Источник Правда.Ру

"Ты кого мне привез?" Дневник неудачливого "пиарщика"

 Ты кого мне привез?  Дневник неудачливого  пиарщика
"Ты кого мне привез?" Дневник неудачливого "пиарщика"

Что бывает, когда "на пиар" приходят люди с улицы? Некто chuverin в своем персональном дневнике на популярном сервере livejournal.com поведал читателям душещипательную о том, каким образом проводятся сегодня избирательные компании. Здесь есть все: и вопиющий непрофессионализм исполнителей, и полубандитские замашки непосредственных заказчиков, и астрономические бюджеты — и такое же полномасштабное "кидалово". Заметки показались нам настолько поучительными, что мы решили перепечатать их у себя — с незначительными сокращениями. Орфография автора бережно сохранена — не в последнюю очередь для того, чтобы читатели могли самостоятельно оценить уровень грамотности и лексической культуры современных рыцарей "плаща и пе(а)ра". * * * Monday, March 15th, 2004 Вот это да! Появилась возможность резко поправить своё материальное положение. Позвонил Саша, приятель, занимающийся избирательными компаниями в составе мощной PR-группы. И предложил поехать в одну среднеазиатскую страну, чтобы поучаствовать в перевыборах ныне действующющего президента. Выборы — через год, но уже сейчас президентское окружение начинает готовиться к этому мероприятию. Бабки обещают платить ну очень даже приличные. О таком количестве я и в самых смелых своих мечтах не залетал. Лететь через два дня. Чем мне заниматься — внятно Саша не сказал. Ну что-то вроде: проинспектировать подвластные президентской групиировке средства массовой информации на степень готовности к престоящим битвам. Туманно, но на месте определимся...

Боюсь спугнуть удачу. Она редко дарит мне свою благодать, но вдруг? Tuesday, March 16th, 2004 Вчера встречался с Сашей, выяснились подробности командировки в среднеазиатскую страну. Он сразу предупрежил: работа очень тяжелая, потому что заказчики тяжелые — хамы, истеричные, наглые, резко выраженная склонность на***ть. Саша в составе группы участвовал в прошлой избирательной компании нынешнего президента и знает не понаслышке. И спасла их только победа. С некоторыми участниками тогдашней группы расплатились "чеченками" - фальшивыми долларами, изготовленными в Чечне. Сейчас ситуация посложнее: президент всем надоел, и потому исход выборов неясен. Я кстати, у президента в 90-х годах несколько раз брал интервью, он показался (да и был на самом деле) интеллигентным, умным человеком. К России очень расположен. Прост в общении. Надеюсь, что встречусь с ним, должен он меня узнать. Одно интервью было по его просьбе — он пожелал высказаться по какому-то вопросу и его помощники обратились ко мне. Вылетаем в среду — вот так все мгновенно. В группе четверо: политтехнолог, специалист по черному пиару, журналист и я. В чем моя функция — Саша так и не прояснил. Изучать обстановку — это слишком общо. На прошлых президетских выборах в Кузбетурстане (так назовем эту независимую демократическую страну) нынешнему президенту противостоял от оппозиции его бывший соратник — премьер-министр. И противостоял успешно — шли ноздря в ноздрю. И перевес оказался минимальный. После подведения итогов оппозиция приводила многочисленные примеры подтсовок, фальсификаций, мухлежа. Но, понятно, что это злобствование от бессилия. Ну, а соперник через два месяца после выборов очутился в тюрьме — его обвинили в организации прослушивания телефонных разговоров президента. Ну, прям среднеазиатский "кузгейт". Monday, March 22nd, 2004 Вот мы и в Кирузбетурстане! Прилетели вчера вечером. Уже темно. Аэропорт пуст и гулок. Необременительный таможенный и пограничный контроль. Нас ждут. Садимся в шикарную машину. Едем. Въезжаем в город, который темен, пустынен. Движения машин почти нет. Но вот и освещенные улицы, наверное, центральные. Привозят в место нашего обитания. В пригороде трехэтажное знание. Внутри шикарно. Но шикарность в азиатском понимании — много позолоты, неудобная мебель в номере. Чтобы пойти душ принять, да просто умыться — надо идти по коридору в ванную. В которой вся сантехника с позолотой. Кухня с набором аппаратов, которые необходимы, вплоть до стиральной машины. Холл с телевизором, экран огроменный. Как ни удивительно, но книжные полки — в холле. А литература! Мураками! Пелевин! Сорокин! Поэзия серебряного века. И прочее в таком же высокоинтеллектуальном духе. Приятно поразило. Здесь нам жить три месяца. Холодильник набит продуктами. Но ни капли (не говоря уж о бутылке) спиртного. Саша еще в самолете сообщил некоторую важную и даже радостную информацию. Выплатят сразу аванс. Суточные — 50 баксов в день. Это неплохо. Нас повезли поужинать в ресторан, голодые — набрали всего, плюс бутылка вина, иза все это заплатили 18 долларов. Утром встреча с заказчиком. Махмуд — зять местного президента. Оставил очень приятное впечатление. Ему за сорок, но на вид много моложе. Приятный в общении. Значит, ситуация такова. Через год выборы президента. Осенью выборы в кирузбетурстанский парламент. Мозговой центр президента в составе его жены, дочери и зятя решил использовать удачный опыт России. Для начала сформировать партию типа "Единая Россия", то есть "Единый Кирузбетурстан". И вторая партия — "Родина". Этим займутся политтехнологи, которые в составе нашей группы. (Одна из них женщина, на которую я имею виды, но уж как получится. Не буду загадывать). Самое непонятное, что делать мне. О чем я естественно и спросил Махмуда. Ответ меня удивил: "Повысить уровень пропрезидентских средств массовой информации". Как-то уж слишком общо. Все мои попытки добиться более конкретного были проигнорированы.

Махумуду и дочери президента принадлежат СМИ: две газеты, телеканал, две радиостанции, реклмное агенство. Газеты и телеканал мне и предстоит "повышать уровень". Потом меня повезли представлять. Газеты, телеканал, радистанции в отдельном здании холдинга, который принадлежит семье президента. Я спросил Махмуда: в каком качестве я в газете и в телеканале? Ответ странный: представитель центра. Знакомство, понятно, как проходит: в несколько натянутой обстановке, они не знают, чего ожидать от меня, я не знаю, что мне, собственно, делать. Представляюсь так: консультант. Поразило: для меня подготовлен кабинет, на котором табличка с моей фамилией. Компьютер, интернет, ну, все как положено... Да еще и ноутбук — совсем хорошо. Правда, в гостиничном номере не обнаружил стола, но обещали поставить. А то непонятно, на чём работать. Показали мне газету — кабинеты, верстку, что еще можно смотреть? Показали телеканал — кабинеты, студию, аппаратные... Впечатления неопределенные. Неопределенные в смысле: что же мне делать? Но ясно: познакоиться с содержаним газеты и телеканала. Что же за продукт они производят? Friday, April 30th, 2004 В Кирузбетурстане есть, конечно, и свое телевидение. Официальный канал (ну, как бы Первый) смотреть невозможно — уныло и тоскливо. Если программа новостей, то бодрые рапорты с мест о том, как растет и развивается солнечный Кирузбетурстан. Есть оппозиционный канал — называется "Квадрат", это главный и единственный конкурент телеканала, которым владеет Махмуд. Махмудовский канал носит гордое имя "Ермекташ", что в переводе с кирузбетурстанского языка означает "независимый". Шутник Махмуд еще тот. Канал беззастенчиво пропрезидентский. Полноценным телеканалом "Ермекташ" назвать никак нельзя. Это четыре новостных выпуска в день, аналитическая программа "Итоги", выходящая по субботам, программа "Здоровье" - вот и всё. Ну, еще детская программа, которую я не видел. Техническое обеспечение слабенькое. Правда, Махмуд похвалился, что приобрел для "Ерметаша" четыре цифровые камеры. Это так, но при этом одна монтажная линейка и потому огромная очередь на монтаж. Но Махмуд не понимает, что телекомпания — это не только камеры. Для просмотра снятого материала всего один видик — это вообще облом. Вообщем, новостные программы делаются в страшной запарке. Люди мне понравились. Смотрят на меня широко распахнутыми глазами, не поймут, зачем я тут и чего от меня ожидать. Сюжеты новостной программы вполне провинциальные, это как в Москве телевидение какого-нибудь округа. Пришла фура с лекарствами, подаренная Голландией — об этом подробные репортажи на всех каналах. На оппозиционном "Квадрате" репортаж с подъебкой: вот если б эта фура не была подарена, то народ бы вымер. На пропрезидентских каналах это подается, как знак уважения Европы к Кирузбетурстану. Мне отвели в здании холдинга кабинет. Телевизор, компьютер, интернет — всё есть. Мобильник, естественно. Wednesday, March 24th, 2004 Весь вчерашний день ушел на чтение газет. Ошалел от количества и качества прочитанного. Я немножко знаю российскую провинциальную прессу — иногда она очень высокого качества, а года через три сравняется с лучшей московской. Прессу Кирузбетурстана нельзя сравнивать даже с Российской областной. Первая причина: скудость событий. Все как-то мелко. Пишут, конечно, и о битвах в парламенте, и о политических разборках, но большинство заметок о грязных подъездах, что хлеб не завезли в какой-то микрорайон ну и так далее. Районка, одним словом. Уровень журналистики слабый. Но причина в том, что лучшие журналисты работают в оппозиционной печати. Мне особенно понравилась одна газета, назовем её "Квадрат". Броская, яркая, цветная. Заметки написаны с блеском. Изящные нападки на президента. И на этом фоне пропрезидентские две газеты проигрывают унылостью и скукой. Хотя одна "Рассвет Кирузбетурстана" имеет самый большой тираж в стране. Выяснилось, что Серик У., издатель "Квадрата", и Махмуд раньше были друзьями, единомышленниками. Но потом что-то развело их, они стали врагами. И Серик создал собственную газету, переманил к себе лучших журналистов. Но даже не это главное: журналисты "РК" находятся под жестким прессом, все принципиальные заметки прочитывает Махмуд или его жена, дочь президента. И если обнаруживают хоть самую малость несовместимости с курсом президента, то следуют жесткий разгон. А в "Квадрате" журналисты свободны писать так, как они считают нужным. Видел, кстати, президента, но по телевизору. Он сдал. Я его помню энергичным, убедительным, а теперь читает выступление по бумажке (что раньше трудно было представить), какое-то безразличие в его глазах. Или это усталость. Но это первое впечатление. Надеюсь, что когда встречусь с ним, выводу будут поглубже. Захватил свою книгу — подарить ему. Журналистский народ — и газетный, и телевизионный — с настороженностью поглядывает на меня. Они ж не знают, чего от меня ждать. Но и не скажешь, что нечего меня боятся: я ж не ревизор. Поражает дешивизна здешней жизни. Обедаем и ужинаем в ресторанах — не больше двухсот рублей на наши деньги. Но раздражает жирность блюд: какое ни закажешь — жира сверх меры. Город остался таким же, каким я его видел 10 лет назад, когда приезжал сюда в командировку. Но обветшал. Нового ничего не построено. Ну, кроме гостиницы "Кемпински", здания какого-то банка, небольшой торговый центр — вот и все обновки. Особняков "новых кирузбетурстанцев" не заметил. Но они наверняка есть, такого не может быть, чтоб не было. Много людей бомжевского вида. Копаются в мусорных ящиках, сидят унылыми стаями на углах. Назойливы мальчишки, подъедешь к ресторана, тут же возникают: "Дядя, дай денежку!". К нам прикреплена круглосуточно машина — "ауди". Удобно. Сегодня буду знакомиться с телеканалом. Saturday, May 1st, 2004 Живем мы в роскошном (по азиатским, естественно, понятиям) загородном доме. Холодильник туго набит продуктами, так что не успеваем их уничтожать. Но выпивки нет, что меня несколько расстраивает, а моих коллег почему-то нет. Ночью выглянул в окно — увидел, как по двору бегают собаки. Охраняют нас. Но ведь они и нам не позволят отсюда выйти, если вдруг возникнет такое желание. И почувствовал себя как в тюрьме. Участок окружен высокой стеной, на верху колючая проволока. Можно, конечно, выйти через проходную, где бдит охрана. Ну, а вдруг Махмуд отдаст приказ не выпускать? И как тогда вырываться отсюда. Но это просто мысли. На самом деле мы через проходную не ходим. Вызываем машину или она стоит во дворе — и едем, куда нам надо. У меня мысли все о том, что можно сделать с газетой и с телеканалом "Ермекташ". Чтобы поднять уровень газеты, нужны кадры, а их взять неоткуда. Нельзя сказать, что у журналистов совсем низкий уровень, некоторые пишут складно. Но читаешь газету — и тоскливо. Появились мысли и по ТВ. Тут сложнее с творческим составом. Они делают свое дело и никаких потуг придумать что-то новое. Да еще всё упирается в деньги. Любая новая программа — это минимум тысяч 10 долларов. Это если примитивно делать. А Махмуд этого не понимает, по крайней мере так мне сказал руководитель канала Серик. То есть нужно обходиться тем бюджетом, который есть. А его едва-едва хватает на выпуск информационных выпусков и еженедельной программы. Но возникли К русским отношение в Кирузбетурстане относятся неплохо. В столице всё говорят только на русском языке. В том числе и аборигены — им удобнее общаться на великом и могучем. Тем не менее уехали из страны очень много русских. Почти все немцы перебрались в Германию. Кое-где правда остались немецкие села. Говорят, что там идеальный порядок, хорошо работают. Иногда возникают стычки на национальной почве, но не серьезные. Парень из охраны рассказал, что к нему вечером местные начали задираться. Причина: кому-то из них давным-давно русская учительница поставила несправедливо двойку по физике. Даже смешно. А у другого охранника своя история. Он уехал с женой и ребенком в Россию. Уезжал, как думал, насовсем, продали машину, квартиру. Перебрались в Ярославль к родственникам. Деньги вложили в МММ, и они там благополучно сгорели. Пришлось возвращаться в Кирузбетурстан. Sunday, May 2nd, 2004 Алия — редактор одного из отделов газеты. Мы с ней заговорили — и будто знакомы сто лет. Такое взаимопонимание с первой минуты редко бывает. После знакомства проговорили с ней несколько часов и всё было мало. И теперь у меня всегда с утра прекрасное настроение: меня ждет встреча с Алией. Что-то есть в азиатках манящие, таинственное. Экзотика, одним словом. Со второй встречи мы уже прижимались друг к другу. Вообщем, голова кругом. Но что дальше? Встречаться нам негде — в наш загородный дом не приведешь. У неё дома родители, дочка (красавица, кстати). Просто хоть в её кабинете на столе... Но это не безопасно. Саша ввел меня в курс дел: что собирается предпринять Махмуд, чтобы выиграть президенсткие выборы. Первым делом: взять под свой контроль парламент. Для того, чтобы успешно продвинуть своих людей в депутаты, решили воспользоваться опытом России. То есть смастерить партию типа "Единой России", которая была бы проводником воли президента. Есть в проекте и вроде бы оппозиционная партия типа "Родины". Как раз разработкой этого проекта и занимаются политтехнологи из нашей группы.

Есть идея продвинуть в парламент дочь президента Майнару и жену президента. Я вспомнил, что когда мы в день прилета сидели в ресторане — был Махмуд и кто-то из его абреков, то он сказал: "Кирузбертустанские женщины отличаются умом, волей, твердостью". Я тогда этим словам не придал значения, а теперь ясно, что он имел в виду жену и тещу.

И еще я подумал: а не планируют ли они поставить президентом Майру? Мысль не такая уж дикая. Пример есть: сын сменил отца в Азербайджане, почему дочь не сможет сменить отца? Тогда кое-что становится на свои места. Меня удивляло, что сам президент неоднократно говорил, что не собирается баллотироваться на новый срок. И в то же время Махмуд уже сейчас, за год до выборов, готовится к президентским выборам. Кто будет кандидатом? Сам Махмуд не может — он родом из другого государства, а президентом может стать только человек, родившийся в Кирузбетурстане. Остается только дочь президента и его жена. А Махмуду есть что отстаивать. Страна находится в его полном владении. Сам президент немощен. Я помню его десять лет назад — это был энергичный, быстрый, мгновенно ориентирующийся человек. А теперь явно сдал, хотя лет ему немного, не сильно за 60.

В стране нет рекитеров, потому что все предприниматели должны платить дань семье. Я сначала этому не поверил, что все. Но факты свидетельствуют, что это так. Разговорился с одним предпринимателем, он сказал, что 70 процентов прибыли уходит в президентскую семью. Да к тому же семье (а точнее Махмуду) принадлежит почти вся промышленность Кирузтурстана. Им есть, что отстаивать.

Когда арестовали зятя Шеварднадзе, то перепуганная мать Махмуда позвонила ему и приказала срочно возвращаться на родину. Мать знает, что если в Кирузбетурстане сменится власть, то судьба зятя Шеварднадзе ожидает и ее сына. И еще думаю о себе. Получается, что я приехал сюда помогать бандитам. (А Махмуд — бандит). Но ведь есть заработать приличную сумму. Год потом можно ничем не заниматься... Wednesday, May 5th, 2004 Даже и не знаю, как всё это описать, чтоб были понятны мои переживания. Вчера часов в 8 вечера звонит Тасия, помощница Махмуда: "Вас срочно вызывает шеф". С чего вдруг? Мы как раз собрались в немецкий пивной ресторан — очень рекомендовали посетить его местные. И мы уже мчались туда в машине. Но — делать нечего. Махмуд ослушаться не положено. Едем в его резиденцию. Это шикарное пятиэтажное здание в центре города, недавно построенное. Если смотреть с улицы, то обнаружишь на здании вывеску "Президум Верховного суда Кирузбертустана", а если подъехать с тыла, то обнаружишь название штаб-квартиры Махмуда. Верховный суд занимает полэтажа, всё остальное пространство — махмудовское. Его кабинет занимает весь третий этаж. Поднимаюсь на третий этаж, прохожу сквозь рамку металлискателя. Попадаю в приемную, в которой секретари, помощники, телохранители. Спрашиваю Тасию: "По какому вопросу?" И слышу необыкновенное: "Вы должны предоставить отчет". Вот это новость.

При первой встрече с Махмудом он сказал, что каждую неделю мы должны предоставить отчет о проделанной работе. Но прошло всего четыре дня, как мы здесь. Я только-только начинаю разбираться в обстановке. Конечно, какие-то соображения у меня есть, но всё неопределенно, невнятно, неясно. Я не знаю возможностей людей, на что они способны, на что нет. Но иду в кабинет Махмуда. Перед самым входом меня еще и обыскивают. Я говорю: "Вы что, не знаете, кто я и зачем вызван?" - "Такой порядок". Отобрали мобильник. Кабинет у Махмуда размером со школьный спортивный зал. В углу небольшой письменный столик, на нем ни бумажки. Стол для совещаний — тоже небольшой. Посередине кабинет седло. На него я и уставился. — Мы такое же подарили Путину. Это Махмуд поясняет. Я не специалист по седлам, но видно, что это седло сделано профессионалами высокого полета. Была б возможность, разглядел бы его подробнее... Начинается между нами странный разговор. Странный с первого вопроса Махмуда: — Ну, рассказывайте, что удалось сделать? Еще в Москве я допытывался у Саши, что мне конкретно придется делать в Кирузбетурстане. Он отвечал: на месте узнаешь. В первую встречу с Махмудом я ему задал это вопрос. Ответ был неопределенный: поднять уровень газеты и телеканала. Поднять уровень — это можно толковать как угодно. Короче, мне нечего было докладывать, что удалось сделать. Что можно сделать за четыре дня? Ничего. Я начинаю говорить, что газета и телеканал должны заранее быть готовы к президентской кампании, чтобы обрушить на публику мощный пропагандистский удар, и теоретически понятно, что нужно делать, как готовиться, но в данный момент я только изучаю обстановку... — И сколько вам нужно времени? — Минимум неделю. — Значит, неделю... И взгляд на меня как придурка. А дальше Махмуд начал задавать вопросы, от которых я, признаюсь, пришел в замешательство: а в своем ли уме мой высокий собеседник. Вопросы такие: — Какая часть тиража газеты распространяется в столице, а какая в остальной части страны? — На какую тему написал заметку журналист Н. две недели назад? — На каких частотах ведет вещание телеканал "Ермекташ"? — В какое время выходит вечерний выпуск теленовостей? — Какие районы не охвачены телеканалом? — Какой тираж газеты был три года назад? И так далее и в том же духе. Почти ни на один из вопросов я не мог дать ответа. Вид у меня, скорее всего, был самый идиотский. Конечно, у меня готов был сорваться с языка вопрос, к чему мне знать, на каких частотах ведется телевещание, но я чувствовал, что лучше его не задавать. Махмуда почему-то не интересовала творческая часть, он почему-то решил устроить мне экзамен по технической части. Зачем? — так и осталось загадкой. Но вывод он сделал убийственный: — Я вижу, что вы за четыре дня ничего не сделали. Чем вы вообще здесь занимаетесь? Зачем сюда приехали? Что можно ответить на эти дурацкие вопросы? Я не навязывался к нему. Мне пригласили... Но чувствовал, что лучше промолчать, а выяснить всё у Саши, ведь он меня приглашал. Он обещал, что будет заплачено. Но будет ли заплачено? — в этом я стал сильно сомневаться. В полном недоумении у покинул кабинет с седлом. Мы отправились в ресторан. Но там я Саше не мог задать жгучие вопросы, так как в компании было несколько человек с газеты и телеканала. Thursday, May 6th, 2004 Состоялся разговор с Сашей: как понимать Махмуда? И тут Саша такое рассказал... Он же участвовал в прежней президентской компании. Махмуд вел себя разнузданно. Устраивал истерики. Московская команда пиарщиков и журналистов была на положении рабов. Хотя зачем тут пиар-акции и политтехнологии, если всё решали деньги. Саша рассказал, что лично отвозил деньги главным редакторам оппозиционных газет, чтобы те выдерживали хотя бы нейтралитет. Одному редактору, который отказался от денег и гнул свою анти-президентскую линию, устроили поджог квартиры и дорожный инцидент, после чего он на два месяца залег в больницу в соседнем государстве. Руководитель пиар-группы высказал своё мнение по ведению компании, на что Махмуд ему так спокойно говорит: "Видишь, мы тут фонтан строим. Еще одно такое твое высказывание — и в бетон закатаем". Пиарщик и еще несколько ребят испугались и решили вернуться в Москву. Но им перекрыли все пути. В аэропорту их завернули пограничники, хотя у них всё было в порядке — паспорта, билеты. Тогда они рванули на железнодорожный вокзал, но там им не продали билеты. Менты их скрутили, продержали сутки в обезьяннике. Выпустили. Что делать? Короче, чуть ли не горными тропами они сумели перебраться через границу, и из соседней страны вернуться в Москву. — А чего Махмуд от меня хочет? — спрашиваю Сашу. — Да я и сам не понял, — отвечает Саша. — Я с ним имел разговор после тебя, он мне: "Ты кого мне привез?" - В каком смысле? — У него был заказ на профессионала в газетном и телевизионном деле. Я ему говорю, что ты идеально подходишь. А он снова: "Ты кого мне привез?" Короче, выяснилось, что он ожидал, что я привезу или Евгения Киселева или Олега Добродеева... Ни х** себе! Вот идиот! Он что, всерьез думает, что Киселев и Добродеев ждут приглашения Махмуда, чтобы поучаствовать в его бандитской компании. Ну, ладно, а мне-то что теперь делать? Саша говорит: не волнуйся, всё будет хорошо. Просто у Махмуда такое сейчас настроение. Он отходчивый. Единственное, что греет — нам выплатили аванс. Это радостное событие произошло еще на второй день после приезда. Деньги всё время ношу с собой — так Саша посоветовал. В прошлый раз даже из гостиницы у некоторых украли. Sunday, May 16th, 2004 C Алией вечера мы проводим в ресторанах. Вот и вчера. Выбрали заведеньице на окраине, которое популярно у элитной публики. (Еще раз о дешевизне: закажешь почти всё меню, самое дорогое вино — и прекрасно укладываешься в 30 долларов на двоих. Правда, пища ужасно жирная. С трудом отыскиваю хоть что-нибудь с нормальным уровнем жира) Разговоры о том, о сем. Алие газета тоже не нравится, и Махмуда терпеть не может, но — деньги. Чтобы обличать Семью президента на страницах оппозиционных издании нужно быть романтиком и энтузиастом. Идейным, короче. А потом Алия сказала вещь, от которой я просто рухнул. Мы в этот раз что-то увлеклись вином, она пустилась в открвоенности и среди прочего обронила: — А мне еще писать отчет о разговоре с тобой. — Какой отчет? — Ну, о чем мы говорили, все, что ты сказал... И выяснилось: каждый, с кем я (и все из нашей команды) общаюсь, пишет Махмуду отчеты о содержании разговора. Зачем?!! Человек пригласил нас помочь ему в организации пропагандисткой машины к выборам — и не доверяет! Как будто мы вражеские лазутчики. Как будто у нас планы погубить президента и Махмуда, потому эти планы выведать. Дурдом! Прослушиваются все наши телефонные разговоры. Я сразу начал вспоминать: что говорил жене, когда звонил в Москву. Вроде ничего компрометирующего или опасного. — А ты что пишешь про меня? — Не бойся, я аккуртно составляю отчеты. Ты выглядишь в них вполне лояльным. Успокоила. И как теперь мне общаться, если я знаю, что вот этот человек, и тот, и все-все тщательно фиксируют сказанное мной? Да еще и неизвестно, как мои слова интерпретирует Махмуд. Из самого невинного замечания можно сделать далеко идущие выводы. Вообщем, настроение... Thursday, May 20th, 2004 Вот и закончилась моя экспедиция в азиатскую страну Кирузбетурстан. Закончилась по сути так и не начавшись. Никакого результата, кроме разочарования. Последние дни мы при встрече с Махмудом только кивали друг другу. Точнее, я говорил что-то вроде "Здрасте..." А он — будто меня и нет. Что, конечно, меня очень нервировало. А Саша говорил: "Да всё нормально! Работай, покажи результат. И он повернется к тебе". Дождался я, когда Махмуд ко мне повернулся... Вечером неожиданно приезжает к нам в гостиницу. Мы как раз собирались поехать в боулинг. Сели за столом. Сначала вроде разговор ни о чем. И вдруг Махмуд обращается ко мне: "Ну, что там у тебя?" (На "ты", хотя до этого всегда на "вы"). Отвечаю, что есть интересные идеи на телеканале, одна из которых будет реализованы в течении двух недель". Махмуд меня прерывает: "Ты что, надеешься, что я буду тебя кормить еще две недели". "При чем здесь кормить. Я покажу результат..." Махмуд не дослушивает: "С тобой всё ясно. Мы тут выяснили в Москве, кто ты и чем занимался. Ты, оказывается, никогда не занимал руководящих должностей на телевидении". "Я никогда и не говорил, что чем-то руководил на ТВ. Я занимался..." "Знаем мы, чем ты занимался. Тебя не знает даже Константин Эрнст". Интересно! Меня не знает Константин Эрнст! (Хотя мы, кажется, в 1998 году вместе летали в Дублин на конкурс "Евровидения") "Ну и что это значит? Вы сами не знаете, что хотите. Я вас несколько раз спрашивал: что вы хотите от меня? Что я должен сделать на вашем канале? Ответа я не услышал. Я пытаюсь делать то, что знаю и умею. И через две недели вы увидите, что я умею, и тогда..." Махмуд со всей силы бьет кулаком по столу: "Опять две недели!" Двое охранников (которые всегда сопровождают его — это если он в помещении, а на открытом пространстве их пятеро) сделали по шагу вперед. "Мы знаем, кто ты такой. Ты выдаешь себя за специалиста, хотя..." "Я не навязывался..." "Молчать, когда я говорю! Ты гавно. Сейчас скажу — и тебя выбросят из этого окна".

Охранники сделали еще шаг вперед. Тут мне стало по-настоящему страшно. Махмуд не шутил, не пугал. Он действительно может отдать приказ и его бандиты исполнят его без раздумий. Я посмотрел на Сашу — он смотрит в стол. Махмуд может сделать со мной всё, что хочет. Он хозяин Кирузбетурстана. И у меня одна мысль: как отсюда сбежать? Я понимал, что выкинуть меня из окна — это все-таки уж перебор. Но устроить азиатские гадости — это он может. Так закончилась моя деятельность в Кирузбетурстане. Один урок: не связываться с азиатами. Хоть и маячат большие деньги. О деньгах. Остался я при авансе. Да и тот боялся, что отберут. Ведь запросто!

И все мысли: как вырваться из Кирузбетурстана? Долго думали, каквынести мои вещи из гостиницы. По нашим предположениям, охрана у ворот не позволит выйти мне с сумкой. Потому решили так: рассовать вещи по пакетам, сумку тоже уложить в пакет — и по частям вынести. Так и сделали. Решили также, что безопаснее для меня поселиться в гостинице в городе. А уж оттуда выбираться на родину. Тоже вопрос — как выбираться? Нельзя исключать варианта, что Махмуд отдал приказ устроить мне пакости в аэропорту. Саша предлагал взять билет на поезд в столицу соседнего государства, а уж оттуда вылететь в Москву. Я решил рискнуть: вылететь прямо отсюда. Потратился на билет — минус почти 200 долларов. Саша в подавленном состоянии. Он не ожидал такого поворота. И, думается, боится не столько за меня, сколько за себя. Журналист (о нем надо бы рассказать отдельно), наоборот, весел и непринужден. Он сумел угадать с тоном своих заметок, и потому в фаворе у Махмуда. Политтехнологи занимаются своими делами — мы как-то так и не сумели сблизиться. Да и скрытные они. Планы с Сашей обсуждаем в ванной, включив на полную мощность оба крана. Ясно, что в гостинице подслушивание поставлено. Tuesday, May 25th, 2004 Почти через силу пишу о моем бегстве из Кирузбертурстана. Слава Богу, всё кончилось. Хотя и острая горечь от того, что не удалось выправить своё материальное положение. В безопасности я почувствовал себя, когда самолет оторвался от взлетной полосы и взял курс на Москву. Когда проходил таможенный досмотр, пограничный контроль — сердце колотилось бешенно. На таможне могли обнаружить в моём багаже наркотики — что стоило Махмуду отдать на этот счет приказ. Обошлось. А пограничники могли придраться к тому, что я не зарегистрировался по приезде — такой порядок. Но тоже обошлось. И наконец приглашают на посадку. Неужели всё? Всё! Я сел на свое место, достал коньяк, налил в край пластмассовый стаканчик — это граммов 150 — и выпил. Ни в одном глазу. Сосед удивленно на меня покосился. Взлетели. Я расслабился. С соседом разговорился. (Я ему тоже отмерил коньяка). Он местный, юрист. В большой (по курузбетурстанским меркам, конечно) компании. Рассказал о системе взяточничества в стране. До 70 процентов прибыли уходит на взятки. И все они достаются Семье. Президента, естественно. Рэкета нет, он подавлен бандитами Махмуда. Дань собирает сам Махмуд. В политической сфере правит жена президента. Если хочешь получить пост, то идешь на прием к первой леди. Идешь не с пустыми руками — пакет с деньгами и хлеб. Деньги и хлеб берут слуги в приемной и относят первой леди. Если просителю возвращают хлеб — значит просьба остается без удовлетворения. Деньги, естественно, не возвращаются. Пост министра стоит 2 миллиона долларов, пост губернатора — 3-5 миллионов, в зависимости от региона. Хотя иногда губернатором назначают своего человека, исходя из политического расклада и соображений. Если купил пост, то деньги надо постараться отбить за год, потому что могут снять. Надо же расчистить место для следующего взяткодателя. Я спросил соседа: что позвало его в Москву? Ответ меня поразил. — Еду жаловаться. Выяснилось: группа бизнесменов, не самых последних в Кирузбетурстане, затевает нечто вроде заговора. На выборах президента ловить нечего — даже если оппозиции удастся выдвинуть яркого единого кандидата (что маловероятно), даже если кандидат наберет больше половины голосов (что вероятно, учитывая всеобщую ненависть к президенту и Семье и особенно к Махмуду), всё равно результаты будут подтасованы, Махмуд всё держит под контролем, включая Центральную избирательную комиссию. И потому бизнесмены отправили своего посланца в Москву — изложить свои жалобы Путину! Все как в советские времена — тогда тоже единственная надежда найти правду связывалась с Москвой.

Сколько я перевидел гонцов и ходоков в газете. И было их жалко: люди пытались прошибить лбом стену. Я не испытываю теплых чувств к Гдляну, но он многое раскопал в тогдашней системе коррупции. И тогда руководители республик Средней Азии пусть чуть-чуть, но побаивались Москвы. Сегодняшним правителям этих "свободных" государственных образований бояться нечего. Вся власть принадлежит им. И государства в их частном владении. Я посмотрел на соседа: вид у него вроде не наивный. И рассуждает здраво. Неужели он и те, кто его послал, не понимают, что Путин — никакой им не защитник. И даже не потому, что он президент совсем другого государства. А просто в России точно такая же система... В аэропорту встречала жена. По её мрачному лицу понял, что не оправдал надежд. Пока ехали домой, пытался (почему-то в ненавистном мне заискивающем тоне) объяснить, почему пришлось возвращаться раньше срока, да к тому же почти без денег. Молчание. Может, она и права... Оригинал записок: персональный дневник chuverin aka Lermontoff

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!

Скандально известной судье Краснодарского краевого суда Елене Хахалевой велено писать заявление об отставке, заявил в своем очередном видеообращении бывший судья Хостинского районного суда города Сочи Дмитрий Новиков.

СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой

Скандально известной судье Краснодарского краевого суда Елене Хахалевой велено писать заявление об отставке, заявил в своем очередном видеообращении бывший судья Хостинского районного суда города Сочи Дмитрий Новиков.

СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
Комментарии
СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
80 млн долларов на "войну": как раскручивают "майдан" в России
Дочь Ильхама Алиева делала селфи в зале ООН, пока отец говорил о Карабахе
"Выкорчевать заразу": Каспаров поставил России условие
Перепись вассалов: почему Россия отвергла план Трампа
Перепись вассалов: почему Россия отвергла план Трампа
Победила дружба: Узбекистан метит в лидеры региона
США поставили в тупик испытания МБР "Ярс"
Эксперт разгадал загадку "небывалого товарооборота" Украины и США
СМИ сообщили об отставке «золотой судьи» Хахалевой
Российский "Триумф" в армии НАТО
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Потомок Александра II: Путин — сильный и харизматичный лидер
Правнучка "той самой" Матильды готовится потрясти Россию
Потомок Александра II: Путин — сильный и харизматичный лидер
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Прозрение Майдана: мы убили Украину, нужно уезжать
Мадрид в бешенстве: Барселона разыгрывает крымский сценарий
На памятнике Калашникову изобразили "Штурмгевер". Кто виноват?
Власти поставили точку в налоговых разногласиях реновации