотя из материалов дела следует, что прибыль получала. Компанию "Гермес" и кооператив "Бест Вей" не различает.

Рассказала суду, что приезжала в офис кооператива требовать деньги "Гермеса" с адвокатами-чеченцами, а Роман Василенко прятался от нее.

Показания Хромченко были крайне эмоциональными и невразумительными, и допрос был судом прекращен в связи с невозможностью добиться от свидетеля ответа фактически ни на один вопрос.

"Показания Хромченко — очередной пример нарисованной следствием истории, — говорят адвокаты. — Когда читаешь ее показания в деле, все складно и логично. Гладко было на бумаге — но в реальности потерпевшая не смогла подтвердить фактически ни одного своего утверждения и объяснить суду, что с ней произошло, кого и в чем она обвиняет. При этом под присягой продемонстрировала суду то, что она говорит неправду. Примеры тому — и получение дохода, который якобы она не получала, и история с прятавшимся от нее Василенко: Василенко не живет в России с пандемии, он, разумеется, не появлялся в стране с момента объявления в розыск. Это уже не первый эмоционально нестабильный свидетель, явно использованный следствием для массовки при составлении обвинительного заключения, — который производит на суд впечатление сконструированности обвинений".

"Понятия не имела, что дойдет до суда"

Признанная следствием потерпевшей Гадбрахманова была только клиентом компании "Гермес". Из подсудимых видела в видеороликах Высоцкую, остальных не знает. Ущерб заявляет на сумму внесенных ею на счет "Виста" 660 тыс. рублей с поправкой на инфляцию по курсу ЦБ.

В июле 2020 года она оказалась бездомной, жила в хостеле, и ей через знакомых рассказали про "Гермес" и кооператив "Бест Вей". Она вложила средства в "Гермес" по совету своего консультанта — чтобы накопить на квартиру. Убедилась, что деньги на счету, ежемесячно получала доход. Счет имела возможность проверять.

Адвокаты, основываясь на материалах дела, показали, что на счету "Виста" у нее 10 тыс. евро — свидетель не готова была подтвердить или опровергнуть это. По ее словам, следователь сказал вообще не заходить в кабинет. Утверждает, что "видела где-то", что консультант является сотрудником компании "Гермес".

Сюжет по "России 24", обвиняющий "Гермес" в том, что это мошенническая организация, стимулировал ее к обращению в полицию. Заявление она написала на Романа Василенко — так как именно он, по словам Габдрахмановой, идейный вдохновитель и организатор хищения и должен заплатить со счетов кооператива, так как кооператив, с ее точки зрения, принадлежит ему.

"Габдрахманова подтверждает то же, что говорили другие потерпевшие, — причиной обращения в полицию стали оперативные и следственные действия, а также кампания против "Лайф-из-Гуд", "Гермеса" и "Бест Вей", развернутая в государственных СМИ — видимо, в рамках сотрудничества с пресс-службой МВД, — замечают адвокаты. — То есть проблемы возникли не от действий компании, а от действий в отношении компании. Пока не было репрессий, компания работала и клиента все устраивало. Так кто же является автором проблем потерпевших? Вопрос риторический: это правоохранительные органы".

"Внесенные деньги подлежат возврату"

Признанный следствием потерпевшим Липилин был только клиентом компании "Гермес". Никого из подсудимых не знает. Заявляет требования — 250 тыс. рублей.

Вложил в 2020 году 250 тыс. — с помощью механизма p2p, чтобы не нести расходы из-за высоких банковских комиссий. Контракт у него на 10 тыс. евро, хотя на балансе меньше. Активация кабинета производилась через консультанта, ссылку на кабинет дал он же. Далее потерпевший входил по ссылке сам. В кабинете были счет в евро, график доходности, номер счета. Липилин в качестве доходов снял 100, 150 и 400 евро. Опыт в инвестировании имеет. Риски в "Гермесе" он оценил как вполне приемлемые, так как процент "не заоблачный". Риски, по его оценке, фактически такие же, как в банке.

Несколько раз доходы снимал, в том числе самостоятельно. В январе 2022 года взаимодействие с консультантом прервалось — но до сих пор с ним общается, так как считает его порядочным человеком и "тоже потерпевшим": по его словам, консультант также обращался в органы.

Не отрицает, что получил прибыль, но настаивает на возврате "тела" вложения. "Очевидно, — говорит, — что внесенные деньги подлежат возврату". Наличие договора, замечает потерпевший, гарантия возврата, так как это обязательство компании. При этом компания, по его словам, в одностороннем порядке перестала с ним взаимодействовать.

Он хотел вернуть деньги и привлечь к ответственности похитителей — "к любой ответственности". При этом в гражданско-правовом порядке решить вопрос не пытался, потому что "это бессмысленно". Считает, что три организации: "Лайф-из-Гуд", "Гермес" и кооператив "Бест Вей" — взаимосвязаны и должны ответить как система за невозврат денег. При этом деньги, по его мнению, "осели у консультантов".

"Показания Липилина на первый взгляд довольно логичны, но более глубокий анализ показывает, что логика подвела гражданина, — подчеркивают адвокаты. — Очень сомнительное решение — обращаться за решением проблем сразу к инструментам уголовной юстиции. Уголовная юстиция наказывает преступников, а не решает финансовые споры. При этом, отказавшись от урегулирования проблемы в гражданско-правовом порядке, гражданин лишает себя возможности доказать преступный умысел контрагента или его ответственных лиц: он требует от уголовного суда наказать за мошенничество, фактически поверив ему на слово — не доказав в гражданском суде, что ему действительно должны определенную сумму и не отдают ее, намеренно нарушая договор. Свидетель сам работал со своим счетом — значит, знал, как напрямую связаться с компанией "Гермес", без посредничества консультанта. Он говорит, что компания перестала отвечать в одностороннем порядке — но не представил доказательств, что она перестала отвечать: например, не ответила на претензию. Он не попытался урегулировать спор в гражданско-правовом порядке — но теперь требует, чтобы другое юридическое лицо — кооператив "Бест Вей" — заплатило долг, который перед ним, по его словам, имеет компания "Гермес". Мало того, что это неправовой путь — кооператив не может отвечать по обязательствам другого юридического лица. Но это еще и подход, который приведет к многолетнему ожиданию разрешения спора о 250 тыс. рублей, который давно мог быть решен в диалоге с компанией "Гермес" или в гражданском суде".

"Такие деньги смешно было снимать"

Признанная следствием потерпевшей Второва была клиентом только "Гермеса". Никого из подсудимых не знает. Сумма ущерба — 3 тыс. евро, плюс моральный вред — 100 тыс. рублей.

Узнала о "Гермесе" через подругу. В марте 2021 года был открыт счет, консультанту были переданы для размещения на счете 1 тыс. евро, в мае того же года добавила еще 2 тыс. евро. Каждое первое число месяца консультант подставлял инвестиционное плечо и увеличивал сумму на счете. Счетом управляли вместе с консультантом.

Доходность была небольшая: "Такие деньги смешно было снимать", деньги ни разу не снимала — по своей инициативе. В декабре 2021 года просела доходность, а в январе 2022 года перестал работать сайт. Она советовалась с подругой, предлагала вместе выводить деньги — но подруга решила ждать восстановления работы сайта.

На сайт "Гермеса" Второва еще раз зашла в марте 2022 года: там висела надпись с предложением обращаться в правоохранительные органы — что она и сделала. Написала заявление на своего консультанта.

Не считает, что есть связь между "Гермесом" и кооперативом "Бест Вей" — о кооперативе раньше не слышала.

"Второва — очередной пример клиента "Гермеса", который стал жертвой оперативных (обрушения сервера и платежной системы санкт-петербургским системным администратором, сотрудничающим с полицией) и следственных действий, а не работы самой компании, — подчеркивают адвокаты. — Для компании это классический форс-мажор. Отказ от диалога с "Гермесом", стремление продавить документально не подтвержденные гражданско-правовые обязательства через уголовный суд, заставить заплатить за них другую организацию — это путь правового нигилизма, очень долгий и вряд ли успешный, к тому же чреватый последующими гражданско-правовыми исками. В том, чтобы клиенты шли по этому пути, было заинтересовано следствие, но их интересам он не соответствует".

"Требую исключить из состава потерпевших"

Признанная следствием потерпевшей Школьник пришла с адвокатом, который заявил, что ее права были грубо нарушены на этапе следствия, а также о вопиющих нарушениях со стороны следствия во время предварительного расследования. Школьник потребовала исключить ее из состава потерпевших, но при этом заявила, что саму структуру — все три организации — считает преступной. Органы же следствия считает халатными.

Школьник была только клиентом "Гермеса": вложила 2 млн рублей в "Гермес" — для последующего приобретения квартиры. Деньги для зачисления на счет передавала третьему лицу, расписок не брала. Деньги со счета, по ее словам, не снимала.

Из материалов дела следует, что контракт у нее с "Гермесом" на 10 тыс. евро. Школьник поясняет, что у нее был не один счет, а четыре-пять, подтверждений этому она не представила.

Из подсудимых, по ее заявлению, видела Дмитрия Мазанова — но указать на него не смогла. Про Дениса Шишко слышала — но указать на него также не смогла.

На что последовал вопрос судьи: "Раз вы не можете указать на Мазанова и Шишко, почему вы написали на них заявление?" Школьник ответила, что ей "все равно с кого взыскать — это одна команда". В протоколе допроса следствием указана также Соловьева, однако Школьник не смогла назвать даже инициалы подсудимой Соловьевой.

Финальная ее позиция по отношению к материальным претензиям не была прояснена.

"Отказ Школьник, пришедшей с двумя адвокатами, от статуса потерпевшей во время судебного заседания в очередной раз ставит вопрос о соответствии того, что изложено в показаниях, имеющихся в уголовном деле, и реальной позиции лиц, признанных потерпевшими, — подчеркивают адвокаты. — Заявление Школьник стало ключевым основанием для возбуждения уголовного дела осенью 2021 года. Смена ее правовой позиции, заявленная в суде, отказ от обвинения конкретных лиц — с которыми она, как оказалось, даже незнакома, а обвинения эти были скорее всего вписаны под диктовку следствия, свидетельствуют о том, что она не готова играть отведенную ей роль в процессе — с последующими юридическими последствиями для себя, в частности, ответственностью за оговор. Она указывает выдуманный или, во всяком случае, не подтвержденный документально долг — в два раза превышающий сумму ее контракта с "Гермесом". Возможно, отказ от статуса потерпевшей связан с тем, что ее адвокаты объяснили ей, что попытки получить средства с помощью уголовной юстиции без документальных подтверждений не приблизят ее к получению денег, а отдалят от этого и приведут к негативным правовым последствиям в дальнейшем".

Выводы адвокатов

"Новые показания в еще большей мере ставят вопрос о том, как связаны обсуждаемые события — касающиеся тех или иных консультантов или оперативно-следственных действий, которые заблокировали работу компании "Гермес" и кооператива "Бест Вей", но никак не имеющие отношения к подсудимым, — подчеркивают адвокаты. — За что подсудимые оказались в этом статусе, большинство из них — в следственном изоляторе, если никто из потерпевших с ними не был связан?"

В описаниях работы и "Гермеса", и кооператива "Бест Вей" нет никаких признаков финансовой пирамиды, предусмотренных УК, как нет и признаков мошенничества, отмечают адвокаты. "Эти организации нормально работали много лет, и большинство лиц, признанных потерпевшими, все устраивало — до того момента, пока осенью 2021 года не было возбуждено уголовное дело и не были предприняты оперативные и следственные действия, делающие невозможной нормальную работу организаций и исполнение ими обязательств перед клиентами и пайщиками. Но, насколько известно, "Гермес" восстановил систему, обрушенную негативно настроенным российским сотрудником, возможно, агентом оперативных служб санкт-петербургской полиции, и осуществляет выплаты клиентам. Кооператив "Бест Вей" осуществлял выплаты во время небольшого окна, когда арест со счетов снимался примерно на месяц в 2022 году, а сейчас формируется механизм погашения обязательств перед пайщиками за счет механизма цессии, то есть без заведения средств на арестованные счета. С первыми из пайщиков, стоящих в очереди на возврат средств, таким способом уже рассчитались".

"Мы видим, что конструкция обвинения рассыпается буквально на глазах, — подчеркивают адвокаты. — Большинство свидетелей обвинения не подтверждают своих показаний, данных во время следствия, фактические обстоятельства совершенно иные, правовая позиция также скорректирована. При этом восемь подсудимых, на которых до сих пор не указал ни один из свидетелей, находятся в СИЗО, то есть их права продолжают грубо нарушаться. Надеемся, что суд скорректирует меру пресечения как можно скорее".

P.S.

Неожиданно прибывший на судебное заседание 18 апреля признанный потерпевшим Владислав Логинов (один из двух потерпевших, требующих возмещения морального вреда в размере 1 млрд рублей, его показания публиковались ранее), как выяснилось, приезжал не случайно. Он ранее подал жалобу в Приморский районный суд Санкт-Петербурга о том, что один из подсудимых, а также лица, поддерживающие подсудимых, и председатель Совета кооператива Сергей Крючек оскорбляли его и ему угрожали, видимо, решил уточнить ее судьбу.

 

Интересно, что в жалобе указан его адрес в Санкт-Петербурге, тогда как в суде он утверждал, что не имеет регистрации и именно поэтому не смог подать нотариально заверенное заявление о выходе из кооператива. Адвокаты отмечают, что эта жалоба пополнит копилку фантастических историй от Логинова, прозвучавших в суде.

Автор Александр Приходько
Александр Приходько — журналист, внештатный корреспондент Правды.Ру
Редактор Елена Тимошкина
Елена Тимошкина — шеф-редактор Правды.Ру *
Обсудить