Бюджетно-финансовые гадания не сбываются

Бюджетно-финансовые гадания не сбываются. экономика России, падения рубля, цены на нефть

Относительно приоритетов развития экономики России в 2015 году правительственные чиновники говорили неделю назад на "Гайдаровском форуме". Прозвучали ли какие-то предложения по преодолению кризиса, развитию экономики в условиях санкций и низких нефтяных цен, в эфире Pravda.Ru рассказал завкафедрой государственного регулирования экономики РАНХиГС и директор Института реформирования общественных финансов Владимир Климанов.

-  Владимир Викторович, "Гайдаровский форум" в этом году открыл российский премьер-министр Дмитрий Медведев. Его выступление сразу многие раскритиковали за то, что никаких определенных векторов развития экономики он не обозначил, а сказал уже давно очевидное, что сырьевая экономика себя исчерпала. Как вы оцениваете выступление премьера? 

- Я увидел и много позитивного в этой речи. В частности, впервые было четко и жестко сказано, от чего правительство не будет отходить ни при каких условиях. Это - сохранение обязательств в международной сфере, курс национальной валюты, сохранение социальных обязательств и другие вещи, которых правительство будет придерживаться и дальше.

Подтверждение этому было необходимо, потому что сейчас иногда можно слышать мнение, что нужно в силу каких-то обстоятельств отказаться от того, что мы сделали в последнее время, и перейти к чему-то другому. Нет! Вот это было заявлено достаточно четко, ясно и твердо.

Кроме того, была высказана позитивная идея о том, что нужно быть готовым к тяжелым временам. Мне кажется, это очень оправданные вещи, потому что если мы вспомним недалекую историю с кризисом 2009-2010 годов, то как раз в конце 2008 мы совсем не были готовы к кризису. У нас был излишний оптимизм, мы тогда вошли в кризис совершенно неподготовленными. 

- Но, тем не менее, мы пережили его, мне кажется, достаточно спокойно. Это за счет того, что цена на нефть не была настолько низкой, как сегодня? 

- Действительно, мы пережили его более-менее так спокойно, хотя в 2009 году напряженность, кризисность на предприятиях госсектора чувствовалась. Сокращения работающих были, бюджет резался... Мы его чувствовали, просто мы быстро от него отошли. Действительно, цена на нефть во многом определяет сейчас наше экономическое благополучие.

Сейчас во многом гораздо более неблагоприятная именно внешняя ситуация. Помимо цены на нефть, это Греф обозначил, еще есть и собственно сам структурный кризис, который еще, наверное, не кончился с предыдущей своей волны. А вдобавок ко всему - санкции со стороны Запада. 

Вот как минимум три больших причины, которые так резко повлияли и на неблагополучное положение национальной валюты, и на неопределенность перспектив. Мне кажется, это является сейчас основанием для предпринимаемых правительством действий. Я еще услышал в речи нашего премьер-министра озабоченность необходимостью корректировки бюджетного правила.

Здесь ситуация действительно не очень приятная для правительства и депутатов. Потому что мы долго вырабатывали определенные правила игры по работе с нашими бюджетными средствами, мы их вот приняли. Никто не думал, что цена на нефть так быстро и резко скатится вниз, что бюджет надо будет срочно и резко пересматривать. 

Фактически мы сами себе дали жесткие ограничения, которые не можем выполнить в условиях кризиса. Поэтому в речах других представителей правительства, в частности министра финансов, четко прозвучала идея, что в ближайшее время федеральный бюджет должен быть пересмотрен в сторону снижения.

Дальше на нескольких сессиях шла дискуссия о том, как правильнее и корректнее это сделать. Прозвучала идея о том, что нужно его сократить на 1 триллион рублей. Он принят в размере 15 триллионов рублей на 2015 год, то есть сумма достаточно существенная. При этом было сказано, что мы не можем трогать расходы на национальную оборону, публичные расходные обязательства, социальные обязательства. Остается очень маленькое поле для маневра. 

- За счет чего тогда сокращать, если оборону и социалку не трогать? 

- Это обсуждалась на специальной сессии, где были представители минфина, глава Счетной палаты и глава бюджетного комитета Госдумы Андрей Макаров. Он сказал, что, по его оценкам, только около четверти расходных статей бюджета могут подвергнуться сокращению. Печально, что сейчас мы опять вползаем в ситуацию, когда не можем реализовать долгосрочные инвестиционные проекты, будет расти доля недостроя. Это тоже на дискуссии отмечалось. Скорее всего, сократятся расходы на разные отрасли, связанные с той же инвестиционной составляющей, не обозначенные приоритетными. 

Была дискуссия о роли культуры. Опять был сделан упрек почему-то от деятелей культуры в сторону финансово-экономического блока правительства. Мне кажется, он не совсем по адресу, потому что минфин распределяет уже средства так, как они предписаны. Определение такого политического консенсуса, куда нам нужно приоритетно расходы свои направить, а куда - нет, это другой уровень принятия решений. Но расходы на культуру и так малы. Если их еще сократят, конечно, тут можно только посочувствовать и всей стране в целом, и тем деятелям культуры, которые с этим связаны.

- Давно предлагают развивать малый и средний бизнес, который может социальные и культурные вопросы тоже решать. Но малый и средний бизнес, как известно, не в большом почете у правительства. Что-то говорилось на эту тему? 

- Мне кажется, что в целом тематика малого бизнеса отошла на задний план в силу просто давления макроэкономических факторов. Кто-то даже высказал идею, что то, что плохо для экономики страны в целом, хорошо для экономистов, поскольку появилось такое огромное поле для анализа.

И мы действительно можем сейчас предлагать разные рецепты, что делать с курсом национальной валюты, с бюджетом, как выживать в условиях импортозамещения, какова должна быть роль государства. На этот счет были специальные панели, а вот малый бизнес в ситуации мегавопросов пропал. 

- Медведев заявил, что наша страна остается открытой, мы продолжаем выплачивать все внешние долги, продолжаем работать, можно сказать, в одну сторону. Вы считаете это правильным? Сейчас звучат предложения объявить форс-мажор, не выплачивать по внешним долгам. Все-таки мы находимся под санкциями, действия наших компаний ограничены на финансовом и товарном рынках. 

- Там были и обратные предложения со стороны нашего премьер-министра, в частности, он упоминал правовые аспекты. Это называется ковенантой, которая закладывается в договоры, заключаемые между странами в части финансовых обязательств. Как раз условие, которое заложено в один из наших договоров с Украиной, оказалось Украиной не выполнено. Премьер-министр сказал, что мы должны сейчас предъявить дополнительные требования к Украине по погашению обязательств. В то же время мы готовы выполнять наши внешние обязательства. 

У Российской Федерации объем внешнего долга совсем незначительный. Он не пугающ, как во многих других странах мира, прежде всего, в развитых - США, в Японии, в странах Южной Европы, в той же Греции, которая не может справиться с этими обязательствами.

Другое дело, что нигде не подчеркивалось, что есть обязательства в валюте и у российских компаний. И здесь может быть неприятная ситуация. На дискуссиях обсуждали, смогут ли предприятия, которые ориентированы на работу с валютными средствами на внешних рынках, справиться со своими обязательствами. 

- Вы согласны, что антикризисная политика Центробанка верна и принятые действия правильны? 

- Нельзя полностью согласиться с тем, что политика была правильной. Действия, которые предпринимал Центральный банк действительно должны были быть произведены. Но мне кажется, что они не должны были быть сделаны таким образом. В середине декабря вдруг ночью на каком-то оперативном совещании Центральный банк так резко меняет один из важнейших макроэкономических параметров для развития страны, как ключевая ставка, это действительно может вызывать вопросы. Ведь нигде ранее, ни в каких основополагающих документах это не обозначалось. У нас основные направления денежно-кредитной политики принимаются на три года. Вот хаотичность в принятии решений, конечно, вызывает справедливую критику. 

Кредитные ставки очень высоки. Это будет сдерживать развитие экономики страны, тем более в условиях экономического спада. Это - справедливый упрек Центробанку. Ему нужно найти необходимый баланс удержания курса национальной валюты и кредитных ставок, чтобы кредитные ресурсы были доступны бизнесу.

Мне кажется, что дальнейшее повышение ставки рефинансирования, ключевой ставки - нецелесообразно. Два заместителя председателя Центробанка высказывались на этот счет на пленарных заседаниях. Я не услышал их позиции, непонятно, каким-то образом это будет рассматривается и что будет происходить в ближайшее время. 

- Бывший глава минэкономразвития Андрей Белоусов заявил, что рубль стабилизировался и больше не будет никаких сотрясений. По вашему мнению, действительно ли это так? Что нас ждет в ближайшее время? 

- Безусловно, самый животрепещущий вопрос: какова будет ситуация с ценами, с курсом национальной валюты. Но здесь, как и с ценой на нефть, про которую любят порассуждать все, мы приходим фактически не к прогнозу, а к гаданию. Можно посмотреть вполне солидные прогнозы, которые делались любыми агентствами и отдельными экономистами год назад. Никто не мог предсказать ситуацию конца 2014 года. Поэтому сейчас говорить о том, что курс валюты стабилизировался и больше падать не будет - это одно из мнений. Оно может сбыться, может нет. 

Но мне тоже кажется, что все-таки макроэкономических причин для дальнейшего падения рубля действительно нет. Хотя бы в силу того, что цена падения нефти уже близка к исчерпанию, вряд ли она сильно упадет дальше. Соответственно, вряд ли это произойдет с курсом национальной валюты и с ценами.

Говорили, кстати, что все действия по удержанию инфляции в заданных рамках - таргетирование инфляции, на что была нацелена политика Центрального банка в последнее время, существенного результата не принесли. Эта задача оказалась невыполненной. Инфляция даже официально превысила 11 процентов в прошлом году. Это гораздо больше, чем в предыдущие несколько лет. Мы все реально чувствуем, что даже больше. Статистический учет, видимо, не все отражает. 

- Уже полгода обсуждается проблема импортозамещения, что нам санкции дают шанс для развития собственного реального сектора. Прошел большой форум, на котором собрались крупные деятели. Но никакого конкретного плана действий представлено не было. Получилось, что собрались, поговорили о том, что что-то где-то надо сокращать, а серьезных предложений как не было, так и нет. Поговорили и разошлись. Когда будут реальный план, программы? 

- Соглашусь, что нам не хватает сейчас документов, нацеленных на будущее, притом не только на краткосрочное, но и на более удаленный период. В прошлом году мы приняли федеральный закон о стратегическом планировании в Российской Федерации. Смешно это или нет, но у нас нет реальной стратегии социально-экономического развития страны на долгосрочный период. Прежняя концепция была принята в конце 2008 года, когда ситуация была совершенно иной. Мы уже пережили спад и восстановительный подъем, этап стагнации, а теперь - новый кризис. У нас стратегия уже явно устарела давным-давно. 

То же самое касается вопросов, связанных с бюджетом. Мы зачем-то очень детально прорабатываем трехлетний бюджет, по статьям все расписываем на весь плановый период - на второй и третий годы финансового планирования, но это не сбывается буквально в первый год его исполнения.

Наверное, стоит уделить больше внимания просто определению каких-то приоритетов в расходах и доходной части бюджета. Отсутствие ряда документов такого рода вызывает опасения у всех. Некоторая растерянность свойственна сейчас всем - бизнесу, экспертам, политикам... Даже комментарии в средствах массовой информации представители правительства в последнее время давали совсем неохотно. 

Действительно, ситуация с курсом национальной валюты никем предсказана не была. Цена на нефть падала, и нужно было предпринимать какие-то действия, а готовых решений ни у кого в кармане не было - тоже понятно. Эта растерянность передается и бизнесу, и гражданам. Нужно, чтобы более внятно и четко были определены позиции. Это - правильно.

Поэтому все-таки я рад, что услышал в выступлениях руководителей правительства хотя бы часть ответов на те вопросы, которые хотелось бы получить. Все-таки жесткая, достаточно определенная позиция правительства - следование курсу, который был намечен ранее. Выработка решений безусловно нужна.

Мне кажется, сейчас наступил этап, когда мы должны всерьез проработать новую рецептуру, определить состояние нашей экономики на ближайшую перспективу. И на далекую - тоже. 

Беседовала Мария Сныткова

Читайте также: 

Борис Хейфец: Центробанк должен поставить банки на место, другого пути нет

Рустам Танкаев: Идет разворот нефтяных цен в сторону повышения

Вадим Горшенин: Падение рубля может сменить власти в ряде республик бывшего СССР

Россия входит в мировой кризис в неплохой форме

Россию ждет новая "шоковая терапия"? - Прямой эфир Pravda.Ru

Подготовил Юрий Кондратьев

Темы

Россию ждёт новая "шоковая терапия"?
Комментарии
Комментарии

Газета The New York Times получила черновой вариант письма американских дипломатов в государственный департамент США, в котором они резко критикуют политику страны на Ближнем Востоке и призывают нанести военные удары по позициям сирийских правительственных сил. Что это, подготовка общества к горячей войне или психологический акт устрашения России?

Вашингтон решился на войну с Россией?

Временами Европа пытается показать свою "обеспокоенность судьбой Украины" и сохранением транзита российского газа через ее территорию. Но газ, подаваемый через "Северный поток", обойдется для европейцев дешевле. Поэтому "Газпром" сворачивает газопроводную сеть по направлению к украинской границе с молчаливого согласия всех серьезных "игроков".

Россия перекроет Украине газ