Д'Аспри: В глубине сердца французы обожают русских

О взаимосвязи России и Франции в прямом эфире видеостудии Pravda.Ru рассказал Жан-Бернар Каур Д'Аспри, специалист по русской и французской культуре, автор многочисленных книг о приездах Дягилева в Париж и о том, как русские заложили основы современного французского балета.

Старый французский аристократ и убежденный монархист Жан-Бернар — также горячий поклонник Санкт-Петербурга и всего того, что составляет золотую сокровищницу русской культуры. Ведь эта культура, по его мнению, создавалась на основе французских корней и общеевропейской культурной традиции.

— Последняя книга, которую я только что сдал, про Санкт-Петербург, потому что я безумно люблю этот город. Я был в Санкт-Петербурге и как увидел, сразу полюбил.

Мой второй центр интереса — это русский балет. Мы с Галиной Погожиной организовали несколько путешествий в Санкт-Петербург, чтобы мы могли там организовать лекции, и я издал там книгу о Дягилеве.

Я начал писать о России в 1992 году, тогда я и решил заняться серьезно Дягилевым и Санкт-Петербургом, для меня это темы взаимосвязанные. Бывший министр культуры господин Авдеев написал предисловие к моей книге.

— Вы еще в 60-е годы впервые заинтересовались русской культурой. Вы не могли бы рассказать, как вы пришли к этому?

— Я тогда еще был молодым человеком, работал в одном питейном заведении, собирался отправиться на военную службу. Одному очень симпатичному добродушному старику, который служил в императорской гвардии Николая II, я помогал на предприятии. Именно он мне тогда представил, что такое настоящая русская водка, показал и рассказал про русскую культуру. Для меня после этого все и началось.

Я влюбился в Россию. После посещения вашей страны я могу говорить об этом часами. Я написал книгу в 200 страниц, там около 200 фотографий. Я сам снимал Санкт-Петербург. Это духовная столица России, и я тщательно, улицу за улицей, исследовал город, хотя я познакомился с ним в 1992 году, когда он был в плохом состоянии.

В прошлом году я снова ходил по Невскому проспекту и сам себе задавал вопрос: неужели же это тот же самый город, который я видел в 92-м году? Удивляет чистота в Москве и Санкт-Петербурге. Париж-то грязноватый стал, а Москва и Санкт-Петербург просто сияют чистотой. Мы ощущаем, что это новая Россия, совсем другая Россия, чем советская.

— А говорите ли вы по-русски, Жан-Бернар?

— Я говорю только на языке Пушкина, но на современном русском не говорю. Дело в том, что мне достаточно сложно справиться с кириллицей. В сутках только 24 часа, я изучаю или смысл, или форму. В данном случае меня интересует больше смысл русской культуры, чем ее внешняя форма, то есть язык. Но мне как-то удалось справиться с лингвистическими проблемами, когда я приезжал к вам в страну.

— Санкт-Петербург строился при помощи французской культуры?

— Да, когда я рассказывал об этом, постоянно ссылался то на Францию, то на Россию. Так было со времен основателя города Петра Великого и вплоть до "Мистралей". Потихонечку французы совместно с итальянцами, с немцами стали строить что-то. Конечно, все это делалось при участии русских, это по мере необходимости развивалось.

— Вы занимаетесь сближением культур Франции и России. Насколько сердечным был этот контакт при царском режиме?

— Самый главный "виновник" торжества русской культуры во французской — Дягилев. Он полностью сумел обратить в свою веру Жоржа Годона, других специалистов балета и хореографии. Когда Дягилев прибыл во Францию, он был возмущен тем, что французы ничего не знали о русской культуре. И Дягилев пытался закрыть этот ров непонимания между Францией и Россией в области культуры.

Балеты этому служили. Мост Александра III — это шедевр в камне. Я работаю на крупной радиостанции и считаю, что моя радиостанция, радио "Куртуази", одна из самых русофильских во всей Франции. Мы почувствовали, что существует культурное братство между русскими и французами, поэтому по несколько раз в неделю говорим о русской культуре.

На самом деле, в глубине сердца французы обожают русских. И когда я был в Царском Селе, мне захотелось снова почувствовать русскую добросердечность. Я поднял тост за франко-российское культурное братство. Тут я почувствовал, что лед был сломан. Все меня поздравили с этим тостом.

— Мы понимаем, что сейчас идет травля России, но как все-таки французские интеллектуалы воспринимают Россию сегодня?

— Хороший вопрос, но немножечко двусмысленный. Франция и Россия вроде бы передрались, перецапались и плохо понимают друг друга. Но, на самом деле, французы и русские — друзья, они совершенно не чувствуют то, что политики пытаются выразить через свои речи. Я почувствовал этот союз даже через передачу Николая Тихобразова, который, как и я, говорит о связи между Россией и Францией. Дело не в деньгах, дело не в интересах, дело в любви.

— Почему Дягилев так заинтересовался Францией? Он был как-то с ней связан?

— Нет, никак не был связан генетически и никак иначе. Я, кстати, был знаком с последней женой Дягилева. Он был во Франции и полюбил ее, как и многие русские.

— Есть ли интерес к русскому языку, проходят по школьной программе русских поэтов, писателей?

— К сожалению, Россия плохо переводит своих классиков. Нет никакого перевода Лермонтова на французский язык. К сожалению, Лермонтов вообще не существует в нашем языке. У вас только по-русски многие произведения. Как же мы можем их оценить? Вы этого не делаете. Нужно знакомить людей во всем мире с творчеством своих национальных классиков великих.

К сожалению, я не могу помочь в этом, потому что не владею русским языком. Я слушаю стихи Лермонтова скорее как музыку, потому что так красиво. Язык у вас очень красивый, мне нравится музыка слогов, ваших гласных. Я готов русскую культуру раскрывать и знакомить с ней своих соотечественников, надо, чтобы она могла быть раскрытой.

Даже Пушкин, к сожалению, мало известен нашим читателям, за исключением "Капитанской дочки" и пары других произведений. Поэтому мы вынуждены говорить о Достоевском и Толстом, просто потому что мы можем их читать. Они есть. Надо, конечно же, расширить присутствие русской культуры во Франции.

— Иван Тургенев долго жил во Франции. Существует Музей Тургенева в местечке Буживаль под Парижем. Вы его посещали?

— Я мало знаком с творчествам Тургенева, но хорошо знаю его музей. Я там проводил лекции о русском языке. Туда надо обязательно съездить. Я приглашаю всех своих соотечественников побывать в этом музее. Я даже участвовал в защите Музея Тургенева в Буживале, потому что его хотели снести.

— Что вы знаете о русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа? Говорят, что его хотели передать власти местной коммуне или даже снести…

— Я недавно его посещал, у меня там была масса впечатлений, когда я нашел на надгробных плитах имена знаменитых людей русской культуры и цивилизации. Нет, никто не говорит, что его будут сносить, недавно даже книга вышла о кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. Совершенно невозможно представить, чтобы это кладбище взяли и снесли. Это памятник, принадлежащий всему человечеству.

— Сейчас собираются возвести колоссальный русский православный собор недалеко от Эйфелевой башни. Что вы знаете и думаете об этом?

— Да, конечно, это очень хорошо. Но я очень сожалею об архитектуре этого собора, потому что сначала было очень много проектов, и мои друзья все проголосовали за один проект, который был русским до мозга костей. Все сказали бы, что это Новгород. А в результате проголосовали, избрали парижские власти более модернистский проект. У меня очень жесткая критика этого проекта, но тем не менее я обязательно буду присутствовать на открытии этого собора.

— Недалеко от Елисейских полей и Сены стоит маленький памятник казакам — казак в традиционной форме со своей лошадью в поводу. Не могли бы вы нам рассказать об истории этого памятника? Как французы относятся к казачеству?

— Иногда говорят о том, что хотят уничтожить Музей казаков в Париже. Но я уверен, что этого не произойдет, это поменяется. Для нас казак — это исторический образ, аутентичная Россия, настоящая, исконная, глубинная. Мы так себе представляли русских — через казаков. Ведь даже вся царская гвардия, его личная охрана из казачества вышла.

Для нас, французов, русские - прежде всего, это казаки. А памятник этот очень красивый. Его пару раз обливали краской всякие полусумасшедшие девки, но каждый раз очищали. Для нас он напоминает дружбу, франко-российскую дружбу и помощь, которую Россия нам оказала во время Второй мировой войны.

Интервью к публикации подготовил Юрий Кондратьев

Беседовал

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!


Французский писатель о любви к России и ее роли во французской культуре
Комментарии
BBC: Британия вслед за США попалась на финансировании террористов
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Как быстро очистить машину от снега
В Варшаве объяснили, что означает жизнь без Украины
"Нафтогаз" призвал США сорвать "Северный поток-2"
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Нейтральный флаг нам в руки: как Россия заткнет рот Родченкову
Названа главная причина развития слабоумия
Названа главная причина развития слабоумия
Почему Казахстан отключил все российские телеканалы
Не читал, но осуждаю: в чем проблема Конституции РФ
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Не читал, но осуждаю: в чем проблема Конституции РФ
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Украинский историк объяснил России, как США выиграли две мировые войны
Назван необычный способ обхода антироссийских санкций
Пиратский захват: Луна не станет новым штатом США
Нейтральный флаг нам в руки: как Россия заткнет рот Родченкову

Русская эскадра - не просто набор слов. Это историческое название последнего соединения кораблей и судов Императорского флота России. Именно она эвакуировала из Крыма армию генерала Врангеля и гражданское население. Беженцев приняла Франция, предоставив эскадре стоянку в Тунисе, в городе Бизерта. Судьбы большинства беженцев поистине трагичны…

Последнее пристанище Русской эскадры