Лечение онкологии за границей - деньги в никуда

Как в России обстоят дела с лечением онкологических заболеваний? Во сколько это может обойтись пациенту? Есть ли смысл уезжать на лечение за границу? На эти и другие вопросы Pravda.Ru отвечает кандидат медицинских наук, заслуженный врач России, член комитета Совета Федерации по социальной политике Владимир Круглый.

Рак молодеет

Владимир Игоревич, традиционно было принято считать, что рак — это болезнь старости. Но сейчас все чаще говорят, что онкология молодеет, и этому направлению необходимо уделять особое внимание. Вы — детский хирург, специализируетесь именно на детской онкологии. В самом деле рак сегодня молодеет?

- Действительно, сегодня существует даже специальность — детский онколог. Она выделена в отдельное направление, поскольку врач имеет дело с заболеваниями, имеющими свою специфику. Зачастую у детей опухоли носят врожденный характер. А это предполагает свои особенности как в диагностике, так и в течении заболевания, и в лечении.

Самое главное, существует огромная разница в потенциальном результате. При большинстве видов опухолей у детей удается добиваться длительной ремиссии, фактически, излечения. Поэтому положительная статистика по детской онкологии совершенно иная, нежели у взрослых пациентов.

Однако чтобы добиться этого положительного результата, требуется приложить массу усилий. Работа ведется комплексно, она включает в себя помощь специалистов, использование соответствующего оборудования и лекарственных препаратов. Иными словами, каждому выздоровлению предшествует длительный процесс лечения и реабилитации.

Диагностика онкологических заболеваний

Какая, на ваш взгляд, сегодня самая большая проблема в области онкологии?

- Если говорить об онкологии в целом, то это ранняя диагностика. В нашей стране эта проблема стоит особенно остро. К сожалению, значительный процент онкологических заболеваний диагностируются только на третьей или четвертой стадиях, что требует принципиального иного, более дорогостоящего лечения. Зачастую это высокотехнологичная медицинская помощь и серьезные операции. Но даже внушительные затраты не гарантируют в этих случаях благополучного исхода. Шансы на выздоровление всегда выше, если "поймать" болезнь на более ранней стадии. Это касается всех — и детей, и взрослых.

Хочу подчеркнуть, что своевременная диагностика зависит не только от медицинских работников, но и от самого человека. Очень важно следить за своим здоровьем, регулярно проходить диспансеризацию. Для каждой возрастной категории разработаны определенные исследования, и нужно обязательно проходить, какими бы они неприятными они вам не казались. Если речь идет о детях, то здесь ответственность во многом лежит на родителях. Необходимо обращать внимание на любые признаки, которые покажутся вам тревожными.

К сожалению, ситуацию зачастую усугубляет тот факт, что у детей очень многие онкологические заболевания развиваются бессимптомно. К примеру, при нефробластоме диагноз довольно часто ставится поздно как раз по причине отсутствия каких-либо выраженных признаков. В итоге о болезни узнают только тогда, когда опухоль определяется уже руками. Тем не менее, советую родителям как можно внимательнее наблюдать за своим ребенком.

Даже если у вас возникло хотя бы малейшее подозрение, лучше перестраховаться и сделать необходимые исследования. В частности, обычное скриннинговое ультразвуковое исследование может помочь избежать многих проблем и позволит своевременно поставить диагноз на ранней стадии. Чем раньше врачи обнаружат болезнь, тем лучше будет результат лечения.

— Вы сказали, что болевая точка — это позднее диагностирование. Но ведь детей с самого рождения ежемесячно наблюдают педиатры. Когда ребенок становится старше, он проходит врачебную комиссию для детского сада, школы, да и диспансеризация у детей ежегодная. Неужели всех этих наблюдений недостаточно?

- Большинство опухолей у детей — быстрорастущие, стремительно развивающиеся. Календарный год для онкологии — это значительный срок. Поэтому от педиатра, от врача так называемого первого контакта, зависит крайне многое. Это также может быть и врач скорой помощи, и хирург, к которому пациент может попасть, к примеру, с болями в животе. Продолжать список можно и далее. Я хочу сказать, что у врача абсолютно любой специализации должна быть онкологическая настороженность.

Несмотря на активную информационную пропаганду, у нас в стране по-прежнему нередки случаи, когда врачи первого контакта "пропускают" пациентов, причем даже с явными опухолями. Часто речь идет об опухолях наружной локализации, которые длительное время лечат как лимфаденит (воспалительное заболевание лимфатических узлов).

На сегодняшний день онкологическая настороженность врачей первого звена — огромная проблема всего российского здравоохранения, не только педиатрии. Важно не только вовремя суметь распознать угрозу, но и как можно оперативнее поставить правильный диагноз и начать лечение. На Западе это занимает буквально сутки-трое, у нас же счет идет на недели.

— Бытует мнение, что если среди родственников онкологических заболеваний не было, значит можно быть спокойным.

- Это не совсем так, хотя наследственность при многих опухолях действительно прослеживается. От онкологии никто не застрахован.

— Насколько наши региональные клиники оснащены всем необходимым оборудованием и что делается в этом направлении?

- Начиная с 2011 года ситуация начала кардинально меняться, кто бы что бы ни говорил. Безусловно, модернизация в регионах идет разными темпами, но средства на развитие медицины были выделены колоссальные. И уже сам субъект определял собственные приоритеты. Для одной территории это были современные онкологические клиники, другие делали упор на педиатрию, к примеру. Но, безусловно, в каждом регионе есть онкологический центр, правда, уровень у всех разный.

В той же Якутии областная детская больница выгодно отличается и своим оснащением, и специалистами, а вот местный онкодиспансер производит скорее удручающее впечатление. В здании отсутствует даже лифт. Как перевозить пациентов? Для меня это был, конечно, шок.

В то же время не могу не отметить, что за последние годы в регионах было приобретено много высокотехнологичного оборудования. Трудно себе представить, чтобы в том или ином субъекте страны не было компьютерной или магнитно-резонансной томографии. Многие территории уже и позитронно-эмиссионной томографией не удивить.

Сейчас, конечно, темпы переоснащения снизились, но тем не менее, работа по модернизации продолжается. У любого доктора сегодня есть возможность произвести исследование и поставить правильный диагноз.

Хотя, конечно, нет предела совершенству и нам пока далеко до развитых стран Европы. В основном это касается гистологических служб — патологической анатомии, патогистологии. Но все-таки ситуация у нас очень серьезно улучшилась за последние годы, это совершенно точно.

Лечение рака за границей

Почему, если кто-то заболел, действует убеждение, что необходимо срочно собирать всем миром деньги, обращаться в благотворительные фонды и непременно ехать лечиться за границу?

- Я сам в свое время был руководителем благотворительного фонда и знаю эту проблему изнутри. Безусловно, бывают случаи, когда действительно есть необходимость пройти лечение где-то за границей. Особенно когда дело касается применения каких-то уникальных методик. Но таких историй немного, они достаточно редки.

В большинстве случаев эффективно лечиться можно и в России. Но такую возможность многие родители даже не пытаются использовать. К примеру, мама приносит выписки о том, что ребенку необходима пересадка костного мозга. Сделать это она хочет в Германии, где операция стоит бешеных денег. Да, по документам ребенок, действительно, болен. Но при этом почему-то совершенно не берется в расчет тот факт, что он может пройти пересадку костного мозга в России, такие возможности у нас есть.

Если говорить о детской онкологии, то мы имеем замечательные федеральные центры очень высокого уровня. К примеру, Федеральный научно-клинический центр детской гематологии, онкологии и иммунологии имени Дмитрия Рогачева, который находится в Москве, на Ленинском проспекте. Это абсолютно европейского уровня клиника. Я сам там неоднократно проходил обучение и знаю этих врачей.

Более того, профессора из Германии работают там на штатной основе, приезжая раз в две недели. И все протоколы лечения те же самые. Ведь онкология очень стандартизированное направление медицины. Если поставлен точный диагноз, он подтвержден в так называемой реверсной лаборатории и не вызывает сомнений, то лечение будет совершенно одинаковым что в Москве, что в Нью-Йорке.

— То есть роли не играет, кто тобой будет заниматься: кандидат медицинских наук или именитый профессор?

- Абсолютно. Безусловно, некоторые нюансы есть. Американский протокол несколько отличается от европейского, но эта разница не принципиальная, сама стратегия лечения абсолютно одинакова. Задача медицинского сообщества, министерства состоит в том, чтобы лечение в том же Берлине не отличалось от лечения в Москве, Орле или любом другом российском городе.

Конечно, в каждом случае необходимо учитывать историю болезни. Если это какой-то стандартный случай, 1-2 стадия, если заболевание протекает без особенностей и осложнений, то лечение должно проводиться в регионе. Этого больного нет необходимости посылать ни в Москву, ни тем более в Германию или Израиль. Но бывают и случаи, когда мы направляем больных в федеральный центр. И таких ситуаций немало, поскольку возможности регионального центра могут быть ограничены.

Примеры же того, когда даже в Москве, на федеральном уровне не могут справиться с заболеванием, крайне редки. В конце концов, насколько я знаю, в министерстве здравоохранения есть механизм направления пациентов на лечение за границу за федеральные средства.

— Это делается по запросу лечащего врача или родители сами должны обратиться с такой просьбой?

— Скорее это должен быть запрос федерального центра.

— То есть вы рекомендуете всем, кому, не дай Бог, поставили такой диагноз, все-таки лечиться в России?

— Конечно, если это возможно. В России лечение ничем не хуже, чем за границей. К сожалению, многие люди не доверяют отечественной медицине. Особенно, когда речь идет о детской онкологии.

— А почему, как вы думаете?

- Это происходит, в том числе, из-за того негативного образа, который создается в средствах массовой информации. Мы постоянно слышим, как все плохо в нашей стране. А ведь у нас очень большой человеческий потенциал. Я знаю людей, которые работают в том же центре Димы Рогачева или в НИИ Детской онкологии на Каширке. Это врачи, которые полностью отдают себя работе. В ущерб своим собственным семьям работают едва ли не круглыми сутками, при этом получая весьма скромную зарплату. И все для того, чтобы вылечить детей.

За границей такого отношения нет. Повторюсь, большинству пациентов можно помочь дома, в российских больницах. Уровень отечественной медицины действительно высок.

Бесплатная медицина

Давайте поговорим о финансовой составляющей. Мы, дети Советского Союза, привыкли к тому, что у нас медицина всегда была бесплатной. Почему сейчас за лечение онкологии приходится платить?

- Когда собирают средства, часто непонятно на что они идут, особенно если ребенок лечится в федеральном центре. Конечно, есть больницы, где родственникам приходится покупать очень многое. Я считаю, что это безобразие, и такого быть не должно. Я сейчас не говорю про частные клиники. В коммерческих больницах лечатся люди, у которых есть на это средства. Но таких немного.

У обычных граждан со средним доходом или даже ниже среднего такой возможности нет. Допустим, человек получает зарплату в регионе порядка 20 тысяч рублей в месяц, и вдруг в этой семье заболевает ребенок. Родители должны ехать в Москву, проходить обследование, зачастую платное. Хотя у врача практически всегда есть возможность организовать процесс так, чтобы обследование или лечение было бесплатным. Здесь многое зависит и от конкретной региональной больницы и от конкретного главного врача.

— То есть опять пресловутый человеческий фактор?

- Да, возможности такие есть. Хочется, чтобы люди понимали: когда речь идет о сборе средств на лечение, зачастую эти деньги вовсе не для оплаты медицинских услуг, это помощь семье, которая, конечно, тоже очень необходима. Проживание даже одного из родителей при больнице или в гостинице влетает в копеечку. Период пребывания маленького пациента в клинике, как правило, довольно длительный.

Кроме того, маме надо самой питаться. Не говоря уже о том, что зарплату она в это время не получает. Для подобного сопровождения пациентов, наверное, и нужны какие-то благотворительные сборы. Но само лечение должно быть бесплатным. Большинство семей в России, особенно в депрессивных регионах, каковой, к примеру, считается Орловская область, имеют невысокий доход. Для них жизненно важно, чтобы лечение осуществлялось за государственный счет.

Если чего-то нет, то это вопрос, конечно, и к федеральным лечебным учреждениям, и к департаменту здравоохранения региона. Во-многом именно от них зависит будет ли лечение бесплатным для пациента. Каждый человек, по Конституции, имеет право на получение бесплатной медицинской помощи. Особенно это важно, если речь идет о лечении онкологии, которое является крайне затратным.

Для нашей страны это базовые вещи, которые не должны зависеть от кризиса. Медицина - то, на чем нельзя экономить. Позиция государства на этот счет предельно жесткая. Недавно глава правительства Дмитрий Медведев подписал программу государственных гарантий на 2016 год, в которой появились серьезные новеллы, касающиеся предельных сроков ожидания медицинской помощи.

— Я поняла, что медицина у нас все-таки бесплатная. Но если кому-то из родственников или самому больному пришлось столкнуться с тем, что предлагают заплатить за медицинские услуги, жалобу куда писать?

- В Росздравнадзор и в страховую компанию. По полису ОМС пациент имеет право на определенную программу госгарантий. Сейчас мы очень часто говорим на различных площадках, что страховые компании у нас недостаточно активны именно в части защиты прав пациента.

Президент в своем ежегодном послании особо подчеркнул, что страховой принцип медицины должен развиваться именно в таком направлении, чтобы страховые медицинские организации не просто накладывали штрафные санкции на больницы, а действовали, прежде всего, в интересах пациента.

Росздравнадзор — это орган, специально созданный для защиты прав пациента. У него действует горячая линия, на которую всегда можно позвонить. Электронные обращения с сайта рассматриваются точно так же, как на бумажных носителях. Сейчас возможностей у пациента отстоять свои законные права очень много.

Подготовил к публикации Сергей Валентинов

Беседовала 

Елена Тимошкина


Онкология: Болевые точки нашей медицины
Комментарии
Комментарии

Для российских "критиков режима" гораздо важнее подавать ситуацию вокруг российской олимпийской сборной именно как политическую. Ну, то есть, еще одно подтверждение "давления Запада", которое только "нарастает". Что противоречит заявлениям западных чиновников и журналистов - мол, мы исключительно за чистоту спорта. А политическую карту как раз Кремль разыгрывает, внимание отвлекает.

Олимпиада и "крах режима": Каспаров выдал тайну Запада