Турция в Нагорном Карабахе — участник или посредник

Турция непосредственно вмешивается в Карабахский конфликт, поддерживая Азербайджан, но хочет стать посредником. Почему Россия, по мнению турецких экспертов, не согласилась сделать Турцию сопредседателем в соответствующей Минской группе ОБСЕ? Почему турецкая власть выступает за войну в Карабахе до победного конца? О каких переговорах, тем более — посредничестве, можно говорить при такой позиции?

Как вообще турки относятся к Азербайджану? Как власть и население Турции относится к лозунгу "Одна нация — две страны"? Какова высшая цель пантюркизма? Насколько эти идеи популярны в Турции? На все эти и многие другие вопросы ответил главный редактор "МК-Турция", автор телеграм-канала "Повестка дня Турции" Яшар Ниязбаев.

Читайте начало интервью: Роль Турции в Карабахе

— Яшар, почему Россия не согласилась сделать Турцию сопредседателем Минской группы ОБСЕ по Карабаху, усилить ее роль в мирном урегулировании?

— Потому что Россия не хочет допускать усиления ее влияния в этом, можно сказать, своем заднем дворе — на территории, которая традиционно считается зоной российского влияния. Россия не хочет, чтобы был какой-то новый актор в этом процессе.

По крайней мере, большая часть турецких экспертов так считает, именно так они трактовали результаты переговоров в Москве. Более того, другими изданиями и экспертами было еще сказано, что Россия чуть ли не оттолкнула, не сделала подножку Турции, провела хитрые маневры и просто не пустила Турцию за стол переговоров.

— А если бы пустили Турцию, что бы было? — Просто появилось бы еще одно мнение, переговоры стали бы затягиваться, возможно, вообще ни о чем не договорились бы. Тем более, что Турция — заинтересованное лицо, участник конфликта, во всем полностью поддерживает и даже подстрекает одну сторону. Что дальше?

— Я думаю, тогда здесь действительно позиции Азербайджана усилились бы, и это, конечно, нужно не только ему, но и Турции как региональному игроку, супердержаве региональной, которая играет роль и на Восточном Средиземноморье, и в Сирии, и в Ливии. Все это просто повышает ее статус. Видимо, это — главное.

Не знаю, как бы это помогло и могло ли вообще что-то помочь в решении вопроса, потому что мне кажется, что там сейчас — просто тупиковая ситуация.

Достижение мира или хотя бы перемирия зависит больше не от того, какие страны выступают посредниками, а от того, насколько сами Азербайджан и Армения готовы договариваться, на какие компромиссы готовы идти. В любом случае — это очень трудный вопрос, большая проблема.

— Если лозунг "война до победного конца", то какие могут быть переговоры?… А как население Турции относится к лозунгу "Одна нация — две страны"? Они действительно считают азербайджанцев турками?

— Меня даже удивляет, когда такой вопрос задают, потому что для меня это совершенно очевидно. Потому что я жил в Турции длительное время и знаю, насколько похожи азербайджанский и турецкий языки. Нельзя сказать, как один, но очень похожи.

Я очень хорошо понимаю азербайджанский язык, потому что знаю турецкий, хотя азербайджанский я не учил. Зная русский, например, я не очень понимаю украинский. И у меня возникает ощущение, что эти языки ближе друг другу, чем украинский или белорусский русскому.

Поэтому турки действительно считают азербайджанцев своими без каких-либо "но", уверены, что они — практически одна нация. Это — идеология страны, они даже называют азербайджанцев не азербайджанцами, а тюрками азери.

— А есть ли у них идея, такая тенденция объединения с Азербайджаном?

— Нет, конечно. В Турции такой идеи нет, если только в плане дальнейшего сближения государств, которые уже близки, но могут быть созданы еще какие-то совместные организации, союзы и так далее.

Пантюркизм, неоосманизм, Великая Турция?…

А объединить в одно государство, вряд ли возможно. Это сложно даже с точки зрения географии. Такая идея прямого объединения, слияния, может быть, есть у пантюркистов, каких-то националистических кругов. Это, наверно, нормально для какой-то маленькой части людей, у которых совсем другие категории мышления, другое видение мира.

Но реально я такой идеологии даже не знаю и не сталкивался с тем, чтобы в Турции говорили, что Турция и Азербайджан должны быть одним целым. Просто там подчеркивают, что есть две страны, два государства, а нация — одна.

Чавушоглу говорил, что если понадобится, то будем действовать как одна страна, ваша боль — наша боль. Он сказал это, когда был в Азербайджане. А так, чтобы вы и мы — одна страна, нет, такого никто не говорил.

— А какова вообще идея пантюркизма? Какова высшая цель? И как ее надо достигнуть?

— Я не эксперт по пантюркизму, но знаю людей, которые придерживаются этой идеологии. У них есть понятие "туран".

Туран — это, где тюрки, земля обетованная для тюрок, и если мы все, тюрки, наши страны объединяются, вот тогда это будет такое тюркское государственное единство, одно целое. Но все-таки, наверно, тоже не как государство, а как некое такое объединение.

Они говорят, прежде всего, про Киргизию, Узбекистан, Казахстан, Туркменистан, Азербайджан. Целью пантюркизма является объединить эти тюркские государства, они их так называют. Мы называем тюркоязычные, а они говорят тюркские государства. 

Беседовала Любовь Степушова

К публикации подготовил Юрий Кондратьев

Встройте "Правду.Ру" в свой информационный поток, если хотите получать оперативные комментарии и новости:

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен или в Яндекс.Чат

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google

Также будем рады вам в наших сообществах во ВКонтакте, Фейсбуке, Твиттере, Одноклассниках...