Автор Правда.Ру

Надежда Румянцева: Переехала за город, побывав под дулом пистолета

Калчугу, где последние годы живет актриса, непосвященному отыскать сложно — после того, как рядом поселился президент, с Рублево-Успенского шоссе исчез указатель поселка. За неказистыми избушками прячутся шикарные особняки. Странно, что в одном из них обитает Румянцева: кинозвезды советской поры обычно доживают свой век в менее комфортабельных условиях, думала я, нажимая на звонок. Дверь открылась, и я увидела Тосю Кислицыну сорок лет спустя. Никуда не делись девчачий голос, юркость, круглые от удивления глаза и энергия, бьющая через край. Хотя в кино Надежда Румянцева не снималась уже давно да и с «Моей семьей», телепередачей «России», в этом году контракт решила не продлевать, сославшись на обширный ремонт в московской квартире.

Купите на "Озоне"
За руль теперь не сажусь принципиально

— Знаю, что вас периодически зовут играть в кино.
— Недавно принесли сценарий — но я, наверное, откажусь. Действие происходит на вокзале. Милиция, бомжи, жулики, носильщики, проститутки. Буфетчицы, которые продают плохие продукты, а хорошие сумками выносят. А моя героиня-диспетчер — светлое пятно на этом фоне. Очень доброе существо. Но этого мало для того, чтобы играть положительную роль. Или надо не замечать грязи и делать мать Терезу, или же бороться с этим. А просто, инертно быть доброй я не умею. При всем уважении к тем, кто мне предлагает эту многосерийную картину, даже если у меня в доме останется только стакан чая и кусочек хлеба, я не смогу сниматься в таком кино.
— Другого нет.
— Ну и не надо. Я свое сделала. Эти фильмы крутят без конца, меня узнают на улицах, и даже дети говорят, что смотрят «Девчат» на видео. Это же потрясающе, когда людей тянет к добру, правде, истинной дружбе, любви. А сейчас страшное время. Вы видите, у меня на окнах решетки?
— И заборы в вашем поселке высоченные.
— Мой пока не очень. И здесь еще более-менее нормальная атмосфера, больше безопасности, потому что мы живем рядом с президентом. Много милиции, есть куда позвонить. Все делается быстро и мобильно.
— А вывеску все равно убрали...
— Она была возле милицейского поста, но ее сняли, когда Путин поселился в ста метрах отсюда, в Ново-Огарево. Мешала она им, наверное. Ну да это их дело. Я просила, чтобы вывеску вернули. Говорят, заказ уже сделали. Оказывается, надо специальное разрешение, чтобы ее снова повесить. Поэтому тем, кто к нам едет, приходится объяснять на пальцах, как добраться.
— Совсем недалеко отсюда Жаворонки, где жили ваши родители. Почему не там поселились?
— Когда отец умер, мама растерялась, я ее забрала к себе, в Москву. Наш дом — большой, деревянный, рубленый, с садом — она отдала человеку, который за ней ухаживал: мы с мужем ведь долго жили за границей. Отец умер, когда я была в Малайзии. Я даже не попала на его похороны — самолет до Москвы тогда летал только два раза в неделю. Так что мне было все равно, что мама сделает с домом. Потом брат моего мужа, режиссер Самвел Гаспаров, сказал, что построил в Калчуге дом и нашел нам участок. Мы подумали: сюда электричка ходит, рядом станция. А я сейчас принципиально за руль не сажусь: теперь правил никто не придерживается. На красный едут — ну просто с ума сойти. А я законопослушная очень. Да и уже не надо куда-то нестись, бежать, ритмы другие стали. Если еду работать, за мной присылают машину. Не жалею, что здесь поселилась. Родители похоронены в Назарьево, это пятнадцать минут езды отсюда. Мы уехали еще и потому, что я побывала под дулом пистолета.
— Это вы про налет грабителей на вашу квартиру?
— Да. Мы ждали слесаря в тот день. Вилли (муж Надежды Румянцевой. — Н.К.) случайно задержался дома и поэтому открыл дверь. Два здоровых амбала его схватили, когда я на кухне завтрак готовила. Слышу крик: «Надя, вызови милицию!» Я подумала: «Что такое? Уж не умер ли какой бомж?» У нас в подъезде поселились бродяги — иной раз выйдешь, они на батареях свои вещички сушат. И вдруг вижу: мой пес, весь окровавленный, лает, вцепляется в воров. Такая была заваруха! Я крикнула: «Помогите!» — вцепилась в одного, в другого. Бандит мне кричит: «Застрелю! Быстро давай деньги!» А я говорю, как партизанка: «Стреляй — может, из меня деньги посыпятся!» Господи, бояться какой-то мрази! Этот грабитель двухметрового роста сломал мне ребра, разбил рот. Я получила от него свое. Дерусь, а сама думаю: «Ну вроде зубы целы». Весь дом звонил в милицию, но выйти боялись. Но я людей не виню. А сколько милиции приехало! И наша, и ведомственная. Человек восемь с автоматами — огромные мужики такие. Одного вора мы с Вилли схватили, я отобрала у него пистолет и держала дулом к себе. У меня потом милиционер спросил: «Как же вам удалось его взять?» Хорошо, что мы переехали за город. Как-то спокойнее стало. Я о городской квартире и не думаю. Иногда подхожу к той двери, чтобы показания счетчика снять, у меня такое мерзкое ощущение. Вижу лица этих...

Муж такой брезгливый, что даже в ресторанах не ест

— У вас приемник работает. Новости постоянно слушаете?
— Да нет, это чтобы собаке не было скучно. Когда идет какой-то разговор, он ложится и слушает. Юджин и телевизор смотрит, особенно когда там машина проезжает. Любит машины... Поэтому когда дверца автомобиля хлопает, он уже готов прыгать в него и ехать. И неважно, что там чужие люди сидят.
— Вы как-то говорили, что собаку не с кем оставить.
— Юджину уже девятый год, он избалован. Слушает только меня и Вилю. Если уедем, начнет нас искать или разгрызет что-нибудь. Однажды поехали без него на базар. Закрыли в доме. Когда вернулись, Юджин бегал по участку и не мог найти дырку под забором. Оказывается, разбежался и выбил раму на террасе, чтобы бежать за нами.
— Вы и домработницу не держите?
— Раз в неделю приходит женщина, моет, убирает, пылесосит.
— А постоянную не хотите?
— Нет. Ну это же чужой человек. Мне достаточно приходящей. И то я все время говорю: «Люся, давай побыстрей, это ты оставь, я сама сделаю».
— А кто кормит Вилли Вартановича?
— Только я. Если бы кто-нибудь готовил, муж бы не стал есть. Такой брезгливый человек. Он армянин — правда, московского разлива. Здесь родился и прожил всю жизнь... Даже в ресторане салат не станет есть. Он думает, что это все не вымыто.
— Смеетесь над ним?
— Я сама такая. Когда в гостях у друзей, не отказываюсь от угощения, знаю, что и как делается. А если к не очень хорошим знакомым иду, то ем дома, а там говорю: «Ах, как жалко, что я дома пообедала, просто посижу с вами и выпью вина!»
— Как ваш муж отреагировал на то, что вы не взяли его фамилии?
— Ну он же цивилизованный человек, закончил Институт востоковедения, Академию внешней торговли. Вилли женился на мне, когда мое имя знала вся страна. К тому же у него трудная фамилия — Хштоян. Харитон, Шура, Тимофей... Однажды нам прислали телеграмму, которую я до сих пор храню. Муж долго объяснял людям, пославшим ее, как пишется его фамилия. А они написали — Шасталы (заразительно смеется). Ну почему «Шасталы»? Я не знаю...
— Вы с Вилли Вартановичем довольно поздно познакомились. Боялись, что брак повредит карьере?
— Ну почему, я до этого была замужем. И Вилли был женат. Я очень хорошо и мирно рассталась с первым мужем, театральным актером Володей Шуруповым. Мы поженились, когда заканчивали институт и никто из себя ничего не представлял. И вдруг ему предложили поехать под Свердловск, в закрытый атомный городок. А я только начала сниматься. И сказала: «Володь, ну ты можешь себе представить: я уеду, буду там играть, но кто это будет видеть? Допустим, мы десять лет там проработаем, а потом вернемся. И кому мы будем потом нужны?» Но Володя быстренько собрался. Судья нам сказала: «Вы так разводитесь, как будто брак регистрируете». Такие обстоятельства у нас были, ничего страшного.

Министр обижался, когда предлагала ему свой «Мерседес»

— А за Вилли Вартановичем все же поехали за границу, прервав карьеру на самом взлете.
— У меня уже тогда был багаж ролей. И я думала: «Ну еще одна роль, еще — и что дальше?» А у Вилли так карьера складывалась, что надо было поехать за границу торгпредом, а потом вернуться в Москву, может быть, на более высокую должность. Но все-таки 12 лет ушло. Две большие командировки в Малайзию и Египет.
— Много потеряли?
— Нет. Наш кинематограф всегда, а сейчас, наверное, особенно — соковыжималка. Есть силы — будут тебя давить, пока все соки не выдавят. Мы, профессиональные кинематографические актеры, принадлежали «Мосфильму». У меня была тарифная ставка, я получала одни и те же деньги за любую роль. Не могла договор заключить. Работала только на то, чтобы это проесть, больше ничего. И поэтому делала эстрадные программы, искала окошечки, что-то зарабатывала. Надо отдать должное терпению моего мужа — я все время исчезала из дома. То в Ялту, то в Мурманск. Очень тяжело было.
Поэтому жизнь с Вилли за границей оказалась хрустальной мечтой детства. Я ничего там не делала, потому что жене торгпреда не положено работать. Все остальные женщины рвутся заработать лишнюю копейку, а мне не надо! Да еще и обслуга полагается. Правда, от повара я и там отказалась. Приглашала его, только когда мы устраивали приемы. Это была жизнь звезды, которая должна была быть у меня вообще. А у нас какие звезды? Мы все делали сами — стирали, гладили, готовили, Вилли только привозил продукты. Я должна была все успевать. Доставать одежду, обувь. Сколько морщин на лице образовалось от улыбок продавщице Маше! И уже не знаешь, какой подарок этой Маше сделать, чтобы она тебе приберегла коробку английских ботинок. Так что времена, конечно, и в лучшую сторону изменились... С тех пор у нас много друзей и в Малайзии, и в Египте. Среди них есть и миллионеры. Очень интересные люди. Один из них, Роберт Кок, свой первый доллар заработал, торгуя пирожками с лотка, и до сих пор у него тяга к уличной еде. Эти люди поддерживают отношения с нами просто так, не рассчитывая что-то получить.
— Вас не пытались отговорить от отъезда, удержать?
— Ермаш (председатель Госкомитета СССР по кинематографии. — Н.К.) говорил: «Сейчас будет пятидесятилетие советского кино, как много ты теряешь!» А я ответила: «Очень плохо, что у нас кто успел, тот и съел». Он был недоволен тем, что у меня собственный «Мерседес» с шофером. Когда я ему сказала: «Филипп Тимофеевич, могу вам прислать своего шофера», он надулся как мышь на крупу.
— Что же вы нарушили субординацию? Его обиду можно понять...
— Должность Вилли практически соответствовала его должности, а может, и побольше, поскольку мой муж гораздо умнее, чем Ермаш, был. Приезжает наша кинематографическая делегация за рубеж — никто не знает языка. Я, пока жила в Египте, выучила французский, в Малайзии — английский. Вилли говорит еще и по-ирански. Почему я должна лебезить перед таким министром?
— А вот если б не было влиятельного мужа, может, и заискивали бы...
— Я всегда говорила правду: «Вилли! У нас в Театре киноактера черт знает что творится! Я должна вступить в партию, чтобы на этих партийных собраниях по три часа сидеть! Я же вижу, как все зевают, кто-то читает под столом. Что за тупость?» «Вот поэтому тебе и нельзя вступать в партию», — говорил муж.
— Не каждой актрисе так везет со спутником жизни.
— Во всяком случае, я считаю, что мужчина должен делать карьеру. Не быть жалким. Это женщина может остановиться в какой-то момент. Вот у меня Вилли такой. Он знает, что у него есть обязанности перед дочерью, внуком. Он до сих пор работает и востребован. А женщина может трудиться ради удовольствия и денег, которые она сама же может потратить. Не понимаю девушек, которым лишь бы выскочить замуж. Зачем? Чтобы стирать, готовить и ничего взамен не получать? Да еще рожать детей и выкраивать из бюджета какие-то крохи.
— А надо по расчету выходить?
— Да нет. Ведь за все придется платить. Сейчас девочки озабочены тем, как себя подороже продать. На теннисных турнирах я вижу девушек, озверевших от желания быть замеченными звездой. Потому что теннисисты хорошо зарабатывают. Их столько вьется вокруг спортсменов! Мне жалко Кафельникова, у которого так сложилась личная жизнь. До чего же его довели, если этот человек, уже не мальчик, публично сказал: «Я больше не верю в любовь»!
— Дочери помогаете?
— Дочь с мужем живут отдельно. Детям надо помочь обустроиться. А потом уже — только подарки к празднику. Но они должны быть полезными для семьи или в виде денег. Но я не рассчитываю, что нам с Вилли будут помогать. Пока мы в состоянии сами заработать. Так что все нормально. Дочь окончила Плехановский институт, сейчас работает в отделе кадров одной газеты.
— Вы не хотели более яркой карьеры для дочери?
— Ну что значит «яркая карьера»? А кто будет делать все остальное? Роботы?

Я предлагала Люсьене лечиться от алкоголизма анонимно

— У вас голос совершенно не меняется.
— Это внутренняя энергия сохранилась. Я очень довольна, что у меня есть маленький кусочек земли. Я жду весны. Буду смотреть, как пролезают мои цветы. Мало люблю букеты, потому что они быстро умирают. У меня какая-то вторая жизнь началась после переезда. Моя мама очень любила цветы. Как-то праздновали ее день рождения, и я ей сказала: «Мам, ну что ты все в огороде? Мы сами сходим, все нарвем. Давай я тебе руки помою, а то смотри — под ногтями грязь!» А она мне улыбнулась и говорит: «Доченька, это же не грязь, это земля!» И когда мне Вилли говорит: «Надя, ну почему ты без перчаток — руки же грязные», я отвечаю: «Это не грязь, это земля!» А в перчатках я могу что-то вырвать нужное, повредить.
— Мне кажется, из всех «девчат» у вас самая счастливая судьба...
— Ну почему? А Светлана Дружинина? Очень удачная! Но она к режиссуре тяготела. Если бы меня кто-то подтолкнул, я бы тоже этим занялась. Потому что у меня всегда взгляд был шире, чем на свою роль. Я могла бы, наверное, и преподавать. Но раньше были другие времена. Пока один фильм снимешь — часть жизни как корова языком слизнула, это сейчас пятнадцать серий снимают за пятнадцать дней. А для того чтобы сниматься, я никаких огромных усилий не прилагала. Мне все давалось очень легко.
— А Люсьена Овчинникова (играла в «Девчатах» Катю. — Н.К.), в отличие от вас, при всем своем таланте закончила трагически — спилась и умерла в одиночестве....
— Но это ее вина. Пусть меня простят любящие ее зрители, но ведь нельзя приходить на спектакль и быть неадекватной, так сказать. За это ее и уволили. Я считаю, это слабость человека, а не болезнь — когда нельзя удержаться, чтобы не выпить. Надо иметь честолюбие: взвинтить себя до того, чтобы чего-то добиться.
— В общем, судьба — это характер.
— Конечно! Потом, не понимаю, когда говорят: ах, такой талант, а себя угробил! Да талант — это предрасположение к труду. Он дается Богом, но его надо развить, утвердить и выплеснуть, а не ждать, когда свалится манна небесная. Вот их много талантливых погибло у нас. По собственной инертности. Потому что плыть по течению легче.
— Вы с кем-нибудь дружили из «девчат»?
— Пока снимались, дружила с Люсей. Но она вышла замуж за молодого и, чтобы его удержать, начала пить вместе с ним. А у меня Вилли человек твердый. Он сказал: «Мне жалко, конечно, Люсю, но если так будет продолжаться, мы не можем общаться с ней». И я ей предложила: «Люся, давай я тебя устрою в Институт Сербского анонимно, ты месяц полежишь и выйдешь оттуда здоровым, абсолютно обновленным человеком». И после этого разговора, в тот же день, Люся исчезла. Поменяла квартиру, и я ее не смогла найти. Она меня избегала, стеснялась. А могла бы сказать: «Я не могу и не хочу лечиться». Ведь каждый имеет право жить, как он хочет. Но почему не принять помощь другого? Как говорил Беня Крик, «свинья со свиньей не встречается, а человек с человеком всегда встретится». Может, от моей помощи у нее изменилась бы судьба? Ведь она была бешеного обаяния актриса и на экране, и на сцене. А есть такие актеры, которые все правильно делают, все хорошо, но ты остаешься холодным, как собачий нос.
— Получается, что одного таланта мало.
— Конечно, прежде всего надо иметь в голове немножко серого вещества.
— Возраста не боитесь?
— Никогда не буду подтягиваться. Может, потому что я боюсь хирургических вмешательств. Если из пальца кровь сдаю, то бледнею и нюхаю нашатырь. Я себя комфортно чувствую в своем возрасте. Старение — это естественно. Недаром говорят, что молодость — состояние души. Можно всю жизнь пробурчать. Я восхищалась Татьяной Окуневской, Зоей Федоровой. Отсидеть годы в лагерях — и ни к кому не иметь претензий!
— А у вас стимул по жизни какой?
— Мы живем тогда, когда пользуемся расположением других людей. В одиночестве жить нельзя. Жизнь — это общение. Здесь у меня очень доброе окружение. Обсуждаем, почему у соседей тюльпан вырос, а у меня нет. Я ведь начинающий земледелец.
— Почему же? Вы ведь родились в селе.
— Но я себя сельской жительницей не ощущала. Уехала в Москву, с первого курса стала сниматься. Какое сельское хозяйство? Но своих родителей я очень любила. Они не стеснялись того, что на столе у них была только картошка, которую мама безумно вкусно жарила. Вилли очень любил ее блинчики. А я мужу запрещала их есть, он расположен к полноте. Однажды были в гостях у мамы. Я просыпаюсь в шесть утра и вижу, что Вилли нет. Захожу на кухню — там сидит муж, а перед ним гора блинов, миска сметаны. Говорю: «Мам, ну что же ты делаешь?» — «Ну понимаешь, Вилли любит, а ты ему запрещаешь, мы решили пораньше сделать».
— Сами не расползаетесь и мужу не даете?
— Я ему внушила, что полный человек никогда еще не был здоровым. Хотя некоторых людей полнота красит: такие розовощекие... Но им трудно дышать, трудно устроиться в кресле — зачем это нужно? Я себя сильно не ограничиваю, на диетах не сижу. Но после семи вечера мы никогда не едим. Каждый день делаю зарядку по полчаса — и мужа заставляю. Правда, мой пес мне повредил руку. У нас главные враги — это кошки. Юджин одну заметил и со всей силы рванулся с поводка назад. Сейчас руку разработала, сделала рентген, вроде бы все в порядке. А так до последнего играла в большой теннис с Вилли Вартановичем, с друзьями. Играть научилась еще в Египте. Бываю на «Кубке Кремля». Мы покупаем абонемент. В декабре очень хотела полететь на финал Кубка Дэвиса в Париж, но куда там: если оставлю собаку, потеряю ее.

Надежда Келлер, "Собеседник"

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках, Google+...

Комментарии
Готова ли Россия к выходу Армении из ЕАЭС и ОДКБ?
В Турции раскрыли детали смертельной ссоры россиянина и украинца
Новые подтверждения: США готовились поставить в Крыму флот НАТО
Новые подтверждения: США готовились поставить в Крыму флот НАТО
Новые подтверждения: США готовились поставить в Крыму флот НАТО
Британские СМИ нашли "женщину-убийцу" в деле "Новичок"
Мэй "прогнулась" по российскому вопросу
Белорусы объявили "палачом" Александра Суворова
ФАС не нашла причин для снижения цен на топливо
Белорусы объявили "палачом" Александра Суворова
СМИ Финляндии требуют от Путина вернуть Выборг
Литва скажет Путину и Трампу, как нужно себя вести
СМИ: Русский фанат убил украинца за "Слава Украине!"
Мэй "прогнулась" по российскому вопросу
Новые подтверждения: США готовились поставить в Крыму флот НАТО
Новые подтверждения: США готовились поставить в Крыму флот НАТО
Порошенко велел остановить "провокации России" в Азовском море. Топить будут?
Литва скажет Путину и Трампу, как нужно себя вести
Зачем Бог сотворил мир
СМИ: Русский фанат убил украинца за "Слава Украине!"
Порошенко велел остановить "провокации России" в Азовском море. Топить будут?