Евробюрократия привела к фрагментации ЕС

Фото: Архив Pravda.Ru

Болгария и Молдавия отказались от антироссийского курса. Станет ли тенденцией приход к власти в Европе дружественных России сил? Какие процессы идут на Балканах? Почему Сербия поддержала Россию в голосовании на заседании комитета Генассамблеи ООН по правам человека в Крыму? Что будет с Евросоюзом после выборов в Германии и Франции? Об этом в прямом эфире видеостудии Pravda.Ru по скайпу рассказал профессор социологии и международной регионалистики Олег Андреев, старший консультант Петербургского центра социальных исследований.

— На выборах в Болгарии и Молдавии победили социалисты Румен Радев и Игорь Додон, которые очень лояльно относятся к России. С вашей точки зрения, это начало тренда или единичные случаи?

— Я считаю, что это тенденция. Это новое европейское явление, и этот тренд будет развиваться. Болгария и Молдова высказали свое мнение, недовольство нынешней политикой Евросоюза и положением своих стран, избиратели проголосовали за лояльность к России. Но обольщаться, я считаю, особо не стоит.

Игорь Додон прекрасно относится к России в политическом и культурном плане. Он поставил экономическую задачу вернуться на наш сельскохозяйственный рынок. Он придерживается нейтралитета, стремится ни в коем случае не обострять никакие конфликты, а создать федеральное государство в Молдавии, которое бы объединяло саму Молдавию, Приднестровскую республику и Гагаузскую автономию.

И это надо поощрять, без сомнения, это — огромный шаг вперед по сравнению с теми прорумынскими, проевросоюзными силами, которые до этого управляли страной. Им дали на развитие один миллиард евро, но они его украли. Это огромные деньги для маленькой Молдавии.

Аналогичное положение и в Болгарии. Болгария была стопроцентно лояльным членом Европейского союза и НАТО. Вдруг появился такой ас, генерал-лейтенант, который сказал: да, мы — сторонники этих союзов, но это не значит, что мы должны плохо относиться к России. И его позиция, что надо с Россией сотрудничать, получила огромную поддержку среди избирателей.

Этот тренд сам по себе в Европе вызрел. Но он еще совпал с американским трендом — нежданной-негаданной, сенсационной победой Трампа над госпожой Клинтон. И получается, что это движение пошло по Америке и Евросоюзу — по всему западному миру. И это серьезный тренд. Я думаю, что протестное голосование против старых западных элит будет нарастать.

Победа Трампа способствовала победе евроскептиков, подтолкнула эти события?

— Да, само собой. Победа Трампа дала синергетический эффект. Но даже если бы не было победы Трампа, даже если бы в США победила Клинтон и в ее лице все это зло, все отрицательное и извращенное, что сейчас есть в мире, я думаю, что в Болгарии и Молдавии все равно победили бы вот эти умеренные, лояльные к России силы. Пока не надо впадать в эйфорию, надо смотреть, что они за полгода-год принесут нового в политику, что реально будут делать.

— Некоторые политологи считают, что эти пророссийские политики будут просить у России денег? Ваша точка зрения?

— Да, они выскажут, без сомнения, нам очень много хороших, красивых слов, и конечно, попросят кредитования, финансирования. Шутка такая есть на Балканах: какое самое популярное слово на Балканах? Инвестиции. А попросту говоря — денег дай. Но Москва не готова их спонсировать. У Москвы лишних денег нет.

— Какие изменения произошли в вашем мировоззрении после таких пертурбаций в мире? Что вы сейчас думаете по поводу судьбы Евросоюза?

— В современном Евросоюзе выходят на первый план не очень красивые, не очень хорошие черты. После недолгих лет его жизнедеятельности началось быстрое старение ЕС по мыслям, по темпераменту. Там была действительно хорошая жизнь, но пошла расслабуха, наплодили бюрократии и всяческих процедур. Очень нехорошая черта — иждивенчество, постоянный рост паразитический настроений вместо созидательной деятельности. И главная очень нехорошая черта современного Евросоюза, которая может привести к его распаду, — это какое-то иллюзорное сознание, постоянная неправда, лукавство и ложь.

Конечно, сильно влияет и значительное ухудшение экономической ситуации. В Евросоюзе никогда раньше не было такого мошенничества, а сейчас это происходит даже с мобильными телефонами, накручиванием счетов… Это появилось в последние годы.

Бюрократия расплодилась в Брюсселе и Страсбурге, сидят там какие-то тузы, которые устанавливают свои правила. Именно поэтому выходит Британия, и я думаю, что процесс отпочкования будет продолжаться, потому что, как в СССР, недовольство направляющей силой зреет все больше.

Я не исключаю фрагментации Европейского союза. Например, пять стран Северной Европы — Финляндия, Швеция, Норвегия, Дания и Исландия — могут выкристаллизоваться в свою группу. У них приблизительно одинаковый уровень экономики, благосостояния, культуры, политически и исторически они связаны.

На развале ЕС могут возникнуть западно- или центрально-европейский и восточный блоки, какой-то балканский союз, потому что у этих групп стран приблизительно одинаковый уровень экономики, точнее уровень деиндустриализации одинаковый.