Дмитрий Данилов: Сама атмосфера санкций очень серьезно влияет на отношения России и Европы

Госдеп США заявил, что не одобряет продажу Францией России двух кораблей "Мистраль". Во Францию вылетел госсекретарь Джон Керри. Ранее президент Олланд подтвердил, что не собирается отменять контракт с Москвой. Почему Олланд отказался от поддержки линии Обамы на санкции?

На этот и другие вопросы корреспонденту Pravda.Ru ответил заведующий отделом Европейской безопасности Института Европы РАН Дмитрий Данилов.

— Это вопрос национальных контрактов между Францией и Россией по двусторонней линии, и расторжение контракта по политическим мотивам грозит очень серьезными потерями для Франции, и не только экономическими.

Будут подорваны взаимоотношения между военной промышленностью Франции и правительством. Олланд на такой внутренний политический риск категорически не может пойти, поэтому вопрос о поставках "Мистралей" все время оставался в подвешенном состоянии. Такая демонстрация кнута, в том числе со стороны Франции, потому что Франция все время в унисон со своими партнерами, включая США, говорила о том, что этот вопрос может быть рассмотрен.

Тем не менее, сейчас Олланд вряд ли на это решится, главным образом, исходя из внутренней мотивации. А внутренняя мотивация — это деньги. Второе — взаимоотношения с собственным бизнесом. На волне падающего рейтинга Олланда и его правительства это вряд ли возможно, и в данном случае у президента Франции есть очень хорошая контраргументация: Олланд и Франция находятся в первых рядах тех, кто выступает за экономические санкции в отношении России, но в рамках международных институтов, прежде всего, ЕС.

— Франсуа Олланд в последнее время не так воинственен в отношении России и ее позиции по Украине. По Сирии он выступал гораздо активнее, в чем дело?

— Мотивы совершенно различные. Франция, французское правительство всегда оценивает и экономические издержки. У Франции очень серьезный экономический интерес в Сирии, и в более широком контексте, в Южном Средиземноморье. Они не всегда совпадают со своим основными партнерами, особенно с Германией, поэтому здесь Франция проводит относительно самостоятельную политику, отражающую ее интересы.

— Французские чиновники заявляют, что продажу "Мистралей" России не стоит расценивать, как отказ Парижа от давления на Москву в связи с событиями на Украине, поскольку Франция уже поддержала введенные Евросоюзом санкции в отношении Москвы. В самих Соединенных Штатах правительство и компании "Боинг" и "Локхид Мартин" обратились в суд с просьбой отменить запрет на закупку российских двигателей производства "Энергомаша". Такое впечатление, что эти санкции, как дубинка, которой только грозят, но никогда не ударят?

— Франция поддерживает санкции ЕС, причем очень активно. Здесь позиция Франции близка к позиции Великобритании, а та, в свою очередь, находится в авангарде. Санкции бьют по России, и нельзя закрывать глаза на то, что в санкциях ничего хорошего нет. Другое дело, что есть и обратный эффект, санкции негативно влияют на сами европейские страны, на ЕС.

Но о чем мы можем говорить, если первый пакет санкции ЕС означал отмену саммита Россия-ЕС в июне и прерывание переговоров по базовым соглашениям между Россией и ЕС по визовому вопросу. Это очень серьезно бьет по интересам и России, и ЕС.

С точки зрения долгосрочного фактора уже сама атмосфера санкций очень серьезно влияет на отношения России и Европы, поскольку для любого бизнеса, особенно крупного бизнеса, это очень серьезный вызов с точки зрения стратегического выбора.

Сегодня все в Европе задумываются над вопросом, будет ли инициирован третий пакет санкций, которые предусматривали бы санкции против секторов российской экономики, прежде всего, финансово-энергетического. А это принципиальный вопрос, и он заставляет многие бизнес-круги Европы с опасением воспринимать будущее российского рынка и вложения в него. Это уже влияет на ситуацию в экономике.

Аналогично и со стороны российского бизнеса, который в значительной мере политически ориентирован. Это понятно, велика доля государственного участия в российском бизнесе, поэтому сигналы, которые поступают от ЕС, сигналы о санкциях заставляют российский бизнес думать, о чем говорит российское государство.

Думать о возможности поиска неевропейских рынков, о возможности диверсификации, но в данном случае речь идет уже не только о диверсификации, но и о поиске альтернатив. То есть это не поиск дополнительных возможностей, это вынужденный поиск будущих альтернатив в ситуации, когда экономические связи могут сворачиваться.

Читайте также:

Виктор Мураховский: Олланд отказался поддержать санкции США из финансовых соображений

Может ли ВПК России обойтись без Запада

Санкции против России — палка о двух концах

Валерий Ачкасов: Меркель показала независимость своей позиции по Украине от США

The National Interest: Шесть ошибок Запада в отношении Украины