Режиссер "Мечети Парижской Богоматери": Париж пал

Арабское нашествие на Францию. Бессилие и инертность французских властей. Недовольство местного населения и полное бездействие французской полиции. Что происходит во Франции? Об этом "Правде.Ру" рассказал писатель, кинорежиссер, заслуженный деятель искусств РФ, создатель документального фильма "Мечеть Парижской Богоматери" Александр Стефанович.


Арабское нашествие на Францию

— Александр Борисович, вы давно живете во Франции. Вы гражданин Франции?

— Нет, я не гражданин Франции. Я резидент Франции. Но у меня права такие же, как у каждого гражданина Франции, за исключением голосования. В любой момент я могу стать гражданином Франции. Но я хочу оставить за собой российский паспорт, потому что Россию люблю, в России родился, в России я работаю, в России меня знают, тут мои фильмы я снимаю. Хотя и в других странах тоже. Но с Францией, конечно, я связан уже давно. Первый раз я поехал во Францию в 1988 году. А с 1993 года я уже получил вид на жительство и с тех пор одной ногой в Москве, другой — в Париже.

— Расскажите о вашем документальном фильме "Мечеть Парижской Богоматери". Вы его сняли в 2011 году. И он получил много наград. Но я считаю, что его как-то незаслуженно мало посмотрели в России. И сейчас спустя восемь лет он не теряет свою актуальность.

— Это был пророческий в каком-то смысле фильм. В России его не смотрели, потому что это, по-моему, франко-американо-израильское производство. В этих и в близких им странах он был показан с успехом, я считаю, потому что вызвал бурные дискуссии. Собственно, название этого фильма уже говорит, что основным толчком к его созданию был роман русской писательницы Елены Чудиновой "Мечеть Парижской Богоматери".

Сюжет там такой: в 2048 году Франция — это мусульманский анклав, французы вытеснены из всех городов, парижане живут в заброшенном метро внизу. Потому что мусульманские террористы атаковали Париж, взрывали все там. Такой сделан перевертыш.

Французские граждане, вытесненные в это метро, решают выйти наверх и захватить остров Сите, на котором стоит Собор Парижской Богоматери, переименованный в мечеть, и отвоевать его, перекрестить его заново в католический храм и взорвать, потому что перспективы впереди никакой нет. Все равно Франция будет мусульманской. Это сюжет романа.

А фильм построен следующим образом. Первая его часть — это экранизация ключевых сцен этого романа. А потом мы ездили по Франции и всей Европе, говорили с выдающимися политиками, художниками, общественными деятелями, которым задавали один вопрос: как вы думаете, может быть такое или нет: И в большинстве случаев получали ответ: это уже началось или это уже наступило.

— Некоторые даже отказывались давать вам интервью, потому что они боялись преследования.

— Да. К сожалению, французские законы, которые нельзя назвать умными в этом ключе, таковы: вы можете рассказывать анекдоты про русских, немцев, евреев, и это нормально сходит с рук. Если же вы рассказываете анекдот про мусульман, то за это вам грозит наказание, вас потащат в суд.

Абсурд этой ситуации таков, что Марин Ле Пен назвала это второй оккупацией Франции, которая происходит сейчас. И абсурд этой ситуации не в том, что эти люди из другой культуры с другим уровнем интеллекта, наглостью пришли во Францию и захватили ее силой оружия, а французы сами их туда затащили. Понимаете? Вот это серьезная проблема.

Началось это уже давно. Президент Миттеран был либерал и болтун большой, ему не хватало электората, он решил, что откроет шлюзы для людей из бывших французских колоний или заморских департаментов, прежде всего это Алжир, Тунис, Марокко, рядом расположенные через Средиземное море, очень близко от Франции.

В Париж приехали миллионы арабов. Для них были установлены привилегии, специально для них построен был университет, им бесплатно давали квартиры, для них были установлены все социальные льготы. Кончилось это тем, что, конечно, ни за какого Миттерана они не голосовали, а просто осели за Парижем, большое кольцо такое образовалось — арабское кольцо.

В некоторых городах, как, например, в Сен-Дени (это усыпальница французских королей, священнейшее место для любого француза), уже больше 90 процентов населения — выходцы из арабских стран. Мэр — мусульманин. Белые люди просто боятся туда приходить на эту священную для них землю.

Так уже не только за пределами Парижа, потому что Париж устроен весьма своеобразно. Как Садовое кольцо ограничивает центр Москвы, в Париже есть Переферик (большая кольцевая улица), а все, что за пределами Переферик, — это пригороды Парижа, это уже не сам Париж. И там мусульмане имеют свою собственную мэрию, правление и т. д.

Все за пределами этого парижского "Садового кольца" захвачено уже вот этими людьми. Некоторые районы в Париже, которые традиционно были французскими, Монмартр, предположим, где жили все художники, где что ни дом, то Ван Гог, Сальвадор Дали и французские великие художники жили.

А перед ними кварталы захвачены уже людьми некоренной национальности, и они пять раз в день демонстративно молебные коврики расстилают по улицам — по тем улицам, по которым туристы идут к фуникулеру, чтобы подняться на Монмартр. И в ответ на просьбу чуть потесниться слышится: "Это наш город, убирайтесь отсюда". И могут быть большие проблемы. Хотя во Франции туристов за год бывает больше, чем населения. Там 50 миллионов с чем-то населения и больше 60 миллионов туристов.

Когда я снимал эту картину, я неоднократно чувствовал, какое негативное отношение у мусульман было, если их снимают. Понятно, что хорошего про них ничего сказать нельзя. Они даже били машину битами, и мы убегали. Вот такая история.

Читайте продолжение интервью:

Как мусульман сделали хозяевами Европы

Александр Стефанович: либерализм погубил Европу

Беседовала Анжела Якубовская

К публикации подготовил Юрий Кондратьев

Добавьте "Правду.Ру" в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google

Домашнее