Церковь 90-х: эпоха православной романтики

Девяностые годы прошлого века были для Церкви сложным и очень интересным временем. Кто-то оглядывается на них с ностальгией, кто-то — с грустью об утерянных возможностях, кто-то — со злорадством. А что думают по этому поводу люди, непосредственно связанные с Церковью? "Правда.Ру" публикует заметки отца Филиппа Парфенова, священника и блогера.

90-е годы XX-го века… На это десятилетие после горбачевской перестройки пришлась моя активная молодость. И чем дальше, тем чаще приходят на память те годы, когда я сам был и младше, и несколько наивнее. Не только потому, что времена молодости так или иначе бывают по-своему дорогими, о которых всегда бывает что вспомнить, и немало хорошего, но также и потому, что сейчас атмосфера и в Церкви, и в обществе довольно сильно изменилась по сравнению с теми временами.

Воздержусь от однозначных и категоричных оценок и от противопоставления того времени нынешнему. Всякий исторический период несет свой позитив и негатив, светлые и темные стороны. Из любого времени можно извлекать какие-то полезные уроки, учась на ошибках предков или на своих собственных промахах, но также сохраняя все лучшее, что было наработано ранее. В истории русской Церкви 1990-е годы стали поистине уникальными. Их можно называть и характеризовать по-разному, и разброс здесь будет крайне широкий, от позитивных оценок до весьма ироничных и крайне негативных. "Второе крещение Руси", "возвращение к истокам", "восстановление поруганных святынь", "духовное возрождение"… Как много было тогда разных ожиданий и надежд! И сколь многие из них не сбылись…

Эти годы можно в целом назвать периодом романтического неофитства многих хлынувших в церковную среду, романтического православия внутри РПЦ. Тогда казалось, что вот, отстроятся храмы, наладится церковная жизнь, умножится количество разных общин со священниками и — заживем! Плюс попытки ухода от действительности с идеализацией дореволюционной синодальной Руси, или допетровской, или Византии с ее симфонией церковной и государственной власти, и вольные или невольные проекции этого прошлого, во многом воображенного и придуманного, на современность.

Тому, конечно, поспособствовала сама советская эпоха с ее идеологическим диктатом, от которой много думающих людей уже тогда окончательно отреклись. Но чтобы отречься, надо было что-то ей противопоставить, и вот многие с ностальгией и романтикой обращались в прошлое, во многом его себе придумывая.

Читайте также: Крестная слава — праздник "малой церкви"

Пора неофитства, впрочем, имеет свои положительные стороны. Тогда в душе человека действует то, что в богословии принято называть "призывающей благодатью", которая дает силы, вдохновение, радость, ревность и усердие в первые годы церковной жизни. Когда все вокруг кажется прекрасным, и в голову не приходит, что вокруг тебя, да и внутри тебя самого, еще предстоит преодолевать немало проблем и обходить множество подводных камней или течений. В эту пору многие склонны смотреть вокруг через розовые очки.

Но потом эта первая призывающая благодать отходит, неизбежно оставляя человека одного, с самим собой. Человек как бы испытывается, на что он способен сам и насколько он постоянен. И тогда есть риск сменить розовые очки на черные, впав в противоположную крайность. Или пуститься снова во все тяжкие, как было до церковной жизни. Или заняться кипучей внешней деятельностью — строительной, организационной, административной и прочей.

Получается, что на массовом церковно-общественном уровне 1990-е годы были вдохновляемы этой "призывающей благодатью", а 2000-е стали периодом испытания при богооставленности. Но прежде чем затронуть тему 90-х годов, надо уделить внимание и предшествующему периоду, то есть перестройке 1980-х! Именно оттуда начинается православный романтизм в своем чистом и благородном порыве.

Время было интересное. Часть молодежи из интеллигенции, и довольно немалая, тянулась к православным храмам, но никакой литературы, даже Нового Завета или Четвероевангелия, тогда нигде нельзя было найти. И очень многое определялось и формировалось при личном общении с кем-то из верующих или священнослужителей, которые к тому времени имели определенный стаж церковности. От них можно было иной раз получить какие-то дореволюционные издания Святых Отцов, по большей части в виде переплетенных ксерокопий, или даже зарубежные книги современных богословов, включая "парижскую школу". Но также можно было написать заграницу в любое известное зарубежное издательство — YMCA-Press, "Жизнь с Богом", в Джорданвилль, братству Иова Почаевского в Мюнхене и т. д. Например: "Очень просим вас, если есть такая возможность, выслать нам… (далее могли перечисляться конкретные книги в списке), поскольку желаем приобщиться к православию, но испытываем трудности, голод с духовной литературой".

Читайте также: Храм Христа Спасителя — чему завидует сатана?

И — высылали, конкретным людям, на частные адреса! Причем иногда солидными посылками по несколько килограммов. И из Брюсселя, и из Парижа, и из американского Джорданвилля, в 1988–1989 годы, отлично помню. Осенью 89-го я прочел "Сына Человеческого" отца Александра Меня, книгу, присланную в одной из таких посылок, которая сделала во мне внутренний переворот, хотя до того уже было прочитано кое-что из Бердяева, из протестантских проповедников типа Джоша Макдауэлла. А на витрине лавки Троице-Сергиевой Лавры летом 1990 года сам видел, что из книг можно было найти только Канонник за 40 советских рублей (в то время — размер студенческой стипендии, на которую можно было целый месяц питаться в студенческой столовой или же тратить ее на карманные расходы), и Октоих за 100 рублей — патриархийные издания.

К тысячелетию Крещения Руси, впрочем, выпустили Библию Синодального издания в хорошей обложке, которую можно было приобрести, имея связи в церковной среде, за совсем уж "пустяковую" цену, 35 рублей, и Молитвослов в твердой обложке за пять рублей. Разумеется, тираж и Библии, и Молитвослова был каплей в море, моментально растворившейся и нисколько не утолившей духовную жажду подавляющего большинства желавших. На черном рынке та патриархийная Библия продавалась уже за 150-200 рублей. В 1991 году, например, в Литве был издан том "Путей русского богословия" протоиерея Георгия Флоровского, распространявшийся уже по вполне доступной цене — рублей 15, кажется. Это уже было настоящим прорывом. В лаврской лавке в тот год можно было увидеть "Цветник духовный", "Луг духовный", а к концу года "Душеполезные поучения" аввы Дорофея подоспели.

А еще была выпущена скромненькая брошюрка отца Александра Меня "Мир Библии" вскоре после его гибели 9 сентября 1990 года, но в церковных лавках она не распространялась, как и все последующие его издания. При своей жизни ни одной книги, напечатанной в России, отцу Александру увидеть не пришлось… Ну, а до того, в общем, никакой литературы в России не было, и практически все зависело в твоем личном духовном формировании от того, с кем поведешься и за кем последуешь.

Впрочем, и сейчас во многом то же самое, но все-таки есть масса разной литературы, да еще и доступной теперь в интернете — только читай, изучай и делай выводы, не теряя головы. Но многие подводные камни бытовой церковности, которые существуют сегодня, тогда еще не были актуальны. Священнослужители, которые были рукоположены в советское время, в целом были людьми другой формации, воспитанными в период если не явных гонений, то запретов на открытую деятельность, ну и по-своему более закаленными, здравомыслящими и твердыми в своем сделанном выборе (хотя и с ними было не всегда все просто — и формальных ремесленников, и доносчиков там было вполне достаточно).

Читайте также: Отец Александр Мень: принять трудный вызов

А вот в 90-х начались массовые открытия храмов и, соответственно, рукоположения многих людей в священный сан без всякого образования; главное, чтобы человек знал элементарные азы богослужения и подходил по внешним минимальным критериям (женат одним браком, возраст 20 лет или больше, по-славянски читать умеет, выглядит благочестивым и не более того). Ну и пошли всякие младостарцы и "чудотворцы"… О которых пришлось забить тревогу на высшем церковном уровне в соответствующем постановлении священного Синода в декабре 1998 года ("Об участившихся в последнее время случаях злоупотребления некоторыми пастырями вверенной им от Бога властью "вязать и решить" (Мф.18,18)").

Но, конечно, возникновение самого младостарчества было обусловлено духом любоначалия и клерикализма, который запросто могли проявлять священнослужители, старшие по званию и сану, включая архиереев. В условиях неограниченной свободы для церкви клерикализм и процвел.

продолжение следует

Читайте самое интересное в рубрике "Религия"

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках, Google+...

Комментарии
ПИК открывает продажи в "Жулебино парк"
Бронзового призера Олимпиады в Сочи зарезали в Казахстане
Что даст референдум в Донбассе, а потом и в Крыму
Что даст референдум в Донбассе, а потом и в Крыму
"Лучше, чем супер": Лавров рассекретил приватную беседу президентов
Меланью Трамп перемкнуло от рукопожатия Путина
Китайский слон затопчет Россию?
Черчесов рассказал о самом лучшем матче на ЧМ
Что даст референдум в Донбассе, а потом и в Крыму
Что даст референдум в Донбассе, а потом и в Крыму
Путин заявил о риске войны с Украиной в Донбассе
МОК объявил о готовности принять Россию обратно
Что даст референдум в Донбассе, а потом и в Крыму
Меланью Трамп перемкнуло от рукопожатия Путина
Меланью Трамп перемкнуло от рукопожатия Путина
Как война пограничников влияет на отдых на Азовском море
Меланью Трамп перемкнуло от рукопожатия Путина
Меланью Трамп перемкнуло от рукопожатия Путина
МОК объявил о готовности принять Россию обратно
Меланью Трамп перемкнуло от рукопожатия Путина
МОК объявил о готовности принять Россию обратно

Форматная встреча президентов России Владимира Путина и США Дональда Трампа вызвала прямо-таки мировой ажиотаж. Как и о чем президенты США и России договорились в Хельсинки? Почему в Иране надеялись и радовались этой встрече, но и боялись возможных соглашений? На эти и другие вопросы видеостудии "Правды.Ру" ответил известный журналист, публицист Аббас Джума.

Каких соглашений США с Россией боятся в Иране?