Ингушетия: Финансированию терроризма из-за рубежа пришел конец

Программа "Клуб главного редактора" побывала в представительстве Ингушетии, красивейшей республики с "не туристической" репутацией. Главный редактор Pravda.Ru Инна Новикова побеседовала с главой республики Юнус-Беком Евкуровым о том, как решилась проблема терроризма, и о том, как навсегда подорвать его корни в регионе, особенно среди молодежи.


Юнус-бек Евкуров рассказал правду об Ингушетии

Вы возглавили республику в очень тяжелое время, когда регион буквально захлестнула волна терроризма. За достаточно короткое время вам удалось добиться перелома, сейчас в Ингушетии спокойно. Как удалось этого достичь?

— В первую очередь это заслуга всех органов правопорядка и Федеральной службы безопасности, именно они отвечают за борьбу с терроризмом. Без взаимодействия ФСБ, МВД, Следственного комитета, прокуратуры добиться результата было бы невозможно.

Сыграло роль и то, что ингушскому обществу все это надоело — люди устали. Я помню времена, когда были ежедневные обстрелы, постоянные теракты, похороны. Республика у нас небольшая, все друг друга знают, так что, если на одном краю Ингушетии что-то случается, через полчаса на другом краю об этом становится известно.

В конце концов люди пошли на диалог с властью, с органами правопорядка. Уже в 2010 году в 80 процентах случаев преступления в республике раскрывались благодаря информации, полученной непосредственно от населения.

Когда я встал во главе республики, у людей не было возможности достучаться до власти. Люди просто боялись это делать: ты сегодня позвонишь, сообщишь информацию, а завтра уже окажешься в поле зрения тех же бандитов — они по своим каналам обязательно узнают, кто, куда и зачем звонил. Совместно с ФСБ мы внедрили абсолютно надежную систему, благодаря которой люди теперь помогают власти в наведении порядка, не опасаясь за собственную жизнь.

— Это анонимная информация?

— Да. И когда мы это сделали, пошел шквал звонков, поначалу мы даже не успевали все обрабатывать. В общем, обстановку в республике в лучшую сторону помогли переломить перестройка работы органов власти, правопорядка и активное взаимодействие с местным населением.

Не секрет, что террористы, хорошо финансировалась, и эта финансовая помощь активно шла из-за рубежа. Это продолжается и сегодня, или что-то поменялось?

Те, кто пока еще остались на свободе, по-прежнему отчасти "кормятся" на стороне. Но есть факты, которые показывают, что и у нас в стране существуют некие бизнес-структуры, под прикрытием которых идет финансирование бандитов.

Если говорить о финансовых потоках из-за границы, — того, что было раньше, уже нет. Действует система, которая позволяет органам правопорядка отслеживать даже небольшие суммы, которые из-за границы ингуши перечисляют родственникам. Мониторинг ведется по разным направлениям, особенно если деньги поступают в нашу республику из Турции. У нас есть целый список адресов, мы официально проверяем и перепроверяем этих людей и прекрасно понимаем, где бандитский след, а где честный заработок. В целом же, по оперативной информации, остающиеся пока бандиты ощущают серьезную нехватку финансовых средств. Это первое.

И второе — сейчас у них стало значительно меньше возможностей для вербовки молодежи. Подавляющая ее часть уже не поддается на их посулы, потому что видит: рано или поздно, но за содеянное последует неизбежное наказание.

Другое дело, что молодежь должна чем-то заниматься, выплескивать свою энергию. А когда в селе, в котором живут 25 тысяч человек, кроме школы, мечети и медресе при ней, где учат Коран, ничего больше нет, — очень тяжело родителям постоянно удерживать своих детей в поле зрения.

В каждом таком населенном пункте (и над этим мы работаем вместе с федеральным Министерством культуры) должен быть хороший Центр культурного развития. Первый такой мы у себя уже построили. В таких селах должны быть и спортивные объекты. Мы стараемся, чтобы в наших школах были организованы дополнительные внеклассные занятия, секции, кружки. Мы должны дать возможность юному поколению занять себя чем-то полезным и интересным. Не сделаем этого, не займем — придет беда. Раньше это были наркомания, бандитизм. Сегодня — терроризм.

Сейчас часто можно услышать, что в террористы молодежь идет потому, что не может найти работу. А статистика между тем показывает, что 70-80 процентов уничтоженных, задержанных бандитов и тех, кто пока находятся в розыске, были совсем не безработными. Один из задержанных нами террористов, например, легально зарабатывал 60 тысяч рублей в месяц. Ему-то чего еще не хватало? Его уже один раз привлекли, предупреждали — остановись, одумайся, иначе пропадешь. Нет, он все равно взялся за старое.

Ярко выраженных идеологических противоречий, которые могли бы вылиться в вооруженное противостояния, в Ингушетии сегодня нет. Есть между тем определенные богословско-религиозные противоречия, по которым священнослужители никак не могут между собой договориться. И именно в этом я вижу наибольшую опасность. Потому что под влиянием этих споров молодежь начинает сомневаться, качаться вправо-влево. Но я думаю, что в скором времени мы исправим ситуацию и здесь.

В целом же в Ингушетии сейчас нет каких-то своих ярких "игиловских" идеологов. Опять же статистика свидетельствует о том, что большинство из тех, кто отправился в Сирию и симпатизируют ИГИЛ (запрещена в РФ), попались "на крючок" в интернете, в социальных сетях, а не у нас "на земле".

— Властям Ингушетии удалось не только обуздать террор. В прошлогоднем всероссийском рейтинге управления по итогам 2015 года ваш регион занял 11 место из 80 регионов. Это очень высокий показатель.

— В первой "двадцатке" мы находимся уже с 2013 года. Результат хороший, если учитывать, в каком состоянии пребывала республика еще в первые годы этого века. Это итог многолетней кропотливой работы: мы постоянно стараемся совершенствовать наши процессы управления, организации, планирования и контроля. В этом мне, конечно, помогает прошлый военный опыт. Академия Генерального штаба, которую я окончил, хорошо всему этому учит. "Верхний эшелон" нашей власти я держу на постоянном личном контроле, поэтому у нас не бывает особых сбоев с исполнением поручений. И второе — это надежная и слаженная команда, которая сегодня работает.

По темпам роста частных инвестиций Ингушетия сегодня находится в десятке лучших российских регионов. Нам удалось "заманить" в республику своих предпринимателей, от них мы рассчитываем на 15-17 миллиардов частных инвестиций. Довольно крупные проекты сегодня осуществляются не только в агропромышленной сфере, но и в других сферах промышленного комплекса. Подтягиваются к нам зарубежные инвесторы из Израиля, Италии, Китая. Надо опять же понимать: сложно говорить о резком подъеме экономики в регионе, население которого менее миллиона человек. Мы стараемся интегрироваться в экономику других регионов, чтобы наша продукция расходилась в них, а их продукция, в свою очередь, поступала к нам. Работа эта непростая, но результат налицо: наш валовой продукт в прошлом году составил 57 миллиардов рублей. В 2009 году он был 19 миллиардов.

Ингушетия — благодатный, красивейший край, там очень много исторических памятников, достопримечательностей. Самое время развивать туризм, тем более, что сейчас в нашей стране этому уделяется особое внимание.

— Потенциально Ингушетия — это настоящий туристический рай: горы, воздух, озера, водопады, огромное количество памятников архитектуры, мощные башенные комплексы, которые не оставляют равнодушным ни одного туриста. Но исторически она никогда не была туристическим направлением. Мы сегодня работаем над этим.

Конечно, в свое время мы очень серьезно отпугнули потенциальных туристов, и сейчас их нужно приучить к тому, что в Ингушетии совершенно безопасно. Это сделать очень сложно, но мы работаем. Здесь большое подспорье — полпредство Северо-Кавказского федерального округа, создающее определенные площадки, на которых оно показывает наш Кавказ с совершенно другой стороны.

Недавно я проводил здесь совещание с предпринимателями по вопросам развития туризма. В первую очередь нам следует заняться созданием туристических зон для своих жителей. Пока наши жители не начнут ездить, и гости приезжать не будут.

Сегодня уже многие выезжают, например, в лечебно-оздоровительный комплекс "Джейрах", причем в любое время года, отдыхают там с ночевкой. В прошлом году Джейрахский район посетили более 30 тысяч человек — рекордная цифра. А ведь буквально четыре года назад туда приезжали только по делам, не было ни одного туриста. В этом году прогнозируем еще больше.

Конечно, надо развивать инфраструктуру, семейный туризм. Есть уже проекты, есть реклама, и я уверен, что турпоток мы нарастим.

Надо еще помнить о том, что Ингушетия — единственный регион в стране, кроме Кисловодска, где в среднегорье еще в советские времена построили два крытых один открытый бассейны, с трамплином для прыжков в воду для сборов наших спортивных команд. Это мощный оздоровительный комплекс, приспособленный и для тренировок. Есть горнолыжная трасса.

Словом, есть все условия для того, чтобы мы быстро нарастили турпоток. Тем более, что мы видим: интерес к нашей республике у россиян просыпается. Туристы, приезжающие в Ставрополь, Ставропольский край, Минеральные Воды, Кисловодск, Ессентуки, уже покупают туры и с интересом едут в автобусные экскурсии в Ингушетию, Осетию, Чечню, Дагестан. Огромное количество туристов приезжает на автобусах.

Вы человек религиозный и недавно высказались за реформу в муфтияте. Чем вызвано это ваше решение, и о каких реформах идет речь?

— Я не приемлю в религии фанатизма. Он приводит к большим проблемам. Я верующий, богобоязненный человек. Я глава республики и знаю, за что с меня спросится. Конечно, пытаюсь не совершать грехи, хотя безгрешных не бывает.

Открытого противостояния между республиканской властью и Духовным центром мусульман республики Ингушетия нет. Но когда мы смотрим на обязательства государства и данной общественной организации, мы видим, что она далеко не всегда их выполняет и к тому же втягивает в свои внутренние проблемы население.

Моя точка зрения на происходящее следующая: Духовный центр мусульман — это общественная организация, которая, среди прочего, отвечает за духовно-нравственное воспитание подрастающего поколения. И если мы видим, что работа эта недостаточно эффективная, что у части молодежи нет ясного понимания происходящего в мусульманском мире, мы расцениваем это как недоработку и общества в целом, и данной общественной организации в частности.

К сожалению, на все наши вопросы, почему дела обстоят подобным образом, мы ни разу не получили ответа. Духовный центр мусульман Ингушетии либо демонстрирует свое полное недопонимание складывающейся ситуации, либо откровенное нежелание что-либо предпринимать.

В общем, когда мы увидели, что вот-вот пройдет точка невозврата, было предложено не ликвидировать организацию как таковую, а провести внутри нее реформу, избрать новое руководство, посадить все спорящие стороны на общий стол, не выделяя ни черных, ни белых, ни красных, ни синих, и повести общий разговор. Тем более, что в обязанности любого священнослужителя Всевышний вменил общение с любыми людьми, даже с теми, кто не согласен с его точкой зрения. Врачи нужны больным, а не здоровым: если врач будет избегать больных и говорить, что с больными он общаться не будет, зачем он вообще нужен?

И когда я слышу в ответ от некоторых представителей Духовного центра, что они с "этими людьми" общаться не будут, я говорю: зачем тогда вы нужны, если общаетесь только с теми, кто вам нужен, с теми, кто с вами согласен?

Поэтому было принято решение, по предложению ряда священнослужителей, что такую общественную организацию лучше вообще ликвидировать, если ее так называемый руководитель сам не согласится сложить с себя полномочия. Лучше создать другую, которая при необходимости сама предложит основать новый духовный центр управления мусульманами республики.

— Ингушетия — единственный регион в России, где нет отказных детей. Это следствие особенностей ингушского национального характера?

— Это не только мы, но и Чечня, и Дагестан, и Осетия… Если брать коренное население, я вообще сомневаюсь, что в среде кавказцев есть отказные дети. У нас очень сильны традиции, обычаи, сильные, корни. Все бывает по воле Всевышнего — родители погибают, умирают, — и тогда осиротевших детей обязательно забирают к себе родственники. Для нас позор, если сирота окажется в детдоме, это будет трагедия, клеймо ляжет на весь тейп. Такое же отношение у нас и к старикам. Я не представляю, чтобы ингуш, чеченец, осетин или кабардинец отправили бы отца или мать в дом престарелых — у нас подобное вообразить невозможно. Подобную "европеизацию" мы категорически не приемлем.

Народы должны сохранять свои обычаи, традиции, культуру. Если вернемся к собственным корням, не будет ни сиротских домов, ни домов престарелых. Но и родители, как мне кажется, должны более жестко контролировать своих детей. Я не принимаю никаких объяснений, что "я в Москву переехал жить, а родители там остались". Переехал в Москву — перевози родителей к себе в Москву и живи с ними, хоть ты из Костромы приехал, хоть из Хабаровска. Сын через неделю узнает, что у него мать умерла! Как такое возможно? Всевышний строго спросит за это.

Корни надо укреплять в семье, в обществе в целом. И в вопросах семейного уклада, сплоченности, уважения традиционных ценностей не грех брать пример с кавказских народов. Русскому народу надо вспомнить самые лучшие традиции. Тогда, я уверен, и во всей России не останется детских домов и домов престарелых. И, конечно, надо подключать религиозные структуры по линии мусульман, по линии православия — всех конфессий, показать, какой грех человек совершает, бросая своего родителя или детей.

Интервью к публикации подготовил Сергей Валентинов

Беседовала

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках, Google+...

Комментарии
Путин подписал закон об ограничении ежедневного снятия наличных при помощи анонимных электронных средств платежа
Россию не уважают в Польше, потому что Россия сама себя не уважает - мнение
Россию не уважают в Польше, потому что Россия сама себя не уважает - мнение
ЦИК отказал Грудинину в депутатском мандате
В столице Туркмении запретили автомобильные диски всех цветов, кроме серебристого
Yammi: каждый десятый россиянин хочет оставить работу до 35 лет
Супермаркет в Екатеринбурге оштрафовали за бесплатную раздачу просроченных продуктов
Россию не уважают в Польше, потому что Россия сама себя не уважает - мнение
Россию не уважают в Польше, потому что Россия сама себя не уважает - мнение
В столице Туркмении запретили автомобильные диски всех цветов, кроме серебристого
Россию не уважают в Польше, потому что Россия сама себя не уважает - мнение
Амурский тигр погиб после нападения на человека
Путин подписал закон об ограничении ежедневного снятия наличных при помощи анонимных электронных средств платежа
Путин подписал закон об ограничении ежедневного снятия наличных при помощи анонимных электронных средств платежа
Путин подписал закон об ограничении ежедневного снятия наличных при помощи анонимных электронных средств платежа
Якутия - новая Фергана или Карабах?
Это всё придумал Бисмарк: как Госдума приняла "проклятый" закон
Россию не уважают в Польше, потому что Россия сама себя не уважает - мнение
Путин подписал закон об ограничении ежедневного снятия наличных при помощи анонимных электронных средств платежа
В столице Туркмении запретили автомобильные диски всех цветов, кроме серебристого
Генпрокурор Украины рассказал о "списке неприкасаемых" от посла США