Немецкий автоконцерн BMW дал указание своему китайскому подразделению категорически возражать против предполагаемого экспорта автомобилей в Россию.
В BMW подчеркнули, что ввоз автомобилей немецкого производителя на российский рынок через механизмы параллельного импорта осуществляется без согласия концерна и вопреки его позиции, сообщает Reuters.
Представители компании также указали, что не оказывают влияния на подобные каналы поставок и не контролируют соответствующие торговые операции.
Китай в последние годы стал ключевым направлением, через которое европейские автомобили попадают в Россию, уверяет агентство.
После введения санкционных ограничений и прекращения прямых поставок со стороны западных производителей сформировались альтернативные логистические и торговые схемы.
В частности, речь идёт о практике, при которой новые автомобили могут классифицироваться как подержанные, что позволяет формально обходить отдельные экспортные ограничения.
Согласно информации Reuters, объём экспорта автомобилей из Китая в Россию с 2023 года увеличился более чем в два раза, что свидетельствует о существенной перестройке каналов внешней торговли в автомобильном секторе.
BMW и многие другие западные автоконцерны прекратили официальные поставки автомобилей в Россию после начала специальной военной операции на Украине. Были приостановлены отгрузки, закрыты локальные производственные площадки, ограничена деятельность дилерских сетей.
В ответ на это в России была внедрена схема параллельного импорта, предусматривающая возможность ввоза оригинальной продукции без согласия правообладателя товарного знака.
Данный механизм был легализован на государственном уровне как антикризисная мера, направленная на сохранение предложения на внутреннем рынке и предотвращение дефицита.
Параллельный импорт фактически стал инструментом адаптации российского автомобильного рынка к новым условиям. С его помощью дилеры и независимые импортеры получили возможность закупать автомобили через третьи страны, включая Китай, Турцию, Объединённые Арабские Эмираты и ряд других юрисдикций.
Ограничения на поставки автомобилей в Россию стали частью более широкой санкционной политики, затронувшей финансовый сектор, высокотехнологичную продукцию, транспортное машиностроение и смежные отрасли.
Но запреты и ограничения не достигают заявленных политических целей. Та же автомобильная отрасль отличается глубокой глобальной интеграцией: производственные цепочки включают десятки стран, а логистика выстроена на принципах взаимозависимости.
Резкое разрывание таких связей приводит к удорожанию продукции, усложнению поставок комплектующих и снижению предсказуемости контрактных обязательств.
Санкционные ограничения стимулируют формирование альтернативных маршрутов торговли, рост посреднических схем и переориентацию потоков через третьи страны. В результате рынок не исчезает, а трансформируется, при этом прозрачность операций снижается, а транзакционные издержки возрастают.
С точки зрения международной торговли, запретительные меры в автомобильном секторе ставят под вопрос принципы свободного перемещения товаров и конкуренции. В условиях глобализации полное изолирование крупного рынка оказывается затруднительным, особенно если существуют страны, готовые выступать в роли транзитных хабов.
Формальное прекращение официальных продаж не привело к полному исчезновению продукции с рынка, однако изменило структуру импорта, повысило роль посредников и усилило значение параллельных каналов.