Татьяна Устинова: Меня не приглашают на съемки

Фото с официального сайта Татьяны Устиновой

Корреспондент Pravda.Ru встретилась с известной писательницей, автором детективов Татьяной Устиновой. Татьяна рассказывает о своем детстве, трудной учебе в институте, первых слезах, непростой киносудьбе своих книг и увлечениях, которые дарят вдохновение. Также писательница посетовала на то, что ее не приглашают на съемки фильмов по ее книгам.

— Татьяна, вы часто встречаетесь со своими читателями, долго с ними беседуете. Какие чаще всего задают вопросы?

— Вопросы задают самые разные, но я сразу, в самом начале встречи, прошу не пытать меня на тему: "Как вы начали писать и откуда берете сюжеты". Меня эти вопросы ставят в тупик, потому что я и правда не знаю, как на них отвечать. Сюжеты беру из головы, а писать начала, когда мне было семь лет. Хорошо помню чувство, когда писала в прописях какие-то слова и вдруг меня осенила мысль, что писать можно не только то, что написано в прописях, но и любые слова. Я подумала: "Боже мой, оказывается эти все закорючки придуманы для того, чтобы написать все что придет тебе в голову". Сейчас принято употреблять такой модный термин: "И меня накрыла такая волна свободы…"

— Благодаря этой "волне свободы" написано 37 детективных историй, по мотивам которых сняты фильмы. Вы принимаете участие в написании сценария? Как сами оцениваете картины, поставленные по вашим историям?

— Я никогда не писала сценариев. Их писали сценаристы, и поначалу мне казалось, что все очень ужасно и никуда не годится. Но через пять-восемь лет я присмотрелась внимательней и поняла, что фильмы действительно хорошо сняты, хорошо сыграны.

Может сейчас я, как Плюшкин, ругаю сегодняшние времена и с умилением вспоминаю старые, но в целом киноработами я довольна.

К экранизациям я по-прежнему не имею отношения — отдаю авторское право и на площадку не приезжаю. Поняла, что нет хуже беды, чем автор на съемочной площадке, который будет ходить и нудеть. Ведь никто не читает роман — кому он нужен. Все читают сценарий. А по сценарию многие вещи не совпадают… И после некоторых случаев меня вообще перестали приглашать на съемки.

Недавно, кстати, экранизировали мою книгу, она называется "Хроника гнусных времен", я фильм не видела, ничего сказать не могу, но слышала, что сняли неплохо. Продюсер обещал прислать диск.

— Творчеством современных авторов вы интересуетесь? Вы много читаете?

— Я читаю много. За последнее время прочитала всего Гете, Бродского. Прочитала потрясающую советскую книгу (из серии "Биография великих людей") о Дмитрии Донском. Кому попадется — прочтите. Это прекрасное познавательное чтение: мир, в котором жили наши предки, описан изумительно.

Люблю перечитывать Маршака. С его творчеством меня познакомила моя мама, еще в детстве, а потом я своим детям рекомендовала.

Из современников я прочитала всего Дмитрия Быкова, не могу дождаться, когда выйдет его новая книга о Маяковском. И без преувеличения могу назвать Быкова лучшим поэтом современности.

Прочитала Захара Прилепина. Совсем недавно прочитала книгу Юрия Никулина, которую со слов Юрия Владимировича записал Владимир Шахиджанян. Она называется "Почти серьезно", почему-то она мне раньше не попадалась. И мне после книги страстно захотелось в цирк на Цветном бульваре, хотя я никакой не поклонник циркового искусства, мы редко с детьми ходили в цирк. Но мне захотелось прогуляться по фойе и обязательно сфотографироваться с обезьянкой. Захотелось позвонить Максиму Никулину (к счастью, мы знакомы) и попроситься на какое-нибудь представление.

Мне страшно нравится одна смешная история, которую мне рассказал о своем отце Максим. Никулин жутко не хотел сниматься в фильме Алексея Германа "Двадцать дней без войны" и был уверен, что он не сыграет Лопахина, тем более с Гурченко.

Всем известно, что Герман режиссер трудный и всегда требовал полной отдачи от актеров. И Юрий Владимирович его страшно боялся. Его попробовали, он отказывался от съемок — говорил, что он старый, а у Симонова герой молодой, что он нелепо выглядит, а у Симонова он красавец.

И еще там нужно играть любовные сцены с Гурченко, и Юрий Владимирович не хотел, но его уговорила его жена Татьяна. И вот начали снимать сцену в железнодорожном вагоне. Вагон нетопленный, замерзшие окна, пахнет углем, холод жуткий, вся съемочная группа переминается с ноги на ногу. Никулин боится Гурченко, она великая актриса, а он клоун.

Начинается сцена. Она его страстно целует, а потом говорит: "Боже мой, какие у тебя красивые руки!" А Никулин ей в ответ: "Это что, видели бы вы мои ноги". И все — съемка сорвалась. Съемочная группа трясется от дикого хохота, даже Людмила Марковна не смогла пересилить смех. Герман в истерике убежал.

И вот именно такое отношение к жизни, такой никулинский юмор мне очень близок и понятен. Важно в серьезный момент жизни остроумно пошутить.

— Татьяна, вы окончили Московский физико — технический институт, факультет аэромеханики и летательной техники. Это как-то помогло стать популярным писателем? Где литература, а где физика и техника?

— Огромный процент людей, закончивших Московский физико-технический институт, сегодня занимаются наукой, и не кокетничая скажу, что заведение растит для страны ценные кадры. Но если честно, я плохо училась. Все время была вынуждена что-то пересдавать, на меня очень сердились мои соученики, потому что совсем не "волокла" химию, и наш профессор вынужден был со мной ковыряться для того, чтобы я нарисовала бензольное кольцо, а вся группа была вынуждена ждать. Учеба давалась мне тяжело, многое было невыносимо. По ночам я рыдала, а днем прогуливала занятия.

Конечно, мне вынуждены были ставить двойки, педагогов я ненавидела, а сейчас обожаю, я им в ноги кланяюсь за то, что они научили меня работать столько, сколько нужно, научили пользоваться справочниками. В последствии оказалось, что навык необходим.

На лекциях нам всегда говорили: "Учитесь грамотно пользоваться справочной литературой". Сейчас мне это очень сильно пригодилось, потому что все привыкли обращаться к интернету, а интернет "соврет — не дорого возьмет", и только в справочниках по крупицам можно собрать точную информацию.

Найти нужные сведения — это уже полдела. Поэтому я благодарна институту за систематизацию мышления, за то, что там научили мыслить логически и доводить дело до конца. Например, в детективной интриге без этого никак.

Я всегда говорю приятелям сына: "Слушайте, если у вас есть способность к алгебре, к геометрии, идите поучитесь в физтех. Это лучше, чем просто бегать с фотоаппаратом". Мир меняется, знания скоро станут востребованными. А творчество никуда не уйдет. Зато в институте вас научат мыслить.

— А какими вы сами пользуетесь источниками?

— Я недавно закончила книгу, она называется "Сто лет в пути", про Думу 1906 года. Это были сплошные библиотеки, я бесконечно занималась архивными поисками. Воспоминание Милюкова — откуда мне их было взять, как не из библиотеки.

Библиотеки — это вообще сказочные места. Например, библиотека города Анадыря — это центр жизни города. Не клубы, не рестораны. Город живет вокруг стадиона и библиотеки, куда ты приходишь, а у входа стоит самовар, баранки. Все пьют чай и бегут читать. Приезжают интересные люди, эскимосы с Аляски, которые занимаются горловым пением, приезжает Аркадий Сухонин, снимающий Чукотку, и заведение просто процветает. В Анадыре живет 20 тысяч человек, а там чуть ли не каждый день мероприятие. Детей полно. Это же просто сказка.

Меня сильно расстраивает, когда я слышу о том, что сегодня библиотеки закрывают или в какие-то читальные залы никто не ходит. У нас на тему "как спасти библиотеки" с издателем вспыхивают разные полезные мысли. Чтобы на их месте не открылись пивные…

Читайте также:

Татьяна Устинова: Первый после Бога — врач

Татьяна Устинова: "Я не чувствую себя девочкой по вызову"

Татьяна Устинова: "Мою новую книгу могут запретить в Украине"

На СТС Устинова придет с "Большим злом и мелкими пакостями"