Эксперт: профориентация наших детей оставляет желать

Доступное высшее и среднее профессиональное образование может стать мощным драйвером развития экономики России. Оно способно вывести Россию на уровень крупнейших экономик мира. Нынешнее же состояние такого образования скорее несет вред, а реформы только усугубляют это. Об этом в видеостудии "Правды.Ру" заявила глава Национального родительского комитета Ирина Волынец.


Образование в России: бизнес, услуга или роскошь

Читайте начало интервью:

Мнение: сокращая бюджетные места в вузах, Россия теряет свою молодежь

— Ирина Владимировна, в школах не всем ученикам дают возможность перейти в десятый класс, и поступить в учебное заведение типа колледжа тоже могут далеко далеко не все. Как, на ваш взгляд, обстоят дела в этом отношении?

— Да, это все так, хотя Конституция гарантирует каждому возможность получения общего бесплатного образования. При этом колледж в будущем совершенно не дает выпускнику возможности трудоустроиться, потому что у нас нет планирования при обучении наших детей.

В Советском Союзе вообще была великолепная система образования и распределения — плановое образование, когда государство рассчитывало, каких специалистов, сколько нужно, в какой сфере. Шел студент, обучался. Он понимал, что после вуза его распределят на работу по полученной специальности.

У нас сегодня нет распределения ни после вуза, ни после колледжа. Более того, что делать тем детям, которые не определились с профессией? Идти куда-то в какой-то колледж, лишь бы идти? А если, например, сразу два момента: и ребенок не определился, и при этом у родителей нет денег, — то куда идти после девятого класса?…

Ему (ей) уже 16 лет, время идет. Вот у меня старшая дочь в этом году закончила девятый класс. Ее в десятый класс берут, но других не взяли. Куда может пойти работать подросток, молодой человек или девушка в возрасте 16 лет без полного общего образования, без профессии, безо всякого опыта? Куда они пойдут? Их же практически никуда не возьмут! Уже просто потому, что они ничего еще не знают и не могут делать.

— Но есть же какие-то уроки по знакомству с профессиями и возможности выбора будущей специальности. В советское время это было хорошо отлажено. А как сейчас? Есть ли какие-то производственные комбинаты, уроки профориентации, чтобы ученик мог сориентироваться, понять, что ему интересно?

— Я успела поучиться в Советском Союзе и проходила эту систему УПК (учебно-производственный комбинат). Хотя нас, возможно, уже не профориентировали, как это было раньше. Но каждый из нас мог не по результатам теста, а по велению сердца выбрать какое-то направление, для того чтобы просто приобрести специальность, которая уже в принципе может прокормить человека в течение всей жизни.

Другой вопрос, что мало, конечно, кто остался только с этим образованием. Почти все стали искать себя дальше: получать высшее образование либо поступать в какие-то среднетехнические заведения. Но научиться, например, шить или печатать на машинке могли все. А без этого сейчас в принципе вообще трудно представить человека.

Я пошла в медицину и получила удостоверение, что я медсестра-массажистка. И в крайнем случае я всегда могла бы пойти по этому направлению и не осталась бы без куска хлеба. Сегодня школы, к сожалению, такой возможности нашим детям не дают. Хотя ученики что-то делают на уроках труда. Сейчас это называется "технология". Но это, конечно, даже близко не похоже на то, что было еще совсем недавно.

— Возобновление профориентации могло бы существенно помочь молодому человеку с выбором дальнейшего будущего. Тем более, что сейчас с использованием нынешних обычных технологий это можно сделать уже на более высоком уровне. Можно ли сейчас это возродить, на ваш взгляд? Есть ли какие-то предложения на этот счет?

— Конечно, можно все это сделать, была бы только политическая воля. Конечно, это не только можно, но и нужно. Сегодня в школе есть такой предмет, как информатика, где, по идее, дети должны изучать и языки программирования, все эти основы. Но в большинстве школ это преподносится в таком виде, что у детей возникает отвращение к этому предмету.

Даже в профильных вузах зачастую изучают устаревшие языки программирования, потому что эта сфера стремительно развивается и требует моментального реагирования. Хорошим айтишником может стать даже школьник, есть ребята, которым 15-16 лет, а они без всякого образования зарабатывают этим уже в десять раз больше, чем родители. Но здесь нужно иметь особые склонности. Конечно, нельзя обучить этому всех.

Сегодня профориентацией занимаются школьные психологи. Но когда у нас всего один психолог на школу, а в некоторых школах психологов нет вообще, потому что ставки смешные, что на эту зарплату вряд ли пойдет какой-то квалифицированный человек. Поэтому сегодня все это носит скорее декларативный, номинальный характер.

Пока что, если родители сами не занимаются профориентированием своих детей, то получается так, что у нас дети начинают верить в мечты, которые навязывает социум, средства массовой информации. И это далеко не всегда то, что действительно нужно делать этому ребенку по его призванию, либо то, что будет востребовано в будущем.

И сейчас все, в том числе рынок труда, меняется очень быстро. Поэтому нужно смотреть как минимум на пять лет вперед, потому что столько времени уйдет на получение высшего образования, а если ребенок еще учится в школе, то надо добавить еще и эти годы. И здесь, конечно, крайне важно соблюсти золотой баланс между предназначением ребенка и тем, чтобы это было нужно рынку.

Беседовала Лада Коротун

К публикации подготовил Юрий Кондратьев

Домашнее