В программе "Точка зрения" заместитель генерального директора Института национальной энергетики, главный редактор портала "ИнфоТЭК" Александр Фролов объясняет, почему бензин в России продолжит дорожать. Эксперт разбирает, как формируются цены, и оценивает влияние событий на Ближнем Востоке на внутренний рынок топлива.
— В мире сейчас наблюдается паника из-за закрытия Ормузского пролива: в ряде стран растут цены на топливо и даже возникают перебои. Есть ли риски для России?
— Если говорить о ценах, могу сразу всех "успокоить": они будут расти. Обязательно — независимо от того, будет ли конфликт на Ближнем Востоке, или нет.
У нас иная система ценообразования, чем в США или ЕС. В США примерно половина цены бензина — это нефть, поэтому любые колебания котировок быстро отражаются на цене топлива. Из-за этого цены там могут меняться в разы в течение года.
В России ситуация другая: около 70% розничной цены — это налоги. Акцизы ежегодно растут и заложены в каждый литр топлива. Их задача — финансировать дорожные фонды: чем больше ездишь, тем больше платишь за износ дорог.
При этом сама нефть занимает в цене всего около 10-12%, да ещё и считается в рублях. Поэтому даже если нефть дешевеет в долларах, в рублях она может не меняться или даже дорожать.
В итоге у нас нет прямой зависимости между биржевой ценой нефти и стоимостью бензина. Рынок частично регулируется: цены растут, но в рамках определённых ограничений.
— Но при этом бензин всё равно дорожает быстрее инфляции.
— Да, это так. Но регулирование касается не всех видов топлива — в основном массовых марок, вроде АИ-92 и АИ-95. Премиальные виды и, например, бензин АИ-100 могут дорожать заметнее. В прошлом году он вырос примерно на 20%, хотя занимает всего около 2% рынка, но влияет на статистику.
— Есть ещё одна особенность: иногда розничные цены оказываются ниже оптовых. Такое бывало в последние годы. Некоторое время компании терпят убытки, а потом резко повышают цены.
При этом в одном городе можно увидеть разные цены: у крупных сетей — ниже, у независимых АЗС — выше. Это тоже влияет на среднюю статистику.
— А за счёт чего тогда заправки покрывают убытки?
— Иногда они действительно продают топливо в убыток. Крупные сети частично компенсируют это за счёт демпферного механизма — государство возвращает им часть налогов.
Независимые АЗС такого механизма не имеют, поэтому они удерживают цены ради трафика. Человек приезжает заправиться, но заодно покупает кофе, воду, еду. И вот именно сопутствующие продажи приносят прибыль — иногда большую, чем сама заправка.
— Вернёмся к Ближнему Востоку — повлияет ли ситуация на наш рынок?
— Напрямую — нет. Россия профицитна по топливу в отличие от Европы и США. Если правительство увидит, что топлива на внутреннем рынке не хватает, оно может ограничить экспорт, как это уже делалось. Сейчас ограничения уже действуют, хотя и частично. Полный запрет невозможен: у производителей просто не хватит мощностей для хранения избыточного топлива.
Проблемы внутреннего рынка у нас связаны не с внешними факторами, а с логистикой. Не хватает хранилищ и транспортных мощностей, особенно в периоды пикового спроса, например, летом на юге. Спрос там резко растёт, потому что люди едут на отдых на автомобилях. А железная дорога и инфраструктура не могут бесконечно наращивать объёмы поставок.
— Возможен ли ажиотаж на бирже и резкий рост цен?
— Ажиотажный спрос будет, безусловно. Но меры, принятые в последние годы, не позволят ситуации выйти из-под контроля.
Демпферный механизм тоже не даёт бесконечно перекладывать рост экспортных цен на внутренний рынок. Более того, государство регулярно корректирует его параметры.
— Какого роста цен вы ожидаете?
— Я бы ориентировался на 5-10% в течение года — примерно как в прошлом году.
Дизель, скорее всего, будет дорожать медленнее бензина, потому что уже показал опережающий рост ранее. Основной рост ожидается в сегменте массовых бензинов.
Если цена топлива становится критичной, можно рассмотреть газомоторное топливо — пропан-бутан. Оно полностью зависит от биржи и может сильно колебаться, но иногда оказывается дешевле. Есть также возможность перевода автомобиля на газ, включая поддержку от государства.
— Некоторые думают, что можно перейти на электромобили, но это не панацея. Если заряжаться на быстрых станциях, стоимость поездки будет сопоставима с бензином, а иногда даже выше, чем у дизеля. Кроме того, тарифы на электроэнергию тоже растут и будут индексироваться.