Автор Правда.Ру

"А сейчас я спою вам песню..."

Дворовые песни в нашей стране были всегда популярны. Попытавшаяся было сменить блатную романтику интеллигентная авторская песня продержалась недолго и практически без боя сдала свои позиции жанру городского шансона, который, по сути, и есть та же дворовая песня, только причесанная музыкальным сопровождением. Раньше же дворовые песни пели в основном под гитару. Пели их пионеры и пенсионеры, рабочие и академики, каждый, естественно, в своей компании. В каждом коллективе были свои пристрастия, все понимали друг друга с полуслова, и исполняемые песни были своеобразной визитной карточкой той или иной компании. Случаи, когда чужак со своими песнями вписался бы в сложившийся коллектив, были редки, но случались. О таком вот случае я и расскажу.

История эта произошла в семидесятые годы уже прошедшего столетия. В то время практически все заводы, научно-исследовательские и проектные институты страны имели головные организации, расположенные в крупных городах, в основном, конечно, в Москве и Ленинграде. Доблестный Аэрофлот и Министерство путей сообщения обеспечивали перемещение огромной армии командированных, мотавшихся из одного конца страны в другой что-то внедрять, согласовывать и утверждать. Было это, конечно, неэффективно, но безработицы зато не существовало. Организация, где работал мой товарищ, имела головное предприятие в Ленинграде. Раза два-три в году он летал в Питер согласовывать свои разработки. Поскольку сейчас мой товарищ живет и здравствует в Новосибирске и, возможно, не совсем желает вспоминать былое, назовем его Сеней. Прозвище он это получил еще в студенческие годы, когда при не выясненных до конца обстоятельствах обварил руку и носил ее на перевязи. И вот, как-то заглянув в кафе "Веснушка" на проспекте Карла Маркса со своей перевязанной рукой во время исполнения оркестром шлягера семидесятых — "Песни про зайцев" из кинофильма "Бриллиантовая рука", услышал приветствие друзей: "О, Семен Семенович!" С тех пор наш товарищ и стал Сеней, правда, ненадолго, но в нашей истории мы будем его звать именно так.

Серый, вечно промозглый, с мрачными дворами-колодцами Питер Сеню не привлекал, как не привлекали и театры с музеями по причине полного к ним равнодушия. Единственной отрадой в Питере для него были небольшие уютные рюмочные, где можно было спокойно выпить стопочку-другую под дешевую демократичную закуску типа салатика из свежей капусты с килькой. В Новосибирске ничего похожего не было — либо дорогущий кабак, либо нелегальное, с оглядкой и опаской, распитие в столовой принесенной с собой бутылки. Вот эти самые рюмочные и скрашивали пребывание Сени в нелюбимом городе. Работники головного института были в основном приезжие из близлежащих городков, но страшно гордились своей питерской пропиской и мнили себя коренными петербуржцами, проявляя высокомерие по отношению к приезжим из глубинки. Единственным нормальным человеком, с кем у Сени наладились контакты, была женщина-завлаб, родом из Бийска, почти землячка. В каждый его приезд завлабша расспрашивала о погоде в Сибири, интересовалась новостями и во время частых десятиминутных перерывов поила Сеню чаем.

Как-то раз, в одну из командировок накануне выходного дня, завлабша пригласила Сеню к себе домой на торжество — ее муж защитил докторскую. Сеня уже знал, что ее супруг талантливый, но крепко пьющий химик, "зашился", бросил пить и в течение пяти лет накропал докторскую. После положенного в таком случае банкета, было решено дополнительно отметить это событие в кругу ученых товарищей мужа. На этот междусобойчик завлабша Сеню и пригласила. Сеня страшно стеснялся чужих компаний, но землячка его уговорила, и на следующий день он прибыл по названному адресу. Познакомившись с новоиспеченным доктором, Сеня включился в подготовку к торжеству, и это как-то помогло ему адаптироваться в непривычной обстановке. Стали подтягиваться гости. Вальяжные дяди с не менее вальяжными женами постепенно заполняли обширную квартиру. Герой дня встречал гостей у порога, и по его поведению было видно, кто из гостей чего стоит. С особенным почтением был встречен сухонький старенький профессор с молодухой-женой. Из разговора стало ясно, что это ветеринарный светило.

И вот застолье началось. Гости говорили тосты, хозяйка с двумя помощницами суетилась с закусками. После традиционного шампанского все пили сухое вино, за исключением хозяина, наливавшего себе минералку. Сухое вино Сеня не любил, так как всегда больше налегал на крепкий портвейн, а самым изыском для него было крепленое виноградное вино "Анапа". Единственное, что за столом его радовало, так это вкуснейшая закуска — сибирячка готовить умела. Хозяйка порхала из кухни в комнату и при этом зорко следила за своим супругом, который явно томился при виде пьющих коллег. Бдительность супруги была не без причин: срок вшитой антиалкогольной "торпеды" уже истек.

Сеня страшно скучал, но перспектива ехать в гостиницу, где с ним в номере жили три хохла, которые вечерами выпивали за общим столом, а закусывать отходили каждый к своей тумбочке, его не прельщала, и он, как мог, поддерживал светский разговор о науке, отношение к которой ограничивалось его проживанием в Новосибирске, расположенном, по мнению питерских ученых, под Академгородком. Наконец застолье подошло к концу, женщины унесли закуски, спиртное, рюмки и подали чай в изящных подстаканниках. Хозяин сходил в свой кабинет и вынес гитару. Слегка подвыпившая компания стала петь умные песни своих земляков — Евгения Клячкина и Александра Дольского.

Увидев гитару, Сеня оживился. Надо сказать, что играть на гитаре он немного умел, но тянулся к ней лишь после определенной дозы выпитого. Нужной дозы за этим светским застольем Сеня явно не добрал, но все-таки, улучив момент, взял семиструнку и начал исполнять свой обычный репертуар, чуть скорректированный с учетом специфики собравшихся. Песен Сеня знал множество, и ему не стоило труда поддержать компанию песнями тех же авторов, только чуть повеселее. Но постепенно он перешел на свой излюбленный репертуар, львиную долю которого составляли песни Владимира Высоцкого, радовавшего в то время своих поклонников каскадом новых песен. Сеня чутко следил за творчеством кумира семидесятых и знал практически все его песни, многие из которых для неискушенной публики были в новинку. В новинку для собравшихся была и песня Высоцкого "Товарищи ученые".

Песня произвела фурор. "Товарищи ученые, доценты с кандидатами, замучились вы с иксами, запутались в нулях", — хриплым голосом "под Высоцкого" укорял Сеня ученых мужей. Все хохотали, лишь хозяйка нервничала и постоянно окрикивала пытавшегося вскочить со стула мужа: "Коля! Сядь!" Вскоре Сеня уже полностью овладел компанией. И вот после исполнения песни про Деда Мороза, оканчивающейся словами: "Ты, наверное, уже поддатый, Санта-Клаус мой бородатый", хозяин не выдержал и с криком: "Эх, душа горит!", отмахиваясь от подскочившей жены, ринулся в свой кабинет. Через пару минут доктор вышел из своего кабинета с огромной бутылью в руках. "Сначала были рюмочки, а потом стаканчики", — радостно заголосил Сеня. Мужики оживились, загалдели и стали выплескивать из своих стаканов чай. Возмущенные жены вырвали стаканы, а смирившаяся с ситуацией хозяйка принесла из кухни уже не рюмки, а обычные граненые стопарики. Окончившееся было веселье вспыхнуло с новой силой.

Опрокинув пару стопарей крепкой настойки, Сеня взбодрился и обрел второе дыхание. Песни полились одна за другой. Всполошившиеся было жены после безуспешных попыток остановить мужей, дружно разливающих настойку по стопарикам, махнули рукой и пошли на кухню готовить закуску. Между тем бутыль была быстро опорожнена, и хозяин вновь нырнул в свой кабинет. Было видно, что во время вынужденного временного непития новоиспеченный доктор время даром не терял и заготовил неимоверное количество настоек. Казавшиеся поначалу нудными мужики раскрепостились и, проявив свои знания в дворовой и блатной тематике, стали Сене подпевать. "По ту-, по ту-, по ту-у-ундре!" - завывали ученые к ужасу своих жен. Но особенно всех удивил старенький профессор-зоотехник, попросив Сеню исполнить песню выпускников-аграриев. "Вот получим диплом, лаб-таб-ту-таб, хильнем в деревню. Будем пить самогон, лаб-таб-ту-таб, пахать там землю", — пели Сеня с профессором. Козлиный тенорок профессора так гармонично сочетался с Сениной хрипотцой, что по окончании песни все, даже чопорные дамы, искренне зааплодировали. Это взбодрило старичка, и он к неудовольствию своей жены стал вдохновенно рассказывать, как молоденьким выпускником приехал в деревню, как ему дарили любовь замордованные беспросветной деревенской жизнью молодые замужние доярки и как часто приходилось чудом избегать крепких кулаков местных ревнивцев. Рассказ профессора вдохновил мужиков на новый тост: "За баб-с!" - закричали уже пьяненькие ученые, пытаясь щелкнуть домашними тапочками.

Началась полная расконвойка. Мужики горланили песни, уже не слушая Сенину гитару, хозяин дома беспрерывно нырял в свой кабинет за новой дозой, а когда он неожиданно кинулся в пляс, завопив: "Гоп со смыком, это буду я", Сеня понял, что пора уходить. Под укоризненный взгляд хозяйки он потихоньку собрался и, снедаемый угрызениями совести, не попрощавшись с разгулявшейся компанией, покинул гостеприимный дом.

В понедельник завлабша на работу не вышла, не было ее и в последующие дни. Так и не встретившись с ней, Сеня покинул Питер и вновь приехал в командировку лишь через полгода. От сотрудников узнал, что муж завлабши после того вечера крепко запил, потом опять вшился, получил звание профессора и теперь занимает престижную должность. Сама завлабша встретила Сеню радушно, опять спрашивала о сибирской погоде, интересовалась новостями, вот только чаем в десятиминутные перерывы больше не поила.

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Комментарии
За и против: названы варианты болезненного ответа России на санкции США
Опубликовано обращение депутата Сахалинской Думы Светланы Ивановой
Опубликовано обращение депутата Сахалинской Думы Светланы Ивановой
Опубликовано обращение депутата Сахалинской Думы Светланы Ивановой
Опубликовано обращение депутата Сахалинской Думы Светланы Ивановой
Экс-прокурор Поклонская пришла в Думу с часами за 1/3 млн
Фотография чернокожей девочки "по поводке" взорвала американские соцсети
Российская стюардесса опровергла статью о сексе с пассажирами
На прогулку по Марсу землян приглашает NASA
Открытие астрономов: Млечный путь оказался шире, чем предполагалось
Трамп vs ЦРУ и ФБР: узнает ли мир о роли спецслужб в убийстве Кеннеди?
В Австралии сняли на видео погоню взбешенного крокодила за охотниками
Западные СМИ поражены: Путин "похоронил" Ким Чен Ына санкциями
Западные СМИ поражены: Путин "похоронил" Ким Чен Ына санкциями
Трамп vs ЦРУ и ФБР: узнает ли мир о роли спецслужб в убийстве Кеннеди?
Правда, деньги и ракеты: что Путин показал Западу с "Валдая"
Кровь и крики: спецназ штурмует "Михомайдан" в Киеве
Западные СМИ поражены: Путин "похоронил" Ким Чен Ына санкциями
Кто-то очень боится усиления русского народа
Экс-прокурор Поклонская пришла в Думу с часами за 1/3 млн
В Барселоне вышли на митинг почти 450 тысяч каталонцев