Россия покорит Южную Америку с помощью своего «троянского коня»

Москва готовится вернуться в Латинскую Америку с помощью своей «пятой колонны» – русских диаспор. В ряде стран они довольно многочисленны и играют очень важную роль. Однако на этом пути кроется много «подводных камней». Ситуацию для «Правды.Ру» комментируют эксперты по российской эмиграции доктора исторических наук Борис Фёдоров, Сергей Волков и главный редактор общеказачьей газеты «Станица» Георгий Кокунько.

По заявлению российского министра иностранных дел Сергея Лаврова, это будет одним из приоритетных направлений нашей внешней политики. По его словам, «Мы будем добиваться полного раскрытия богатого созидательного потенциала объединяющего нас русского мира».

Он сделал акцент на том, что они пропагандируют русский язык и культуру, достижения в науке и технике, организуют выставки и гастроли артистов из России. Их работу координирует российский МИД, который через свои дипломатические «ячейки» является своего рода объединяющим центром наших соотечественников, в том числе через расширение присутствия Русской православной церкви (РПЦ).

Самые заметные русские общины живут в Аргентине, за ней с большим отрывом идут Бразилия, Венесуэла, Парагвай, где казаки хотели даже устроить «Кубанскую республику», Уругвай и в ещё меньшей степени Перу и Чили.

В Аргентину ехали не случайно: в этой стране был наибольший процент белого населения в регионе. Не случайно самая влиятельная газета на русском языке – «Наша Страна» – издается именно в Аргентине. Есть и другие вроде «Бюллетеня кадетского объединения» в Венесуэле, однако до уровня её распространения они явно не дотягивают.

При этом русскоязычные общины в той или другой стране различаются не только по численности, но и степени своего влияния. Бразильская диаспора отличается тем, что русские здесь сильно разбросаны по огромной территории страны. Главный их центр находится в Сан-Пауло, причем самый большой православный храм в регионе был расположен именно здесь.

Откуда взялись русские в далекой Южной Америке? Их история в этом регионе насчитывает около двух веков. В силу географической удаленности региона от России о первых наших соотечественниках там узнали главным образом лишь в разгар событий начала XIX века, когда они с оружием в руках помогали восставшим южноамериканским колониям обрести свою свободу от Испании.

Однако массовое переселение русских в Южную Америку произошло позднее – во 2-й половине XIX века. Первая «волна» была «религиозной». В правление Александра III сюда устремились десятки тысяч представителей разных церквей, несогласных с позицией официальной РПЦ вроде менонитов (в основном немцы), духоборов и старообрядцев.

Многие из старообрядцев до сих пор живут в отдаленных районах, в том числе в амазонской сельве. Особенно интересна их боливийская община, живущая за счет натурального хозяйства. Попытка местной наркомафии «прибрать ее к рукам» и заставить для своих нужд выращивать коку кончилась для последней очень печально: в каждой семье, несмотря на ориентировку на прежние вековые ценности, имеется современное автоматическое оружие вплоть до пулеметов. И с тех пор русских бородачей оставили в покое. И живут они так, как жили до революции. С той разницей, что женихов и невест для своих чад они выбирают из других стран. Например, из далеких Австралии и Канады.

С конца XIX века вслед за «несогласными с РПЦ» устремились революционеры, выступавшие против монархии в России. И если представители «первой волны» стремились поселиться подальше от цивилизации, в глуши, то вторые напротив, стремились селиться в крупных городах и в самых развитых странах вроде Аргентины. Среди них было немало евреев и украинцев по национальности.

Белоэмигрантская «волна» по счету была третьей. Её представители стали пребывать сюда из «нестабильной Европы» в основном со 2-й половины 1920-х гг. И хотя эмигрантов в Аргентине было на порядок больше, чем в Парагвае, они в отличие от последнего не занимали там крупных руководящих постов. В последнем было всё наоборот, особенно после участия наших офицеров в войне против Боливии. В результате отношение к России и русским там до сих пор очень уважительное.

Четвертой была послевоенная: «власовская» волна, в которую записывают представителей антисоветских частей Второй мировой войны и русских эмигрантов из Китая, бежавших в Южную Америку под напором китайской красной армии.

Особенно много белоэмигрантов приехало сюда после окончания Второй мировой войны с Балкан. Многие из них воевали в антисоветских формированиях. Причина столь «дальнего» переезда – как и у немцев – боязнь преследования».

При этом главный редактор общеказачьей газеты «Станица» Георгий Кокунько в своем комментарии «Правде.Ру» заявил: «Одной из самых заметных фигур был племянник знаменитого донского атамана Мигель Краснов, бывший начальником военной контрразведки при Пиночете, ныне отбывающий 10-летний срок тюремного заключения».

Пятой была, как ни странно, «советская волна», её главным образом представляют вышедшие замуж за латиноамериканцев советские женщины.