Расстрел в Чечне: служить пришло малохольное поколение

Старший лейтенант одного из отрядов 46-й ордена Жукова отдельной бригады оперативного назначения Росгвардии, узнав о предстоящем увольнении с военной службы, взял из оружейной комнаты пистолет-пулемет и отправился разбираться с командованием. Он застрелил четырех случайных человек и был убит при попытке скрыться.

Инцидент в чеченской станице Шелковской прокомментировал "Правде.Ру" гвардии полковник, Герой России, служивший в 45-й бригаде спецназа ВДВ РФ Андрей Непряхин:

— Могу сказать, что подобное может случиться не только в Росгвардии. Подросло поколение, которое я называю "поколением пепси и сникерсов". Они надели погоны. У этого поколения, в принципе, кроме военной карьеры другой мотивировки нет. Понятие "родина" нивелировано в не лучшую сторону. Соответственно, такие командиры там и порядки. Это касается не только Росгвардии, но и армии. Хотя, не хотел бы, исходя из одного случая, говорить о тенденции, но, в общем-то, показательная история.

— Такие инциденты время от времени происходят…

— Я и говорю. Упадок нравов, упадок мотивации, упадок дисциплины, которая в армии должна присутствовать. Армия — это отражение нашего государства. Вот мы видим сейчас, что такой человек как Улюкаев "подсел". А сколько не сидит?! Люди это видят, задаются вопросом: почему одним можно, а другим нельзя? И эта распущенность присутствует не только в обществе, она присутствует и в армии, как в отражении того самого общества.

— Вы считаете, что это само пройдет?

— Думаю, да. Сейчас приходит другое молодое поколение. Оно лучше, оно более здоровое. Придет время, когда не так остро будет стоять материальный вопрос. И настанет такой момент, когда у нас в стране, и особенно в армии, появится национальная идея.

Понимаете, мы сейчас живем и служим на полуавтомате. Вот эти недоговоренности в политике, отсутствие ответов на вопросы: а почему так происходит, почему в Думе у нас сидят "непонятно кто" и решают наши судьбы, судьбы целой страны? Так вот, эти самые "непонятно кто" появляются и в армии.

— Андрей Анатольевич, как получилось, что главный виновный в инциденте так легко воспользовался служебным оружием?

— Я не знаю, какие порядки в 46-й бригаде… Но, простите меня, человек обличенный доверием и должностью, как этот старлей, думаю, без труда возьмет оружие или боеприпасы. Он мог сказать дневальному, мол, открой оружейную комнату, я буду проверять.

— Работают ли с личном составом военные психологи? Ведь моральный настрой очень важен.

— У нас не было этой приблуды, типа военных психологов. Мы и без них справлялись как-то. Это малохольное поколение придумало себе психологов! Скоро будут педикюрши и маникюрши военные! Дань моде.

Раньше психологами были замполит и командир. Думаю, главное, чтобы люди на все сто процентов занимались службой, а сейчас у них головы другим заняты.

— На ваш взгляд, какие-то выводы будут сделаны?

— Конечно. Ограничат или изменят доступ к оружию. На десять замков закроют, а в нужный момент открыть не смогут. Мало ли, ключ потеряется…

Какие будут выводы? Как и при советской власти, сейчас полетят головы, командиров снимут. Поставят других, и этим все закончится.

— Во время вашей службы такого не было?

— Знаете, было всякое, но такой дикости, конечно же, не было. Чтобы друг друга валить из-за мелко-психологических проблем. У нас другие заботы были в голове. Понимаете, когда человек служит (если, конечно, он именно служит, а не просто отбывает службу или зарабатывает себе какие-то дивиденды в любом виде), то для него служба и жизнь — это одно и то же. В данном случае, в Шелковской, это было не так.

Беседовала Оксана ОРЛОВСКАЯ