США: Панарабизм должен быть разрушен

Несмотря на то, что Запад стремится контролировать не только судьбу арабов, но и формирование их идентичности, а также всячески мешает распространению панарабизма, ряд недавних событий сблизил арабов и помогает им держаться, несмотря на продолжающийся натиск и угрозу разделов, считает Рамзи Баруд (Ramzy Baroud), американский журналист, занимающейся проблемами Ближнего Востока.

Арабская весна

Когда арабские улицы (от Туниса до Саны) взорвались от ярости, панарабизм показался номинальным явлением. Так называемая Жасминовая революция не использовала лозунгов, которые подтверждали бы свою арабскую идентичность, а разозленная египетская молодежь не поднимала транспарант, объявляющий об арабском единстве.

Странно, но арабизм "арабской весны", кажется, был не чем иным, как вопросом удобства: западным правительствам было политически удобно свести арабские государства к стереотипу, представить их не более чем копиями друг друга, а также предположить, что национальные чувства, чувство идентичности, ожидания и народные восстания — все восходит к одному прошлому и соответствует определенному настоящему.

Так, многие на Западе ожидали, что падение Зин эль-Абидин Бен Али в Тунисе с последующим отречением Хосни Мубарака в Египте приведет к эффекту домино. "Кто следующий?" — спрашивали многие, причем некоторые совершенно не понимая регион и его сложность.

США вместе со своими западными союзниками быстро предприняли ряд действий, чтобы повлиять на последствия в некоторых арабских странах. Их миссия заключалась в том, чтобы обеспечить плавный переход в странах, чья судьба была решена спонтанными восстаниями - для того чтобы ускорить свержение своих врагов и поддержать союзников.

Результатом стало полное и окончательное разорение. Жизнь во многих странах арабского Востока превратилась в сущий ад, но не из-за революционной лихорадки, а из-за воинствующего хаоса, терроризма и непрекращающихся войн.

Ливия и Сирия — наиболее очевидные примеры. В некотором смысле, Запад, его СМИ и союзники взяли на себя ответственность контролировать не только судьбу арабов, но и формирование их идентичности.

Идея о разделе Сирии

В своих показаниях на заседании комитета сената США, где обсуждалось прекращение огня в Сирии, госсекретарь Джон Керри сообщил, что его страна готовила "план Б", на случай если договоренности не будут достигнуты. Керри воздержался от конкретики, но намекнул, что может быть "слишком поздно сохранить Сирию в целости и сохранности".

Возможность раздела Сирии была упомянута неслучайно. Эта идея набирает стремительную популярность в медиасреде США и других западных стран. В прошлом году о разделе Сирии говорил Майкл О'Хэнлон из Бруклинского института, призвавший США найти "общие цели с Россией", ориентируясь на "боснийскую модель".

"Аналогичным образом будущая Сирия могла бы быть конфедерацией нескольких областей: в одной преобладали бы алавиты, в другой - курды, в третьей - друзы, в четвертой - сунниты, плюс центральная область со смешанным населением в полосе от Дамаска до Алеппо".

Решение О'Хэнлона опасно не тем, что оно полностью игнорирует сирийскую национальную идентичность. Честно говоря, многие западные интеллектуалы никогда не подписались бы под утверждением, что арабские страны являются государствами в западном понимании этого слова.

Соглашение Сайкса - Пико  

Не секрет, что современные арабские страны в большой степени представляют собой результат раздела арабского региона, входившего в Оттоманскую империю, на мини-государства. Это было результатом политической необходимости и компромиссов, появившихся в результате соглашения Сайкса — Пико 1916 года. 

Британско-французское соглашение (с одобрения России) было полностью мотивировано силой, экономическими интересами, политической гегемонией и тому подобными вещами. Это объясняет, почему большинство границ арабских стран представляют собой прямые линии. Они были нанесены с помощью карандаша и линейки, а не появились в результате естественного развития, основанного на множестве факторов и длинной истории конфликтов и соглашений.

Хотя прошло почти сто лет с раздела арабских стран колониальными державами, они еще уважают те границы, что сами когда-то создали. Более того, они тратят много времени, усилий, ресурсов, а порой и тотальных войн, чтобы сохранить это произвольное деление.

Чтобы гарантировать, что арабы никогда не объединятся, Запад инвестирует в их дальнейшую разобщенность. В 2006-2007 годах госсекретарь США Кондолиза Райс ясно дала понять, что США прекратят поддержку Палестины, если ФАТХ и ХАМАС объединятся. Ранее, когда сопротивление в Ираке достигло наивысшей точки, США инвестировали в проект разделения иракцев по вероисповеданию. Вашингтон обдумывал возможность разделения Ирака на три отдельных государства: шиитское, суннитское и курдское.

Ливия тоже была разделена после интервенции НАТО. Какое бы чувство государственности ни существовало в этой стране после окончания эпохи итальянского колониализма, оно было уничтожено.

Известный по слухам "план Б", призванный разделить Ливию на три отдельных протектората, был недавно отклонен ливийским послом в Риме. Однако ливийцы сегодня кажутся наименее значимой стороной в определении будущего собственной страны. Арабский мир всегда представлялся, с западной точки зрения, местом, которое нужно завоевать, чтобы эксплуатировать, контролировать и приручить. Такое мышление продолжает определять эти взаимоотношения.

Что действительно интересно, так это то, что, несмотря на отсутствие панарабского видения в арабских странах, переживших народные восстания пять лет назад, несколько событий современной истории сблизили арабов. Это песни свободы в Тунисе, победные крики в Египте и крики боли в Сирии.

Это та самая общая идентичность, часто невысказанная, но ощущаемая, которая позволяет миллионам арабов продолжать держаться, как бы ни была слаба надежда, что их государства переживут продолжающийся натиск и предполагаемые разделы.

Рамзи Баруд (Ramzy Baroud)

Перевела


"Арабская весна" сменится "арабской осенью"?
Комментарии
Комментарии