Русь и Орда. Исторические смыслы противостояния

Впервые русские дружины померились силами с татаро-монголами еще при жизни Чингисхана, в 1223 году. Объединенное половецко-русское войско потерпело поражение на реке Калке от двух монгольских полководцев Джэбэ и Субэдэя. Первоначально битва складывалась в пользу русских, но побежавшие половцы смяли и расстроили их ряды, а потом из-за предательства князей и бояр попали в плен. Победители бросили на побежденных доски и уселись пировать. Монголы считали позорным умереть, не пролив ни капли крови.

Весной 1206 года у истоков реки Онон на курултае Тэмуджин был провозглашен великим ханом над всеми племенами и получил титул «каган», приняв имя Чингиз (Чингиз - "повелитель воды", или, точнее, "повелитель бескрайнего, как море"). Чингисхан стал основателем Монгольской империи и полководцем, который организовал завоевательные походы монголов в Китай, Среднюю Азию и на Кавказ. Ни Русь, ни Восточную Европу при нем монголы не трогали.

Несмотря на победу над нами, монгольские войска понесли от русских значительный урон. Во время возвращения в свои степи они направились в Булгар. Благодаря хорошо поставленной разведке и отменной военной выучке булгары наголову разбили монгольские полчища, заманив их в засаду. Кстати, излюбленный прием самих монгольских военачальников.

Поход войск Монгольской империи в Восточную и Центральную Европу состоялся в 1236-1242 годах во главе с чингизидами Батыем (внуком Чингисхана) и Каданом и военачальником Субэдэем. Старший сын Чингисхана и отец Бату хан Джучи умер в 1227 году, владея лишь азиатской частью кипчакских степей и Хорезмом. Его сыну предстояло покорить не только Русь, но и дойти до «последнего моря» - самого края земли, как тогда верили.

Монголы достигли берегов Адриатики и стран Центральной Европы. Когда Батый потребовал покорности от Фридриха II, то император Священной Римской империи ответил, что мог бы стать сокольничим хана, но столкновения войск не произошло. В 1243 году, узнав о смерти хана Угэдея, Бату-хан повернул назад. Как отмечал А.С. Пушкин, "России определено было высокое предназначение. Ее необозримые равнины поглотили силу монголов и остановили их нашествие на самом краю Европы; варвары не осмелились оставить у себя в тылу порабощенную Русь и возвратились на степи своего востока. Образующееся просвещение было спасено растерзанной и издыхающей Россией». Никакой благодарности от западных варваров не последовало".

Директор Библиотеки Конгресса США Д.Х. Биллингтон как-то попрекнул западноевропейцев: «Действительно, могли бы явиться на свет выдающиеся памятники высокого западного Средневековья, когда б воинственная христианская цивилизация в Восточной Европе не смягчала удары многочисленных вторжений менее цивилизованных степных народов?» Православная Русь сумела пережить два столетия татаро-монгольского ига. В отличие от врагов Руси с Запада, которые стремились прежде всего уничтожить душу народа и оскверняли наши храмы, средневековые монгольские завоеватели были терпимее нынешних толерантных европейцев. Они не покушались ни на христианские святыни, ни на православное духовенство. В том числе и по этой причине святой благоверный князь Александр Невский ездил на поклон в Орду, но громил псов-рыцарей с их антигуманными миссиями.

Сказанное не означает, что на Руси под игом Орды царило благоденствие. По мнению историка В.О. Ключевского, «это было одно из тех народных бедствий, которые приносят не только материальное, но нравственное разорение, надолго повергая народ в мертвенное оцепенение. Внешняя случайная беда грозила превратиться во внутренний хронический недуг; панический ужас одного поколения мог развиться в народную робость, в черту национального характера». Однако сопротивление созревало, и его центром стала Москва.

Некоторые горячие головы, как из числа мыслителей (особенно представители философско-политического направления евразийства), так и публицисты (в частности, Александр Герцен), выводили русскую государственность из татаро-монгольского ига. Безусловно, это не соответствует исторической правде, и подобные доводы неоднократно опровергались после скрупулезного анализа.

Недаром Куликовская битва, хотя и не освободившая Русь от треклятого ига, входит в число самых знаковых сражений русских с иноземцами. Это было начало будущего освобождения, которое окончательно будет закреплено в конце XV века.