Старшеклассники рвут черновики от злости: вместо школы им оставили гонку за баллами

В программе "Точка зрения" независимый аналитик в сфере образования Борис Деревягин объяснил, почему ЕГЭ не стоит отменять полностью. По его мнению, экзамен сделал оценку знаний единой, но усилил стресс школьников и сузил обучение до подготовки к тестам. Эксперт предлагает дополнить ЕГЭ многоразовой сдачей и другими формами оценки.

Почему ЕГЭ постоянно критикуют, но боятся отменить

— Каждый год в России снова звучит один и тот же вопрос — когда отменят ЕГЭ? Кто-то считает этот экзамен главным инструментом справедливого поступления в вуз, кто-то — системой натаскивания, которая превратила школу в многолетнюю подготовку к тестированию. Дискуссия об отмене идёт уже много лет, но государство не только не отказывается от ЕГЭ, а продолжает развивать систему: сохраняются пересдачи и единые правила поступления. При этом власти признают, что любая отмена возможна только при наличии полноценной альтернативы. Если завтра отменить экзамен, что должно появиться вместо него?

Почему вопрос отмены ЕГЭ возникает почти каждый год, но система остаётся, а общество одновременно критикует экзамен и боится его отмены?

— Потому что это стрессовая ситуация. А стрессовая она потому, что фактически нет постепенного приучения обучающихся к экзаменационной обстановке, которая в своё время была в советском образовании, когда люди начинали сдавать экзамены с каждого класса. В каждом классе сдавали по два экзамена, а к десятым классам сдавали экзамены почти по всем предметам. Это действительно были строгие и устные экзамены.

Единственная проблема, которая имела место в советское и постсоветское время с экзаменами, заключалась в том, что требования к учащимся были разные. Уровень оценивания тоже был разный. А ЕГЭ смог сформировать единое образовательное пространство и единую систему оценивания.

Но сам факт, что у нас теперь экзамен только в девятом и одиннадцатом классе — ОГЭ и ЕГЭ, — это стрессовая ситуация. Кроме того, у нас нет системы, в которой человек может подготовиться через пробные попытки. Если бы были созданы соответствующие центры сдачи ОГЭ и ЕГЭ, где человек мог бы несколько раз, один-два раза бесплатно, а затем за сумму, компенсирующую затраты на содержание таких центров, пройти экзамен, это могло бы решить проблему.

По факту ОГЭ и ЕГЭ были сформированы по той же системе, по которой существуют подобные центры тестирования в англосаксонской образовательной традиции. Но на данный момент, поскольку это вопрос федерального центра, вряд ли он доверит такую историю регионам. Поэтому подобные центры, к сожалению, в ближайшее время вряд ли появятся.

Что касается того, почему ЕГЭ хвалят: была создана единая система оценивания. Кроме того, данные о том, что эта система достаточно эффективна, были подтверждены исследованиями. Проводилось изучение результатов обучения по разным направлениям подготовки студентов, и выяснилось, что корреляция достаточно чётко прослеживается. Если у абитуриента был высокий средний балл, в вузе он показывал хорошие результаты. Если балл был в районе 60-80, это была хорошая история. Пятьдесят-шестьдесят пять — средняя. А все, что ниже 50 баллов, уже вызывало вопросы. Так что ЕГЭ, в общем-то, достаточно хитрая система. Она жёсткая, но работает.

Баллы ЕГЭ и дальнейшая судьба школьника

— Вы говорили про стресс, который наваливается на учеников именно к девятому и одиннадцатому классу, а не распределяется через постепенные экзамены в каждом классе. Но дело ведь не только в этом. Теперь количество баллов влияет на дальнейшую жизнь будущего студента: в какой вуз он сможет поступить. То есть вопрос намного шире?

— Да, но здесь дело в простом. Если вспомнить экзамены советского времени, они тоже значительно влияли на человека. Если он учился определённым образом, сдавал экзамены определённым образом, он мог спокойно претендовать на поступление — иногда вообще без экзаменов или только с профильным экзаменом.

Сегодня золотая или серебряная медаль практически не играет значимой роли по сравнению с весом ЕГЭ. Поэтому в каком-то смысле ЕГЭ создал уравнивание процесса обучения. Другой вопрос, что он создал перекос. Если в советское время учили всё, то сейчас часто учат только то, что нужно для ЕГЭ. Это, безусловно, перекос. Такая система не является гармоничной.

Что может заменить экзамен

— Если всё-таки завтра убрать экзамен, что должно появиться вместо него? Возможно ли придумать систему, где оценивались бы не только знания, но и мышление, проектная работа, инициативность ученика? И нужно ли это делать?

— Для этого проектная инициативность должна оцениваться не отдельно от школьной жизни. В советское время было несколько точек оценки:

• прилежание,
• поведение,
• успеваемость
• и чистописание.

Прилежание — это воля, инициативность и т.к д. Поведение — это как раз проектная история: участие в общих инициативах или, наоборот, разрушение всего и вся.

Вопрос в том, чтобы оценить социальное и эмоциональное развитие человека в рамках жизненной ситуации. А жизненная ситуация — это очень длительный процесс. Само проживание школьной жизни, участие в школьных проектах и инициативах — это то, что могло бы отражаться в аттестации и стало бы правильным дополнением.

В своё время была инициатива сделать более-менее равные веса между итоговыми оценками по предметам, аттестатом, олимпиадами и ЕГЭ. Это было бы правильно. Тогда ЕГЭ не играл бы такой ключевой роли, потому что его уравновешивали бы другие инструменты оценивания гражданской зрелости человека по разным параметрам.

ЕГЭ проверяет знания или стратегию сдачи

— Подготовка к сегодняшнему экзамену действительно даёт знания о предмете или больше готовит к правильной стратегии сдачи?

— Это одновременно и то и другое. Исследования, которые проводились, во многом были направлены на выявление недостатков ЕГЭ. Российский совет ректоров изначально был против ЕГЭ и до сих пор является ярым противником этого инструмента. Но даже он был вынужден признать, что экзамен эффективен в оценке знаний по предмету.

Да, есть ошибки, перекосы, неправильные формулировки, когда человек содержательно отвечает правильно, а формально его оценивают иначе. Но в целом инструмент работает.

— То есть не всегда высокий балл является показателем реальных знаний ученика?

— Наоборот, я говорю об обратном. В большинстве случаев высокий балл свидетельствует о значимых знаниях. Просто проявление знаний зависит от формата, в котором их необходимо показать.

Если мы возьмём физика-теоретика и физика-практика, они на одну и ту же проблему будут смотреть по-разному, говорить на разных языках и видеть разные стороны вопроса. Любой инструмент оценивания имеет форму и условность, благодаря которым он что-то выявляет. Это как в физике — невозможно одновременно точно измерить скорость и местоположение элемента. Мы либо одно замеряем, либо другое, но всегда с определённой погрешностью.

Что влияет на высокий результат

— Что на самом деле влияет на хороший результат: способности ребёнка или хорошая подготовка?

— Способности никогда не работают без подготовки.

— А если слабый ребёнок приложит все усилия именно для подготовки к экзамену и на выходе получит хороший результат?

— Если человек на входе обладал невысоким уровнем подготовки, но смог подготовиться, значит, у него была мотивация и способности. Просто к тому моменту, когда он начал готовиться, он по разным причинам не интересовался предметом и не проявлял свои способности.

Если у человека нет способностей, какую бы волю он ни проявлял и какой бы мотивацией ни обладал, он не сможет подготовиться на высокий результат.

Какие навыки школа развивает хуже всего

— Каким навыкам школа сегодня учит хуже всего и можно ли их вообще измерить экзаменом? Вы уже говорили, что дети не подготовлены к стрессовым и внеплановым ситуациям...

— Если говорить о социальных навыках, то известно, что основной навык, которому учит школа, — это дисциплина и умение работать в системе иерархии. Это главный навык.

Коллективное взаимодействие фактически утрачено, не работает и не развивается. Личностный рост, внутреннее развитие — этим, в принципе, и советская школа особенно не занималась. В советское время был хорошо развит социальный интеллект, но эмоциональный интеллект оставался на периферии. Сегодня, если говорить о социальных и эмоциональных навыках, школа выглядит достаточно бедно. Она нацелена на информационный интеллект, жёсткие знания, hard skills.

Для изменения ситуации нужно, чтобы в реальности было возрождено нормальное социальное коллективное взаимодействие, а также индивидуальная работа с учеником. Сейчас этого недостаточно. Даже крупные детские движения не всегда решают задачу настоящего коллективного взаимодействия.

Что нужно делать с ЕГЭ

— На ваш взгляд, полностью отменять экзамен не нужно — его стоит скорректировать?

— Безусловно. Но "немного скорректировать" — это мягко сказано. Необходимо ввести систему многоразовой сдачи, чтобы у людей была возможность проходить соответствующий экзамен не в формате, когда их загоняют и проверяют, а через доступный центр. Человек должен иметь возможность прийти, попробовать, спокойно понять, на каком он уровне, и подготовиться дальше.