Революция в науке и энергетике случилась


Ю.Н. Бажутов с установкой "Факел-2"

Этой весной физик-ядерщик Юрий Бажутов, обещал, что в 2013 году случится революция в мировой энергетике, которая будет основана на использовании людьми энергии, выделяющейся в процессе холодной трансмутации ядер. И его прогноз подтвердился — ему самому удалось не только дать научное объяснение эксперимента Росси, но и воспроизвести со своими коллегами такой же энерговыход, но уже в другой постановке эксперимента.

Итак, старший научный сотрудник Института земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн РАН, кандидат физико-математических наук Юрий Николаевич Бажутов, оказался прав — многие эксперименты, в том числе и его собственные доказывают, что этот способ получения энергии является весьма перспективным. И это при том, что некоторые ученые до сих пор сомневаются, что подобный процесс вообще возможен.

Читайте также: Революция в энергетике назначена на лето

Почему же их не убеждают результаты испытаний теплогенератора Росси? Юрий Николаевич объясняет это тем, что Росси, как изобретатель и коммерсант, скрывает основные детали своего теплогенератора и не объясняет строго теоретически наблюдаемый феномен. Однако, такая строго теоретическая интерпретация (Эрзион-Каталитическая модель) уже давно (c 1990 года) имеется у Бажутова, который разработал ее совместно с Григорием Моисеевичем Верешковым. Они убеждены, что во всем "виноваты" эрзионы, предложенные ещё в 1982 в рамках гипотезы, авторами которой были сам Ю. Н. Бажутов, а также Б. А. Хренов и Г. Б. Христиансен. Эрзионы — это элементарные частицы космических лучей, которые впоследствии Юрий Николаевич обнаружил в 1999 году. Об этом, а также и о многом другом он рассказал корреспонденту "Правды.Ру" в недавней беседе.

Юрий Николаевич, расскажите о том, как вы открыли эрзионы


— К эрзионой интерпретации я пришел следующим путем — все началось тогда, когда я работал над своей кандидатской диссертацией в МГУ. Мы изучали космические лучи, в частности, измеряли спектры космических мюонов — элементарных частиц, представляющих собой что-то вроде тяжелых электронов. Однако еще до того, как я приступил к работе, у моего научного руководителя, академика Георгия Борисовича Христиансена, были получены результаты, содержавшие в себе некую аномалию. В моём эксперименте эта аномалия подтвердилась. И для объяснения этого феномена мы предположили, что в космических лучах должны кроме мюонов присутствовать еще и стабильные тяжелые адроны — это частицы, состоящие из кварков, к ним относятся, например, всем известные нейтрон и протон.

Вот я и задумался над тем, что же это за частицы такие. По всему выходило, что они должны представлять собой дублет мезонов (частицы, состоящие из кварка и антикварка — прим. Ред.), один из которых имеет нейтральный заряд, а другой — отрицательный. Однако в рамках теории Суперсимметрии подобный феномен нам с известным теоретиком Г. М. Верешковым объяснить не удалось. Тогда мы и обратились к так называемой Зеркальной модели Григория Моисеевича — замечательному теоретическому построению, очень кстати, красивому.

А что это за Зеркальная модель?

— Ну, если коротко, то она восстанавливает наблюдающееся нарушение хиральной четности во Вселенной. Ведь в нашем мире за слабое взаимодействие отвечают левохиральные частицы, которые как бы "закручены" влево. Ну, а почему нет правозакрученных? И вот Верешков предложил этому феномену такое объяснение: имеется также совокупность кварков и лептонов, у которых наблюдается правохиральное взаимодействие, которое можно назвать сверхслабым. Они формируют мир, как бы зеркальный нашему. И вот в рамках этих двух миров симметрия оказывается соблюденной.


Из этой модели следует то, что в нашем мире возможно существование стабильных тяжёлых адронов, построенных из легчайших, но тяжёлых стабильных зеркальных антикварков и наших обычных кварков. А ведь предполагаемая гипотетическая частица как раз таковой быть и должна! То есть выходит, что такая теория не запрещала ее существования — однако вы сами понимаете, нужны были и экспериментальные доказательства.

Читайте также: Новая частица или адронная молекула?

И вот я начал этим заниматься — сразу скажу, не все сразу получилось, но в 1999 году на телескопе "Дочь-4" в МАДИ я обнаружил эти тяжелые заряженные эрзионы, их масса была примерно 200 ГэВ/с2. Тут в чем дело — согласно разработанной нами модели, в составе первичных космических лучей к Земле летят в основном нейтральные эрзионы, но потом они попадают на находящийся над телескопом конвертер — вещество, взаимодействие с которым, преобразует их в заряженные частицы. Ну, а их-то телескоп и регистрирует.

Результаты этого эксперимента были впервые пока скромно (с малой статистикой) повторены мной с моими коллегами уже в НИЦ "Курчатовский институт" с 2001 по 2008 год.

Ну, а какое отношение они имеют к процессу холодной трансмутации ядер?

— Самое прямое. Понимаете, эрзионы существуют не только в космосе, они есть и на Земле, как в составе реликтовой компоненты, так и пришедшие в вещество Земли из первичного космического излучения. Но вот в чем дело — ведь, как я уже говорил, эрзион представляет собой пару стабильных тяжелых мезонов, заряженного и нейтрального (Э-, Э0). Следствием квантовых чисел этого дублета является возникновение при взаимодействии с ядрами химических элементов ядерных сил отталкивания. То есть эрзион не может быть захвачен ядром.

Однако они могут взаимодействовать с нуклонами и образовывать с ними стабильное синглетное состояние — некий "мешок" из пяти кварков, которые мы назвали энионом (ЭN). Это либо пара, представляющая собой отрицательно заряженный эрзион и протон (Э_, р) или нейтральный эрзион и нейтрон (Э0, n). Так вот, энионы существуют в веществе в очень маленькой концентрации, поскольку они могут связываться с очень малым набором ядер элементов (мы называем такие ядра донорами). Но при этом они хранятся на таких ядрах очень долго, и освободить их можно только за счет столкновения или электромагнитного излучения.

Так получается, что трансмутация начинается с освобождения эниона?

— Совершенно верно, именно так все и происходит. Под воздействием лазера, ультразвуковой или гидродинамической кавитации, а также при столкновении, как это происходит в процессе плазменного электролиза, энион освобождается. Ну, а далее он как бы начинает "метаться" между ядрами, ему же нужно назад вернуться, в наиболее энергетически выгодное, то есть связанное состояние. Ну и пока он "мечется", то запускает экзотермические ядерные реакции — те самые, что происходили и в эксперименте Флейшмана — Понса, с которого все началось, и у Росси, да и в нашей плазменно-электролизной установке "Факел".

Тут еще вот что важно — энионы и эрзионы являются катализаторами. Дело в том, что они могут участвовать лишь в ядерных реакциях обмена, а не захвата, эрзионные ядра в принципе существовать не могут. В итоге энион может превратиться в эрзион, ну, а последний — стать из нейтрального отрицательным, из отрицательного нейтральным или превратиться обратно в энион. Ну, а пока все эти превращения случаются в ядрах химических элементов вещества происходят реакции, вызванные энион-эрзионными циклами, и одни изотопы превращаются в другие с энергией отдачи в несколько МэВ, и это сопровождается выделением того самого тепла.

Пожалуй, я поясню это на примере плазменного электролиза. К катоду подходит водород, ну, а поскольку электролиз плазменный и скорость тока очень большая, то образуется большое количество газа, не успевающего уходить с электрода, он как бы закупоривается. И если поднять напряжение, то в этой области возникает пробой. То есть в других областях электролита электролиз продолжается, а вот ионы, подходящие к закупоренному электроду попадают в область тлеющего разряда и тут происходит основное падение напряжения.

Ну, а что при этом происходит с точки зрения эрзионной интерпретации? Вот мы подали большое напряжение (от 100 В и выше) в ту область, где электрод закупорился. Но ведь туда подошел протон, а он является донором, то есть на нем "висит" энион. В итоге протон ускоряется вместе с энионом, ударяется в металл электрода, а поскольку энергия столкновения большая, то энион с него слетает и, соответственно, влетает в катод. Там он превращается в нейтральный эрзион, но ядер металлов, с нуклонами которых он мог бы снова образовать энион, там нет.

В итоге этот эрзион вылетает из катода, Если он попадает в водный электролит, то там он находит ядро конвертора и снова образует энион. Самым лучшим таким конвертором является ядро дейтерия (Н2, составляющего тяжёлую воду), ну и также изотоп кислорода О17. Ну, а образование эниона на этих донорах запускает такую же трансмутацию ядер, из-за которой энергия-то и выделяется. А поскольку электролиз продолжается, то получается, что в электролит влетают с катода все новые и новые нейтральные эрзионы, и они запускают новые трансмутации.

Что же, механизм понятен, ну, а какой же энергетический выход?

— Когда мы в позапрошлом году при работе на "Факеле-2" нацелились на ядерную диагностику процесса, то впервые обнаружили энергетический выход в 600 процентов избыточной мощности, то есть с вложенной мощности 1,5 кВт получили до 10 кВт избыточной мощности. Это практически то же самое, что было в эксперименте Росси! То есть, можно сказать, что мы его повторили — эта реакция вовсе не "трюк", она была реально и многократно подтверждена нашей ядерной диагностикой. Ну, а ее энергетический выход вполне может заинтересовать инвесторов, которые дадут деньги на создание подобных установок, только уже не экспериментальных, а промышленных.

Как видите, можно с уверенностью сказать, что революция в энергетике уже произошла. На подходе теперь революция в физике — ведь эрзионная интерпретация может многое перевернуть в этой науке. Например, я считаю, что для объяснения эффекта Дэвиса, в недрах нашего светила, то есть Солнца, только 10-30 процентов тепла вырабатывается по классической схеме термоядерного синтеза, а все остальное — это результат эрзионной трансмутации.

Сами понимаете, было бы интересно это исследовать в таком ключе. Ну и насчет популярной ныне темной материи — я думаю, что и она тоже состоит из нейтральных эрзионов, о чём я в 2011 году докладывал на Междунардной конференции по космическим лучам в Пекине. Перспективы огромные, есть с чем работать!

— Скажите, а почему Вы назвали новую частицу эрзионом?

— Дело в том, что я являюсь выходцем из племени эрзя, которое вместе с племенем мокша образует мордовский этнос. Поэтому я просто хотел отдать дань уважения своему народу. А вдохновил меня пример моего соплеменника, известного скульптора Степана Нефёдова (Эрзи), работы которого я очень люблю. Он для подобных целей сделал название нашего племени своим псевдонимом. Ну, а я в честь своего народа назвал предложенную и обнаруженную мной частицу.

В заключение хочу добавить лишь то, что пример исследований Юрия Николаевича кардинальным образом опровергает миф о том, будто бы "фундаментальная" и "прикладная" науки существуют отдельно. Как видите, это не так — открытие новой частицы, что является фундаментальным исследованием, помогло объяснить процесс холодной трансмутации и создать установку, которую можно использовать в практических целях.

Читайте также: Холодный ядерный синтез все-таки возможен?

Это лишний раз доказывает то, что наука представляет собой единый организм, и любое открытие приводит к перевороту, как в прикладной, так и в теоретической сферах. Так было и с эрзионом, который уже, будем надеяться, совершил энергетическую революцию и готовится повторить это в области фундаментальной физики…

Читайте самое интересное в рубрике "Наука и техника"

Антон Евсеев

Темы
Комментарии
Комментарии