Технологии прогноза и предвидения: Русский вариант управления историей

Технологии прогноза и предвидения обещают стать прорывным направлением

Какова самая заветная мечта современного предпринимателя? Наверное, знать завтрашний курс тех или иных акций или мировых валют. Тот, кто может заглянуть в будущее, способен им управлять. Если ты, имея даже небольшой капитал, предугадываешь состояние рынков следующего дня или точно определяешь, когда и где разразится очередной кризис, то сила и богатство тебе обеспечены.
Если представить себе, что обедневшая и теряющая население Россия вдруг обретет некие «машины предвидения», то это может стать ее историческим реваншем, рывком в «первую лигу» стран мира. И это не фантастика. Именно русские пока обладают первенством в создании прогнозных систем.

По приказу Андропова

1982-й. Россия, именуемая Советским Союзом, вершит судьбы мира наравне с Америкой. Гонка вооружений идет на сумасшедшей скорости. Уже ясно: американцы вот-вот развернут в Западной Европе свои ракеты средней дальности «Першинг» и крылатые «птички» с ядерными зарядами. А это все равно, что приставить пистолет к виску Советского Союза. Вырисовывается страшная перспектива поражения русских в скоротечной ядерной войне. «Першинг» из Западной Германии летит до важнейших целей в России всего 15-20 минут. То есть внезапной атакой можно уничтожить политическую верхушку СССР, его штабы и командные пункты. Для этого хватит и нескольких ракет.

У наших военных есть система «Дозор», в которую заложено множество параметров. Но, увы, она начинает работать лишь после старта американских баллистических ракет. При кинжальной атаке «Першингов» из Европы высшее руководство страны просто не успеет отреагировать на нападение.

Нужно что-то придумать. И вот председатель КГБ СССР Юрий Андропов вызывает к себе группу специалистов Первого главного управления (ПГУ) комитета. Службы внешней разведки, если говорить нынешним языком. Шеф КГБ откровенен:

 — Стране нужна система, которая предугадает действия противника и четко покажет: война неизбежна. Мы должны предвидеть, как поведут себя американцы. Оттяните принятие решения хотя бы на полчаса! Так, чтобы вовремя привести наши силы ответного удара в полную готовность, заранее позвонить в Вашингтон и сказать: «Ваш номер с неожиданной атакой не пройдет. Мы начеку, наши пальцы лежат на пусковых кнопках. Врасплох вы СССР не застанете. Мы успеем с массированным ответно-встречным ударом».

Партия и правительство в очередной раз сказали науке: «Надо!» И она ответила: «Есть!» Сформировали специальную группу во главе с заместителем начальника ПГУ Львом Шапкиным, а научным руководителем работ стал Владимир Кравченко, тогда — заместитель директора НИИ информационных систем. (Позже он возглавил этот сверхсекретный институт.) Дело было архитрудным: на сей раз приходилось придумывать не ракету и не новый истребитель, а интеллектуальный предсказатель будущего, орудие для управления будущим. А это — задача под стать подсчету ангелов, которые могут поместиться на кончике иглы.

 — Нам было ой как нелегко! — вспоминает Владимир Павлович. — Почти сразу же мы выяснили, что существующие модели истории ни на что не годны. Они описывали прошлое, оставляя во мгле и грядущее, и сам механизм принятия исторических решений. И тогда мы пошли своим путем…

Разведчики отказались от дубовых теорий информационных технологий, которые утверждали, будто информация — это непреложный факт. Нет, она — всего лишь факт, который интерпретируется в зависимости от цели слежения. А для того, чтобы разработать свою теорию будущего, наши ученые воспользовались многими источниками необычных знаний. Заглядывали они и в древнекитайскую «Книгу перемен», и в труды Лао-Цзы, и в любопытные рукописи поэта Серебряного века Велимира Хлебникова. И в конце концов решение было найдено.

 — Мы поняли, что один и тот же факт может быть совершенно разным в зависимости от того, кто и с какими намерениями его наблюдает, — поясняет Кравченко. — Возьмем, к примеру, горящий в лесу костер, который видят заблудившийся, дрожащий от холода турист, повар и пожарный. Итак, для одного этот костер — источник тепла. Для второго — возможность приготовить горячий вкусный ужин. Для третьего — это очаг тревоги, вероятная причина страшного лесного пожара. Не один факт получается, а целых три. То есть информация — это факт, который интерпретируется согласно целям его наблюдателя.

Так пришли к выводу, что нужно создавать систему, нацеленную на информационную поддержку принятия решения. Систему, которая четко выделяет признаки скорого нападения, при этом отсекая информационные «шумы».

Остановленный рывок

В общих чертах система сложилась к середине 1980-х. Ее нарекли системой слежения за внешнеполитической обстановкой и угрозой ядерного нападения «Сплав». К 1990 году она могла перерабатывать громадные потоки информации, которые стекались по всем линиям работы внешней разведки. Одной из проверок «Сплава» стало предсказание начала операции США против иракских войск в Кувейте в начале 1991 года.