Логика эстонской элиты: "руками НАТО" вернуть Ивангород и Печорский район

Выступление Керсти Кальюлайд по вопросу территориальных претензий Эстонии к России комментирует руководитель Центра постсоветских исследований Института экономики РАН Леонид Вардомский.

Граница: эстонская Нарва и российский Ивангород

Выступая 24 февраля с докладом на торжественном заседании по случаю 102-й годовщины независимости республики, президент Эстонии заявила, что у ее страны "нет территориальных притязаний к соседним государствам", так как это было условием приема страны в НАТО. Керсти Кальюлайд напомнила, что Таллин и Москва до сих пор не ратифицировали пограничный договор. При этом глава государства отметила, что сторонам нужно упорно работать, чтобы "сделать этот шаг".

Позицию президента не поддерживают правящая парламентская коалиция и сформированное ею правительство. Разногласия в эстонской элите комментирует для "Правды.Ру" руководитель Центра постсоветских исследований Института экономики РАН Леонид Вардомский.

— Почему парламент имеет территориальные претензии к России, а президент не имеет?

— Какая-то часть эстонского населения мечтает вернуть Ивангород, Печорский район. И они как раз надеются, что руками НАТО они вернут эти территории. Будет какой-то конфликт, потом НАТО эти территории отвоюет, а Эстония их как бы включит в свою территорию. У них, видимо, такая логика, потому что без НАТО трудно было бы рассчитывать на такие претензии.

С НАТО можно. Даже если этого не произойдет, все будут говорить, что они настоящие патриоты, настоящие эстонцы, укрепляют суверенитет и так далее. С политической точки зрения это все понятно, оправдано.

Президент же представляет всех жителей, а не только крайне правых избирателей, у президента более сбалансированная, центристская позиция: да, мы вступили в НАТО, НАТО нас опекает, защищает, но мы обещали территориальных претензий не выдвигать.

— Сейчас под угрозой проект Rail Baltica, может быть, Кальюлайд более прагматична, хочет через Россию обеспечить транзит в Европу по этой дороге?

— Дело в том, что Rail Baltica идет от Варшавы через Вильнюс, Ригу в Таллин, и дальше там планировался туннель либо паром в Хельсинки. То есть нас особо не затрагивает, это сугубо такое внутреннее дело. Транзит будет из Финляндии в Польшу через Эстонию. Но большого потока, думаю, не будет. Это скорее для пассажирских скоростных сообщений.

Другое дело транзит российских грузов. Они же помнят, как в 90-е годы у Эстонии 30% экспорта приходилось на цветные металлы. Эстонцы перекупали алюминий, медь и прочее и уже везли куда-то по миру. И зарабатывали хорошо на посреднической торговле. А сейчас этого нет. И этот источник дохода исчез, выпал. Они бы хотели российский транзит (удобрения, нефтепродукты, уголь и прочее) обеспечивать. Но мы свои порты построили в Усть-Луге и другие, нам уже их порты не нужны.

— Есть ли какие-то перспективы в экономическом взаимодействии?

— Частный бизнес есть, торгуют, возят, есть какие-то эстонские инвестиции в России и наоборот… Торговля иной раз довольно быстро растет на 5-10-15%, сейчас это где-то 2-3 миллиарда долларов в год. Но на уровне государства ничего нет и такого, и как раньше уже, конечно, быть не может

— А в какой сфере торговля растет?

— Мы у них покупаем рыбу, строительные материалы, бытовую технику, медицинское оборудование. Они у нас горючее, нефтепродукты, газ — довольно значительно. В отличие от Литвы они не отказались от газоснабжения из России. Еще покупают лес, минеральное сырье, металлы. Активно идет приграничное сотрудничество,  очень много петербуржцев там живет и имеет недвижимость. Много русских в Нарве. Они ездят туда-сюда. 

— Кальюлайд приезжала к нашему президенту. Возможно, тогда обсуждалось экономическое взаимодействие?

—  Эстония — парламентская республика, парламент принимает главные законы, а президент имеет ограниченные властные полномочия. Кальюлайд, может быть, и хотела большего и понимает, что это нужно, но ее там держат за руки, за ноги: партийные разные дела, привязанности, обязательства.

Не все там свободные люди. Они не могут делать то, что они хотят, а действуют согласно протоколу. Не нужно особо думать, что она "голубь мира". Такую бы просто не выбрали на эту должность.

По данным Департамента статистики Эстонии, в октябре 2019 года экспорт в Россию вырос на 16 млн евро, в основном за счет вывоза из Эстонии медицинского оборудования. Импорт товаров из России сократился на 45 млн евро за счет минеральной продукции. Основными партнерами Эстонии по экспорту по-прежнему остаются Финляндия (17% от общего экспорта), Швеция (11%) и Латвия (9%), Россия с недавних пор заняла четвертое место (7%).

Читайте по теме: 

Кальюлайд делает новую попытку спасти Эстонию от деградации

Почему Путин не должен ехать в Эстонию

Президент Эстонии заявила, что она уповает на защиту НАТО