Зеленский пригрозил параду — иностранные гости переглянулись, но всё равно прилетели в Москву

В программе "Точка зрения" доцент Финансового университета при Правительстве РФ Дмитрий Журавлёв прокомментировал итоги Парада Победы, вопросы безопасности, роль США в украинском конфликте и перспективы завершения СВО. Также в эфире обсудили позицию Зеленского, отношения России со странами Центральной Азии и будущее Украины.

Парад Победы в усечённом формате

— Прошёл Парад Победы. В этом году формат был заметно усечён: не было курсантов, прохода техники, авиационная часть была минимальной. Даже сама телевизионная картинка была более закрытой, без широких планов. Почему, на ваш взгляд, это произошло?

— Я не могу утверждать наверняка, поскольку не военный специалист. Но мне кажется, дело в системе безопасности. Необходимо было гарантировать безопасность проведения парада. Понятно, что наши противники очень хотели его сорвать. То, что этого не произошло, — наш успех. То, что ради этого пришлось сократить формат, — наши трудности.

Другой вопрос — можно ли было провести парад полностью. Сейчас уже трудно ответить. Возможно, можно было, но проверять не решились. Решили сократить парад, зато провести его спокойно, без эксцессов. Был выбор между сложностями и трудностями — выбрали сложности.

— Что изменилось по сравнению с прошлым годом в сфере безопасности?

— Она стала жёстче. Я так понимаю, что в этом году ожидались украино-европейские дроны на Красной площади. Это моя гипотеза как политолога, не военного эксперта. Но по тому, как проходил парад, очевидно, что такие опасения были.

Роль США и позиция Трампа

— Помощник президента Юрий Ушаков говорил о плотных переговорах с США по поводу перемирия. Можно ли сказать, что слово Трампа стало решающим фактором?

— Если бы слово Трампа было действительно решающим, парад можно было бы проводить хоть два часа. Всё равно ожидали угроз. Потому что Трамп — человек своеобразный, и вес его слов меняется даже в его собственных глазах.

В Соединённых Штатах много людей, которые не поддерживают позицию Трампа по Украине. Вспомните выступление короля Великобритании в конгрессе: его слова о необходимости продолжать войну встретили овацией. Это антитрамповская позиция, но у неё много сторонников в американской политической элите. Эти люди дают Украине сигнал: "Мы с вами".

Если бы США как единое целое сказали: "Война должна закончиться", — она бы давно закончилась. Оружие — американское, деньги — европейские, но Европе нужны американские гарантии. То, что Украина и Европа позволяют себе действовать вопреки позиции Трампа, говорит о том, что он не главный человек в США.

Зеленский как "полезный человек"

— Как вы расцениваете выпады Зеленского перед 9 мая? Он фактически угрожал параду и не советовал иностранным гостям приезжать.

— Он должен показать, что он круче всего мира. Его подбирали за это качество. Он полезный человек, потому что хамит тем, кому надо хамить, и создаёт у европейцев и американцев ощущение, что Украина ещё может победить, что поражение не неизбежно. Поэтому его будут поддерживать до какого-то момента. Потом на него свалят все грехи и привезут кого-нибудь нового.

— Бывшая помощница Зеленского Юлия Мендель обвинила его в коррупции и лжи. Параллельно появились новости об уголовном деле против Ермака. Это начало кампании против нынешней украинской верхушки?

— Вполне возможно. Но такие кампании ведутся постоянно. Вопрос в том, будет ли нанесён последний удар. Зеленский давно уже не власть, но другой власти там тоже нет.

На Западе даже не понимают, кому конкретно давать деньги. Кто их сразу украдёт, а кто хотя бы частично направит по назначению. Во многом поэтому Зеленского терпят: он нелегитимный, непонятный, но хотя бы существует.

Украину жалко, украинский народ жалко. Там очень много хороших людей, которые страдали, страдают и будут страдать из-за того, что страной управляют удивительные чудаки.

"Победа будет за нами"

— Мне запомнилась фраза Путина: "Победа будет за нами". Она прозвучала очень твёрдо.

— Это обращение к сталинской формуле. Я сначала думал, что мне напоминает эта фраза, а потом понял: это же знаменитое "Победа будет за нами". Константин Симонов потом обыграл её в "Двадцати днях без войны". Эта фраза прошла через всю войну, стала своеобразным паролем для своих. Путин её повторил. Молодёжь, может быть, уже не считывает этот смысл, а для старшего поколения это очень чёткий сигнал.

Что считать победой

— А что лично вы считали бы победой?

— Победа может быть только одна — когда мы будем во Львове. Ни с какой Украиной договориться не получится. Слишком долго там вбивали людям мысль, что они защищаются от России. Где бы мы ни остановились: под Киевом, Харьковом, Запорожьем или даже Львовом, — это будет только перемирие. Маршал Фош после Первой мировой сказал о Версальском мире: "Это не мир, а перемирие на 20 лет". И угадал.

Вопрос не в том, чтобы победить Украину. Украина — это во многом наш народ. Нужно победить тех, кто ею правит. Полностью и окончательно. Без денацификации любая победа будет временной.

— Пока денацификация не просматривается.

— Возможно, корни этого дерева уже слишком глубоко ушли в украинское общество. Но без этого победить невозможно. Побить их можно быстро. Но задача не в этом. Поэтому война и затянулась. Во время Великой Отечественной никто не думал о сохранении инфраструктуры или минимизации потерь. Сейчас мы стараемся минимизировать потери с обеих сторон. Потому это и называется специальной военной операцией.

Почему на параде не было техники

— Есть мнение, что техники не было, потому что она вся на фронте.

— Картинку нарисовать мы всегда умели. Думаю, дело опять в безопасности и сокращении времени проведения.

Вспомните парад 7 ноября 1941 года. Тогда авиация просто не смогла взлететь из-за снегопада. Здесь такой погоды не было, поэтому старались сократить время мероприятия. Возможно, поэтому не было курсантов — совсем мальчишек.

Центральная Азия и визит Токаева

— О чём вам говорит присутствие Токаева и Мирзиёева на параде?

— Это интересно, потому что Казахстан и Узбекистан — конкурирующие страны в Центральной Азии. За Казахстаном традиционно стоят англичане, за Узбекистаном сейчас открыто стоят американцы. США прямо заявили, что Узбекистан — их опорная страна в регионе.

При этом обе страны тесно связаны с Россией: там живут миллионы русских. И с нами они связаны, и с Западом.

— Но всё-таки они приехали. Это знак уважения к Путину?

— И уважения к Путину, и понимания перспектив. Они политики и действуют исходя из интересов собственных государств. Это абсолютно правильная позиция.

Армения и западный выбор

— Это не Пашинян, который очень напоминает Зеленского.

— У Армении сейчас фундаментальная проблема: куда идти дальше, к Европе — в надежде получить кусочек благополучия, или оставаться с Россией, которая в своё время спасла их от уничтожения. Пашинян выиграл именно на обещании: "Пойдёте за мной — будете жить как в Европе". Это работает до тех пор, пока люди не понимают, что ошиблись.

Каким будет следующий парад

— Если посмотреть на ситуацию через год, каким будет следующий парад?

— Всё зависит от того, каким будет мир. Но маловероятно, что через год останется Трамп. Скорее всего, союз Украины и Запада станет ещё более жёстким.

Но главный вопрос — сколько останется украинцев. Мне горько это говорить: треть моей семьи жила и живёт на Украине.

Провести большой парад несложно. Сложно обеспечить его безопасность. А угроза, скорее всего, останется.

Угроза дронов

— Меня очень тревожит, что Украина наращивает производство дальнобойных дронов самолётного типа.

— Нам нужно развивать разные типы дронов. Украина использует не только серьёзные аппараты, но и огромное количество дешёвых игрушек. Пока мы будем сбивать мелочь, могут закончиться ресурсы против серьёзных целей. Именно так, по сути, перегружаются системы ПВО. Поэтому нам нужно работать активнее. Мы всё-таки великая военная держава.

Что будет после войны

— Мы уверены, что победим. Но каким будет итог — пока туман войны.

— Я боюсь не столько самой войны, сколько того, что будет после неё. Страна полна яда. Украинцев много лет воспитывали в идеологии ненависти к русским. Договориться на эмоциональном уровне будет очень сложно. Не потому, что украинцы плохие или мы плохие, а потому, что поколениям внушали определённую картину мира.

Россия жила с разными историческими вызовами. Поживёт и с Украиной.

— Наверное, сначала нужно закончить СВО победой, а потом уже решать остальные проблемы.

— Самый простой способ закончить СВО — отправить что-нибудь тяжёлое в сторону Львова. Но мы этого как раз не хотим. У нас другие задачи.

Когда началась СВО, западные посольства были уверены, что через три дня русские будут в Киеве. Но мы остановили наступление и пошли по пути переговоров.

— Как сказал Путин, по просьбе Макрона...

— До этого были Минские соглашения по просьбе Меркель, до этого — договорённости по Януковичу. Мы всё время стараемся никого не обидеть. У нас комплекс отличника: хотим, чтобы нас похвалили.