Франция потеряла инстинкт самосохранения

О психологических войнах в прямом эфире видеостудии Pravda.Ru рассказал генерал-лейтенант авиации Жан Дю Вердье, который служил в ВВС и Генштабе Франции более 40 лет. Теперь, отойдя от дел, он в тиши своего Версальского кабинета пытается осмыслить свой опыт и пишет статьи и книги.

Долгие годы генерал преподавал в Общевойсковой военной академии Франции. Его очередная статья называется "О психологической войне". В эксклюзивном интервью Жан Дю Вердье рассказал о более чем полувековом опыте воздействия на сознание чуждого французам мусульмано-арабского этноса. Его точка зрения: французам необходимо для начала обзавестись неким аналогом Политического управления армии. Именно такая служба — Пятое бюро — была создана по приказу генерала Де Голля. "Служба по промыванию мозгов" действовала столь успешно, что до вывода французского контингента из Алжира большинство населения этой страны было убеждено в непобедимости французского оружия и в неизбежности поражения повстанцев.

Сегодня французы полностью утратили навыки работы в психологическом пространстве. Ни МВД, ни разведка, ни минобороны не оказывают противодействия террористам в соцсетях. Работа с населением не ведется, церковь вообще делает вид, что проблемы не существует. "Что же тогда удивляться, что все так плохо", — констатирует генерал. По его словам, по-настоящему война выигрывается в умах, а не путем уничтожения живой силы и техники противника. Он призывает посмотреть на Восток и учиться побеждать у России, сохранившей свой самобытный этнос, свою религию и цивилизацию.

— Вы занимаетесь проблемами психологической войны. Раньше — на практике, сейчас пишете об этом. О чем идет речь в вашей последней статье?

— Дело в том, что я был в Алжире. Это было нормально для человека моего поколения в 1950-е годы. Меня уполномочили заниматься психологическим воздействием на население, хотя у меня не было знаний в этой области. Меня выбрали, потому что я был самым молодым офицером в своем военном округе, а иерархия военной службы не интересовалась этим нововведением.

У нас, конечно, был некий вводный курс, инструктаж, но я также занимался документацией, много читал, общался со специалистами. В дальнейшем, вплоть до избрания в 1958 году первого независимого правительства Алжира, я работал в этом направлении и получил опыт, как можно вести психологическую войну.

— Какова связь ситуации Алжира 1958 года с происходящим во Франции сегодня? Расскажите о систематическом психологическом воздействии, которое в ваше время было разработано полковником Шарлем Шарлеруа. Как этот человек работал над концепцией, и каковы ваши практические выводы?

— Психологическая война всегда существовала. Речь идет не о пропаганде. Это было еще с эпохи Демосфена. Потом пропаганда приобрела некое отрицательное значение, потому что много использовалась в рамках коммунистического режима и нацистами. В 1939 году во Франции также была в рамках министерства обороны информационная служба, но мало кто тогда признавал за этим будущее.

В 1950-е годы мы решили это использовать в Алжире. И полковник Шарлеруа стал основным философом французской армии и психологической войны. Он прошел все войны, начиная с 1914 года, и понял, что война в том виде, в котором мы ее ведем, не может быть выиграна только при помощи военных средств.

Шарль Шарлеруа начал заниматься исследованием трудов Мао Цзэдуна и решил, что надо прежде всего завоевать умы людей, а не выигрывать при помощи оружия. Таким образом была разработана доктрина психологической войны. Он представил ее в рамках большой конференции в Сорбонне, где партер был полон, битком набит политиками и генералами.

И тогда все сказали, что подполковник Шарлеруа — это стратег будущего, и надо как-то внедрить то, что он предлагает. В Алжире создали то, что мы назвали Пятое бюро. Это была служба психологического воздействия на уровне генерального штаба. Необходимо было психологически вести войну, а не только на поле боя. В Алжире мы справились с поставленной задачей.

В 1958 году нам удалось убедить мусульманские арабские массы, чтобы они вышли протестовать на форум — на центральную площадь Алжира. И причем сзади не стояли люди с автоматами и не заставляли выходить мусульман на улицу. Они вышли, потому что нам удалось создать этот эффект. И потом в 1959-60 годах нам удалось убедить мусульман в том, что мы выиграли алжирскую войну. Потом все закончилось, де Голль приказал уйти из Алжира, но тем не менее тогда мы добились успеха. Метод полковника Шарлеруа оказался успешным.

Параллель с Францией сегодняшнего дня несколько затруднена, потому что тогда нашим врагом были арабские националисты в Алжире и в некотором роде марксизм, который нам противостоял. Сейчас враг — исламисты и салафиты. Это совсем другой тип врага, поэтому и методика другая.

Наш противник сегодняшнего дня использует очень много пропаганды. То, что мы собирались делать в Алжире тех лет, возможно, может как-то все-таки найти свое воплощение и сейчас. Но у нас нет ни одной организации во Франции, способной примерить это на местности. Поэтому просто нельзя заняться психологическим воздействием.

— Почему Пятые бюро перестали существовать в 1960-е годы? Ведь так удачно прошел ваш первый опыт?

— Их уничтожили, потому что там было много людей, которых туда направил де Голль лично. А многие военные руководители оказались в составе организации "Секретная армия" и противостояли де Голлю. Это, естественно, подорвало деятельность Пятого бюро и наши начинания, связанные с психологической войной.

И потом де Голль отказался от своих мыслей о развитии идеи психологической войны. Ему было не до этого. Так что все это было сметено в один миг, и ни одна структура не смогла встать на это место и возобновить психологическую войну против наших оппонентов.

— Могут ли ваши наработки быть применены в борьбе с ИГИЛ, организацией, запрещенной в России?

— Конечно. Силой ИГИЛ, так же, как у салафитов, является убеждение населения. Им пытаются показать, насколько права ИГИЛ, что ИГИЛ ведет религия. Используя наши самолеты, наземные войска и полицию, можно ограничить локально действия террористов, но мы не решаем проблему, мы не зрим в суть того, что корень проблемы в головах людей.

Чтобы воздействовать на головы людей, необходимо психологическое воздействие. И у нас нет никакого специально выработанного решения и организации, которая могла бы этим заниматься. Надо проводить работу, чтобы люди перестали быть радикалами, но каким образом это организовать, чтобы это не только касалось нескольких лиц, но и затронуло все масс-медиа нашей страны, все средства воздействия?

Надо что-то делать, потому что салафиты в соцсетях выкладывают любую информацию, которую хотят, а мы во французском государстве не делаем ничего. Работая в религиозном поле, можно найти в исламе массу философов, религиоведов, которые могли бы коренным образом помочь нам бороться с исламизмом. Основываясь на исторической базе, можно было бы лучше справляться с салафизмом.

— Вы считаете, что мораль французского общества сегодня добродетельно самоубийственна…

— Да, именно так. Франция потеряла инстинкт самосохранения. Я думаю, что хороший пример подает Россия. Вы вокруг вашего славянства и православия сумели устроить твердое ядро. И поэтому мы должны считаться с этим твердым ядром. Во Франции этого нет. Между нашей современной культурой и традиционной культурой и религией, к сожалению, нет связи.

И мусульмане во Франции что-то ищут, ищут, ищут, но не могут найти опоры. Они видят и знают, что традиционный ислам мало сопоставим с современной французской жизнью. А ничего нового в духовной сфере мы не предлагаем. Мы не можем ничего предложить — вот в чем проблема.

Так что, если они хотят развернуться к нам, то мы не в состоянии их переделать, потому что у нас больше нет своего твердого ядра. Мы их разочаровываем. И тогда они возвращаются вновь к исламу, потому что они испытывают чувство разочарования, они не видят никакого ответа на свои проблемы.

Беседовал Александр Артамонов

Подготовил Юрий Кондратьев

Не забывайте присоединяться к Pravda.Ru во ВКонтакте, Telegram, Одноклассниках, Google+, Facebook, Twitter. Установи "Правду.Ру" на главную страницу "Яндекса". Мы рады новым друзьям!


Ветеран Алжира борется с исламизмом на родной земле

С вами вновь "Вести из будущего". Мы предупреждаем о том, что случится в самом скором будущем, если ничего не изменить.Верховная рада Украины обратилась своим постановлением обратилась сегодня к России с просьбой включить ее в состав Федерации.

Украина возвращается в состав России

С вами вновь "Вести из будущего". Мы предупреждаем о том, что случится в самом скором будущем, если ничего не изменить.Верховная рада Украины обратилась своим постановлением обратилась сегодня к России с просьбой включить ее в состав Федерации.

Украина возвращается в состав России
Комментарии
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Как может распасться Россия
Как может распасться Россия
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Путин: все предприятия страны должны быть готовы к войне
Украина возвращается в состав России
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Украина возвращается в состав России
Сенатор: россияне массово перешли на махорку
Когда музыка действительно помогает работать
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене
Пока паны дерутся: ЛНР и ДНР падут за трое суток
Как может распасться Россия
Ученые выяснили, когда замужние женщины начинают думать об измене