В программе "Точка зрения" врач-нарколог, психиатр Василий Шуров объясняет, почему запретительные меры против алкоголя часто не работают. Он рассказывает о причинах зависимости, роли семьи и том, какие подходы действительно помогают снизить уровень пьянства и вернуть человека к нормальной жизни.
— Сегодня мы поговорим о необычном способе борьбы с чрезмерным употреблением алкоголя в Таиланде. Там перед покупкой спиртного нужно пройти экспресс-проверку на трезвость: коснуться носа с закрытыми глазами, пройти по прямой и постоять на одной ноге. Если человек не справляется — алкоголь ему не продадут. Насколько такие меры эффективны?
— В России спрос на алкоголь — очень стабильный. Даже если компания собирается выпивать, они найдут кого-то трезвого и отправят его за покупкой. Более того, если человеку в состоянии опьянения откажут, есть риск агрессии — такие истории происходят регулярно.
Есть и другая проблема — на каком основании отказывать? Состояние опьянения не является преступлением. А если у человека неврологическое заболевание или проблемы с координацией? Критерии крайне размыты.
— То есть подобные тесты нельзя считать объективными?
— Конечно. Единственный точный способ определить степень опьянения — это алкотестер. Человек может быть уставшим, пожилым или иметь проблемы с вестибулярным аппаратом. Просить его стоять на одной ноге — это просто нелепо.
— Могут ли такие меры привести к конфликтам?
— Уже сейчас мы видим агрессию при проверке паспортов. Хотя это закон, каждый второй реагирует негативно. А если человек выпил — можно представить, к чему это приведёт.
— Но паспорт — это закон, а здесь тесты, которые могут казаться произвольными.
— Именно. Даже закон не всегда соблюдается без конфликтов, а здесь ситуация будет ещё хуже.
— Насколько вообще важно ограничивать доступ к алкоголю в момент покупки?
— Это не принципиально. Пока мы не работаем с причинами, ничего не изменится. Алкоголь остаётся частью культуры: праздник, расслабление, общение. Пока он воспринимается как норма — спрос будет высоким.
— А если всё же ужесточить меры?
— Это приведёт к росту нелегального рынка. Люди просто найдут другие способы. Уже сейчас алкоголь можно купить в любое время — через знакомых, доставку, "из-под полы". Такие ограничения бьют только по законопослушным.
— Вы говорили, что молодёжь стала меньше пить. С чем это связано?
— Во многом с цифровыми технологиями. Государство активно занимается профилактикой, развивается спортивная инфраструктура, появляются секции, площадки. Подростков вовлекают в активную жизнь.
Кроме того, интернет даёт доступ к информации: на любой аргумент в пользу алкоголя можно найти множество опровержений.
— Какие ещё меры могут снизить уровень злоупотребления?
— Нужно усиливать наркологическую помощь. Например, в Белоруссии родственники могут инициировать принудительное лечение. Это создаёт реальные последствия, и люди начинают задумываться.
Важно работать на всех этапах:
Потому что после лечения человек часто оказывается стигматизированным и ему сложно вернуться к нормальной жизни.
— Правда ли, что человек с зависимостью не осознаёт проблему?
— Да, отрицание — ключевой симптом. Поэтому мы часто работаем не с самим пациентом, а с его родственниками. Они нередко потакают, помогают, тем самым лишая человека последствий.
Пока семья не поставит жёсткие условия — ничего не изменится. Это называется "жёсткая любовь": либо лечение, либо человек остаётся один на один со своими проблемами.
— Но человек может не реагировать даже на давление. Когда он понимает, что достиг дна?
— Обычно это серьёзные кризисы:
Алкоголизм разрушает все сферы жизни — не бывает "гармоничных" алкоголиков.
— Почему человек не воспринимает проблему, даже если пьёт регулярно?
— Потому что это уже болезнь. На определённой стадии алкоголь становится необходимостью: если не выпьет — будет хуже физически. Это уже зависимость, где алкоголь перестаёт быть "другом" и становится "хозяином".
— Можно ли принудительно лечить таких людей?
— Только в крайних случаях — при угрозе жизни или после правонарушений. В остальных ситуациях необходимо добровольное согласие. Основная работа — через семью и создание условий, при которых человек вынужден принять решение.
— Если с человеком в состоянии опьянения что-то случилось, скорая поможет?
— Конечно. Помощь оказывается всем. Даже если человек просто пьян и замёрз на улице, его всё равно доставят в больницу. Именно поэтому возрождаются вытрезвители — медицинские койки слишком дорогие.
— Кто в итоге несёт ответственность — сам человек или его близкие?
— Ответственность остаётся за человеком. Но семья страдает вместе с ним:
Поэтому она вынуждена вмешиваться.
Важно не брать на себя чужую ответственность, но и не закрывать глаза на проблему. Нужно показывать человеку последствия и направлять его к лечению.
— Если человек пьёт, например, раз в неделю — это уже проблема?
— Возникает простой вопрос — зачем? Это вещество разрушает организм. Даже если человек живёт "нормально", он уже находится в зоне риска. Мы не знаем, когда это станет регулярной зависимостью.
— Алкогольная зависимость — это психологическая или физическая проблема?
— Это комплекс:
На уровне мозга происходят изменения, а на уровне личности — деградация. Я не видел ни одного человека, который стал лучше из-за алкоголя.
— После лечения люди действительно перестают пить?
— Если человек прошёл полноценный курс, у него есть все инструменты. Срывы возможны, но это часть процесса — обратная связь. Главное, что он уже не вернётся к прежнему образу жизни.
Меняется система ценностей: вместо алкоголя — трезвость, новые интересы, новые смыслы. И возвращаться назад становится страшно.