Загадка кардинала Ришелье

Если верить опросам общественного мнения во Франции, то современные нам французы помещают кардинала Ришельё среди пяти великих исторических персонажей своей страны наряду с Людовиком Святым, Жанной д'Арк, Людовиком XIV и Наполеоном. Кардинал-министр при этом удостаивается скорее коллективного восхищения, нежели обожания со стороны потомков. У него было больше врагов, чем у такого садиста, каким был французский король Людовик XI, правивший во второй половине 15-го столетия. Во времена длительного правления Ришельё (1624-1642) этого великого человека осыпали градом насмешек, на него клеветали и его люто ненавидели.

«Кардинал, каким мы привыкли видеть его благодаря роману «Три мушкетера», жесток, безжалостен, скрытен, лжив и лицемерен, полон предрассудков, упорен в своей ненависти, - пишет историк Франсуа Блюш. - На него работают такие агенты, как Рошфор и дьявольская Миледи. История пишется почти исключительно при помощи одного романа, к тому не слишком правдивого и неверно понятого. Если вы в этом сомневаетесь, перечитайте «Трех мушкетеров». Кардинал, «человек в красном», в общем-то является полупризраком, придуманным Атосом, Арамисом, Портосом и д'Артаньяном. В конце произведения он собирается покарать д'Артаньяна, но вместо этого дарует ему прощение и указ о производстве в чин лейтенанта мушкетеров. И д'Артаньян тут же клянется преданно служить кардиналу».

Историк напоминает, что в романе «Двадцать лет спустя», четверо мушкетеров, оказавшись по разные стороны баррикад, приходят к согласию, сожалея о Ришельё, восхваляя его и предпочитая Мазарини. И далее заключает, что «невозможно предпочесть тот или иной образ этого двуликого Януса, не рискуя ввести читателя в заблуждение. Ришельё если и был гением, то совершенно нетипичным».

Людовик XIII - игрушка Ришельё?

Историки отмечают следующие заслуги Ришельё перед французским королевством: завоевание независимости от Австрии и Мадрида, создание крепкой территориальной базы будущего государства и суверенитета для монарха, устроение национального единства и заложил основы близкой гегемонии, выразившие в организации армии, морского флота, дипломатической службы, службы осведомителей и шпионов, придавших, по словам историка, «государственному аппарату, находящемуся в Париже, устрашающую мощь в международном плане». 

«Все его пороки были пороками, с легкостью заслоненными его великой судьбой, поскольку они являлись пороками, которые могут лишь служить орудием добродетелей», - писал о Ришельё кардинал де Рец. 

И далее: «Он был подавлен своей властью и королевской пышностью личного величия короля; но он с таким достоинством исполнял свои обязанности, что требовалось быть незаурядным человеком, чтобы, исполняя их, не смешивать добро и зло». Ришельё любил часто повторять латинскую пословицу: De minimis non curat praetor - «Претор не занимается мелкими делами». 

Перед смертью кардинал-министр на вопрос, прощает ли он своих врагов, ответил: «У меня никогда не было врагов, кроме врагов государства». Ришельё всегда был убежден, что его враги - это и враги короля. Умирающий, он был преисполнен веры в будущее своей семьи, порученной заботам короля (который вскоре последует вослед своему министру), и верящий в своего ставленника Мазарини.