Кризис с греческого переводится как суд — и сегодня каждая страна планеты держит ответ перед этим судом

В авторской программе спецкора Pravda.Ru Дарьи Асламовой "Горячие точки" доктор экономических наук, профессор Владимир Осипов — о том, почему закрытый Ормузский пролив ударит по каждому жителю планеты, зачем Россия раздаёт зерно бесплатно, как нефтедоллар тихо умер в декабре 2024 года и почему наши ресурсы — это не проклятие, а сокровище.

"Это не победа — это пиррова победа"

— Владимир, пять недель войны. Ормузский пролив закрыт. Брент поднимался выше 120 долларов. Удобрения подорожали на 50 процентов. Как экономист — вы видите уже победителя в этой войне?

— Это пиррова победа — если думать об Иране или о России. Пиррова победа в том смысле, что все понесут очень серьёзные затраты и убытки. Потому что-то, что произошло — это начало эффекта домино. Одна фишка падает и сваливает за собой все остальные. Этот эффект только начинает разворачиваться. Как камень, брошенный в воду, от которого расходятся круги. Последствия этого кризиса будет ощущать весь мир — абсолютно все страны, поголовно. Одна проблема будет тянуть за собой другую. Удар по мировой экономике будет весьма существенным.

— Давайте начнем с логистического шока. Наращивание страховых запасов, удлинение маршрутов, страхование рисков, рост расходов на фрахт (аренду провозной вместимости судов, самолётов, грузовиков).

— По всем этим пунктам затраты растут. Что делает производитель товаров? Он не берёт эти затраты на себя как убыток, не уменьшает прибыль. Он закладывает всё в конечную цену для конечного потребителя. Это и есть инфляция издержек. Дальше центральные банки начинают бороться с инфляцией повышают ключевую ставку. Удорожание кредита означает, что производителям сложнее брать деньги на развитие. Меньше производства — меньше рабочих мест. Выше безработица. Итого: снижение темпов экономического роста вследствие логистических проблем, снижение роста из-за удорожания кредита, высокая безработица. Целый каскад социально-экономических проблем. Для всей планеты.

— Россия в этом каскаде — где?

— В значительно лучшем положении, чем большинство. У нас собственные энергоносители и собственное продовольствие — это две главные составляющие инфляции. Прокормить и обогреть наше население мы можем самостоятельно. Без помощи извне. В Африке, в Юго-Восточной Азии — там всё будет несравнимо тяжелее. В США проблемы тоже будут — но в значительно меньшей мере, чем в беднейших странах.

"На шестьдесят миллионов человек увеличится число голодающих"

— Такер Карлсон заявил: мы идём к глобальной депрессии и голоду. Это не паника, это математика. Давайте разберём математику удобрений. Через Ормузский пролив проходило 45 % мочевины, 30% процентов аммиака, 20% процентов фосфатных удобрений. Сейчас начинается посевной сезон в Северном полушарии. Фермеры меньше внесут удобрений, изменят структуру посева, сократят площади. Мы идём к голоду?

— Вы абсолютно правильно нарисовали всю цепочку. Азотные удобрения необходимо вносить именно при посадке — сразу, при закладке. Они усиливают растения, повышают урожайность. Если удобрений мало — будут сокращать площади и высевать менее требовательные культуры. А пшеница — дорогая культура. Есть два вида хлебов: первая группа — пшеница, рис, ячмень, вторая — кукуруза, гречиха. Плюс в России второй хлеб — картофель.

До 50% мирового производства удобрений было сосредоточено в ближневосточных странах. Чем меньше удобрений внесут сейчас, тем меньше будет урожай. Чем меньше урожай — тем меньше людей смогут купить продовольствие. Это отложенный эффект ближневосточного кризиса.

ООН уже называет цифру — шестьдесят миллионов новых голодающих. И это только прирост. Начнём с того, что один миллиард человек на планете уже сейчас испытывает трудности с доступом к еде. Два миллиарда — с доступом к воде. Любое ухудшение бьёт по этому миллиарду прежде всего. Шестьдесят миллионов новых голодающих — это катастрофа. Россия сейчас помогает странам Африки — поставляет пшеницу и удобрения бесплатно, выполняет гуманитарную миссию. Помогла Кубе. Если бы у нас самих были проблемы, — мы бы не смогли помочь.

— Но мы мало пиарим свою помощь.

— Мало. Плакаты маловаты, согласен. Есть мнение, что о благотворительности нужно молчать. Но это тот самый случай, когда на площадках ООН везде и всюду должно быть об этом заявлено. Громко. Индия, кстати, сейчас снова возвращается к расширению сотрудничества с Россией после небольшого охлаждения под давлением США. Индийцы поняли, в чьи лапы могут попасть. Поняли, что могут превратиться в колонию. Им это наглядно объяснил заместитель Госсекретаря США: мы однажды уже помогли Китаю стать мощной державой, второй раз мы такого не допустим. Индия такая: опа! Программа премьер-министра Моди к 2047 году предусматривала вывод страны в развитые государства. А теперь выясняется — экономического чуда им не дадут.

"Пусть через Ормузский пролив почувствуют, каково жить без газа и нефти"

— Министр иностранных дел Сингапура назвал происходящее азиатским кризисом. В Индии газовый баллончик, на котором семья готовит еду, с субсидиями стоит 60 рупий — а на рынке уже 913! Люди часами стоят в очередях, чтобы купить газ. Многие уже готовят на древесном угле. Как Азия теперь будет смотреть на Россию?

— Мы достаточно долго вели не совсем правильную политику — пытались пристроить наши объёмы энергоресурсов. А оказалось — надо было выдавать лицензии на их покупку. Ограничивать покупателей в возможностях приобрести. В девяностые годы говорили о ресурсном проклятии, о нефтяной игле. А посмотрите теперь, как США сами пытаются сесть на нефтяную иглу — и делают это усиленно. Наши нефть и газ — это невероятное богатство, сокровище. Хочешь торговать с нами — получи доступ к ресурсам. Хочешь объяснять нам про права человека и пропаганду непонятных мерзостей — оставайся со своими мерзостями. Мы подумаем, стоит ли тебе продавать.

Наш президент говорил о том, нужно ли продавать газ и нефть в Европу, когда та хлопает дверью. И это было правильно. Я бы поддержал президента в этой части и прекратил бы уже сегодня поставки. Пусть сейчас через закрытый Ормузский пролив почувствуют, каково жить без газа и без нефти. Это лучший урок, который можно преподать. Что касается Азии — Вьетнам прислал премьера в Москву, очевидно не конфеты покупать, речь об энергоресурсах. Филиппины, Сингапур говорят о желании покупать наши ресурсы. Пожалуйста, нет вопросов. Но тогда, будьте любезны — уважительно относитесь к Российской Федерации. Если не уважаете — большой привет семье, нам есть куда продать. Если хочешь кланяться США и быть у них на побегушках — ну, пожалуйста. Если человек хочет быть рабом — это его счастье.

"Нам надо не радоваться чужим разрешениям, а выдавать свои"

— Среди нашей элиты я вижу какую-то детскую радость: ах, США сняли с нас санкции на месяц, как замечательно. Мировая держава радуется, что кто-то ей что-то разрешил. Это неприлично.

— Тут важна точность формулировки. США не нам разрешили продавать — они разрешили Индии и Китаю покупать. Это их внутреннее решение. Мы продавали всё это время. С декабря 2023 года рынок нефти и газа находится в серой зоне — кто кому сколько, по какой цене, каким образом, никто не должен знать. Желающих купить наши ресурсы всегда будет хоть отбавляй. Всегда. Вопрос только в том, готовы ли покупатели пресмыкаться перед США в надежде получить разрешение — или готовы сказать американцам: дорогие друзья, вы классные ребята, но вот там, на своём континенте, занимайтесь своими делами, а нам не мешайте.

— И вот этот кризис — он как раз момент такого выбора?

— Именно. С китайского языка кризис переводится как водораздел — черта, момент, когда надо определиться. Есть возможность выйти победителем или умереть. С греческого кризис — суд. Момент суда. И вот сегодня все должны определиться. Китай в Совете Безопасности ООН действовал вместе с нами — абсолютно согласованная позиция по ближневосточному кризису. Китай всегда был последователен в отношении России. Когда закрылся Ормузский пролив, а 40 процентов китайской нефти шло оттуда, Россия тут же подключилась и помогла решить проблему. Мы не видим топливного кризиса в Китае. Вот что такое реальное стратегическое партнёрство.

— Но ведь и Китай капризничал — долго торговался по цене второй трубы: газопровода "Сила Сибири-2".

— Справедливо. Но и мы не ангелы в переговорах — предъявляем требования, когда Китай завозит к нам автомобили. Это не капризы — это рынок, это торговля. Два соседа, два стратегических партнёра — но и два рыночных игрока. Мы не единая держава. Будем честными. И это не противоречие — честность отношений. Те страны, которые хотят присоединиться к нашему партнёрству и развиваться самостоятельно, а не под политическим гнётом — милости просим.

"Нефтедоллар умер в декабре 2024 года"

— В связи с войной против Ирана всё чаще говорят о переходе с нефтедоллара на нефтеюань. Это реально или просто разговоры?

— Нефтеюань уже появился. Это свершившийся факт. Появился в декабре 2024 года, когда председатель КНР Си Цзиньпин с государственным визитом посетил Саудовскую Аравию. И произошло это через несколько месяцев после окончания двустороннего соглашения между США и Королевством Саудовская Аравия, которое действовало пятьдесят лет. Суть соглашения: Саудовская Аравия продаёт нефть за доллары — США обеспечивают её безопасность. Это соглашение закончилось. Ни Байден, ни саудиты не выразили желания его продлевать. Китай воспользовался ситуацией — председатель съездил с государственным визитом, встретился с наследным принцем Мухаммедом — и они договорились о продаже нефти за юани. Сегодня это уже реальность, не разговоры.

— Но юань не является свободно конвертируемой валютой.

— Курс под контролем Народного Банка Китая — это правда. Но юань вошёл в корзину МВФ по специальным правам заимствования. Это серьёзно. В двусторонней торговле стран БРИКС китайский юань активно используется — Китай торгует за юани с Россией, Бразилией, ЮАР. Это эволюционный процесс, он не решается щелчком пальцев. Пока все участники привыкнут к юаню как к надёжной валюте — пройдёт время. Но направление определено. Нефтедоллар как монополия — умер тихо, в декабре 2024 года, пока все смотрели в другую сторону.

— И что это означает для мировой финансовой системы?

— Это означает, что мир постепенно переходит к многополярной валютной системе. Это не революция за одну ночь — это эволюция. Но вектор задан. Те страны, которые понимают этот вектор и выстраиваются вдоль него — выиграют. Те, кто цепляется за старый миропорядок из страха или по привычке — проиграют. Вот и весь ответ на вопрос, кто победитель в этой экономической войне. Не тот, кто больше бомбит. А тот, кто правильно читает момент. Кризис — водораздел. Момент суда. Время определяться.