Беззащитные европейцы брошены властями

Фото: AP

Недавние трагические события в Германии в очередной раз продемонстрировали бессилие европейских государств и обществ перед лицом терроризма. Это положение сложилось не сегодня. Его породила безответственная политика, целенаправленно проводимая властными структурами на протяжении многих лет. В результате европейцы оказались лишенными элементарных прав на безопасность в своих странах.

Для правительств и местных правозащитников приоритетом является защита прав мигрантов, а не собственных граждан. Как выглядит эта ситуация изнутри? Как ее можно оценить с точки зрения правозащитного движения? Не стоит ли российским правозащитникам обратить внимание на бедственное положение граждан стран Евросоюза? Об этом Pravda.Ru рассказал председатель российской секции Международного общества прав человека Владимир Новицкий.

— Вы недавно были в Германии. Как ситуация с мигрантами и терроризмом оценивается правозащитным сообществом и простыми людьми в Европе?

— Сложившаяся ситуация, безусловно, волнует граждан Германии и других европейских стран. Конечно, в абсолютном большинстве они совсем не в восторге от того, что происходят такие большие миграционные передвижения. Тем более, что последние миграционные потоки представляли из себя в основном перемещения мужчин призывного возраста. То есть это были именно те, которые должны были бы по идее защищать свои семьи от тех, кто пытается их обидеть, а не спасаться в Европе.

В реальной практике, к сожалению, все европейское общество табуировано по некоторым направлениям. Там нельзя говорить о многих вещах, которые для людей очевидны. И если они в приватной беседе способны сказать, что их беспокоит ситуация с мигрантами. Конечно, они крайне и напуганы, и возмущены недавним терактом в Берлине и ситуацией в целом.

Но в публичном пространстве они будут говорить об этом либо обтекаемо, либо совсем не скажут ничего. Есть специальный запрет, чтобы в полицейских и информационных сообщениях не указывалось количество правонарушений, совершенных мигрантами, не указывалась их этническая принадлежность. Впрочем, и у нас есть сегодня такое требование.

По возможности, не должны подниматься вопросы, связанные с межэтнической рознью, преступлениями, совершаемыми представителями мигрантского сообщества в отношении коренных жителей Европы, так как считается, что тем самым будут нарушены те самые консенсус и требования толерантности.

На основе личных впечатлений и общения с людьми, представляющими правозащитные сообщества и общественно-политические круги, я могу сказать, что те же самые запреты фактически влияют и на эту деятельность. Поскольку если говорить о том, что необходимо готовиться к возможным дополнительным рискам, это значит, предварительно обвинять мигрантов в том, что они несут какую-то дополнительную опасность.

А это опять же противоречит политике толерантности и открытых дверей, которая провозглашается Европой. Поэтому, конечно, не было серьезной подготовки, каких-то специальных программ по предотвращению возможных эксцессов также не было разработано. На самом деле, в этой толерантности к мигрантам мы видим давний принцип позитивной дискриминации в отношении тех или иных меньшинств или групп.

Но в Европе она уже превратилась в непререкаемую истину. Этот чрезмерный тренд не обеспечивает равное право меньшинствам, а фактически создает для них преимущество по отношению к большинству. Демократия же должна учитывать мнение большинства. А мнение большинства, как мы видим, к сожалению, нередко игнорируется в Европе.

— Мнение большинства мало того, что игнорируется, большинству вообще не дают возможности даже сформулировать свое мнение, свои требования, поскольку действуют запреты на подобного рода разговоры, на обсуждение этих тем в открытом пространстве. Так ли это?

— Да, безусловно. Несколько лет назад тогда известный немецкий политик Тило Саррацин выпустил книгу, посвященную как раз рискам, связанным с потоками миграции в страны Западной Европы. Это было еще до последней волны массового переселения, которая напоминает массовое переселение народов в начале нашей эры. И где Тило Саррацин сегодня? Что о нем слышно? Фактически ничего. То есть он пропал из политического и медийного пространства.

— Давайте посмотрим на проблему с точки зрения защиты прав человека. Сейчас в Европе приоритетом является защита прав мигрантов. А о защите прав коренного населения, граждан европейских стран, кто-нибудь заботится? Ставится ли вопрос о том, что их права также надо защищать? Или же они как бы гарантированы конституциями и считается, что этого уже достаточно?

— Вообще, традиция западных правозащитных организаций — это защита прав вне своей территории. Это обычно защита прав человека в странах третьего мира, когда-то в Советском Союзе, а сегодня в России и на всем постсоветском пространстве, но не внутри собственной страны.

Внутри своих стран деятельность правозащитных организаций Запада в основном сосредотачивается на защите прав мигрантов. То есть им оказывается поддержка в получении вида на жительство, статуса беженца или вынужденного переселенца и т.д. И поэтому у правозащитных организаций нет опыта по защите прав граждан внутри страны.

В России, как правило, люди приходят в правозащитные организации, потому что их права нарушены, они пытаются в первую очередь в правозащитной организации решить свои проблемы. В Европе же люди приходят туда обычно с целью помогать кому-то вовне. Допустим, сейчас христианам Востока.

Наша организация тоже много занимается темой защиты христиан на Ближнем Востоке. Собирается гуманитарная помощь, оказывается материальная поддержка и прочее, и прочее, и прочее. Но при этом каких-то специальных программ, связанных с защитой прав тех же немцев в Германии, не имеется.

Поэтому первое — это отсутствие опыта. Второе, на мой взгляд, наличие вот этих самых табуированных тем, которые препятствуют это сделать. Ну и в-третьих, наверное, определенная пассивность самих немецких граждан, которые даже на личностном уровне порой боятся сказать о своих проблемах, страхах и опасениях.

Между тем, действительно есть тенденция подселения в дома, где проживают граждане, мигрантов, которые не готовы адаптироваться и воспринимать те традиции, которые сложились в коренном обществе. Есть и еще целый ряд сложностей, о которых предпочитают не говорить по принципу, как в старом анекдоте, "может, и само рассосется".

— Действительно ли западноевропейцы считают, что из-за нехорошей невероятно могучей России возникают все мировые и их проблемы?

— Информационная антироссийская кампания, которая проводится на Западе, действительно очень мощная. Вспоминается тезис: нет плохой рекламы — плохо только ее отсутствие. Действительно, из России сегодня сделали такую могучую державу, которая влияет на все, а руководителя России превратили в демиурга, который может управлять всем.

И частично, конечно, западный обыватель верит в это. Те же, кто занимается профессиональной общественной деятельностью или политикой, конечно, понимают, что это носит пропагандистский характер и совершенно не соответствует реальной роли России.

Возможно, скоро будут перемены. Показательно, что новая администрация Трампа пока не включила Россию в число главных военных угроз для Америки. Потому что Россия, при всех наших недостатках, конечно, заинтересована в мире и сотрудничестве со всеми странами Запада, особенно в Европе. Мы сами часть Европы. Европа заканчивается географически у Урала, а де-факто она продолжается и включает в себя и наш Дальний Восток.