Казахский оброк: Трамп выставил Токаеву этот счёт за спасение власти в январе 2022 года

В программе "Точка зрения" заведующий отдела Средней Азии и Казахстана Институт стран СНГ, кандидат исторических наук Андрей Грозин комментирует возможное участие Казахстана в инициативах Дональда Трампа по Газе. Речь идёт о миротворцах, финансовой помощи, давлении США и рисках для внутренней стабильности страны.

Казахстан и "Совет мира" Трампа: что стоит за инициативой по Газе

— Недавно появилась информация, что Казахстан в рамках так называемого "Совета мира" Дональда Трампа намерен направить в Газу свой контингент (пока без уточнения численности) для наблюдения за порядком, а также выделить 1 млрд долларов на реконструкцию. Это уже не просто гуманитарная помощь, а фактическое втягивание в конфликт Палестины и Израиля. Как вы оцениваете такие действия?

— Пока заявления о том, что казахстанские военные окажутся в составе неких объединённых полицейских сил в Газе, официально Астаной не подтверждаются. Это определённые утечки. То же касается и денег. Но, скорее всего, по финансовой части Трампу удалось надавить и на Ташкент, и на Астану — в отличие от Баку. Азербайджан на официальном уровне через МИД заявил, что никаких денег не будет.

Казахи и узбеки, видимо, всё же будут платить. Токаев на этом мероприятии заявил, что Казахстан направит в Газу медиков, наблюдателей, полевой госпиталь — в составе неких международных сил стабилизации. Он также пообещал 500 образовательных грантов для палестинцев — для обучения в Казахстане на неопределённых условиях. Кроме того, предложил учредить специальную награду Совета мира имени Дональда Трампа и в целом выступил с комплиментарной речью в его адрес.

Ирония ситуации от международных наблюдателей не ускользнула. Главный вопрос — что Казахстан получит взамен всех этих обещаний: стипендий, солдат, денег? Казахстанские наблюдатели ограничены в возможности задавать вопросы руководству, но социальные сети переполнены недоумением.

Обсуждается и то, что Казахстан собирается строить три школы в Газе. При этом в прошлом году было подписано соглашение с Россией о строительстве трёх школ уже в Казахстане. Логичный вопрос — не проще ли было вложить деньги в развитие собственной инфраструктуры? И возможное военное участие вызывает серьёзную оторопь.

"Это будет напоминать оккупацию"

— Некоторые говорят, что это содействие оккупации Газы. Вы согласны с такой оценкой?

— Формально — да. Казахстанские миротворцы ранее находились под эгидой ООН на Голанских высотах. После того как Израиль жёстко и, на мой взгляд, непропорционально ответил на нападение на своих граждан и занял значительную часть сирийской территории, казахстанский контингент себя никак не проявил — военные фактически оставались на своих объектах.

Казахстанские миротворцы присутствовали также в Афганистане (небольшим сапёрным подразделением) и в других регионах. Но это были миссии ООН, которые можно объяснить с точки зрения международного права.

А вот "Совет мира" — структура, крайне странная, не имеющая чёткого правового статуса даже в США. Американские конгрессмены и сенаторы, в том числе не только демократы, задаются вопросом — что это за организация? Она не прописана в законодательстве. Тем более не понятно, как её деятельность будет соотноситься с международным правом. Кто будут эти американские, казахстанские, албанские, марокканские силы в Газе? Каков их статус? Кто их уполномочил? Дональд Трамп? Это сомнительно.

Фактически это будет напоминать оккупацию и попытку решить израильские проблемы руками формально мусульманских государств. Среди предполагаемых участников — страны с доминирующим исламом, от Косова до Казахстана. Это рискованная ситуация: казахстанских военных могут столкнуть с единоверцами и их руками решать задачи, не имеющие отношения к интересам палестинцев.

Если оттуда пойдут гробы, у Токаева возникнут серьёзные внутренние проблемы. После января 2022 года его позиции укрепились, но не до конца. Идёт конституционная реформа, перестройка парламента, встаёт вопрос о транзите власти — в 2029 году он должен уйти, а повторное избрание невозможно.

Если к внутренним нерешённым вопросам добавятся потери в столкновениях с боевиками ХАМАС, ситуация может осложниться. Вряд ли ХАМАС, увидев казахстанских миротворцев, начнёт сдавать оружие. Скорее всего, будет стрелять. При ограниченной численности и сомнительной подготовке потери могут оказаться значительными. Тогда перед Токаевым встанет дилемма: продолжать идти на уступки Трампу (платить, обещать медали и солдат) или действовать в интересах своей страны.

Узбекистан, кстати, своих солдат не предложил. По финансам тоже не всё ясно. В Ташкенте не спешат напрямую вписываться в эту сомнительную миссию.

Давление через нефтепровод?

— Может ли это быть связано с давлением через Каспийский трубопроводный консорциум (КТК)? Появлялась информация, что Трамп предостерёг ВСУ от ударов по инфраструктуре. Не является ли это инструментом давления на Казахстан?

— Это один из вариантов, но не основной. Основные потери от ударов по инфраструктуре КТК несут не казахстанский бюджет, а западные корпорации. После добычи нефть становится собственностью консорциумов во главе с западными компаниями, прежде всего американскими, такими как Chevron. Они платят налоги Казахстану, осуществляют транзит через Россию, но при ударах по инфраструктуре именно они теряют больше всего — сокращают добычу, замораживают поставки. Косвенно теряет и казахстанский бюджет, поскольку уменьшаются выплаты по соглашениям о разделе продукции, заключённым в 1990-е годы на выгодных для западных компаний условиях.

Демарш госдепа в адрес Украины, вероятно, связан с лоббистами американских транснациональных корпораций: бить по собственным экономическим интересам — неудобно.

— Всё-таки достучались до Трампа?

— Да, не сразу, но достучались. Это неприятно, когда твой союзник наносит ущерб твоим же экономическим интересам.

Казахстан тоже понёс потери: бюджет недополучает средства, приходится сокращать расходы — на социальную сферу, оборону, проекты развития. Но давление на Токаева объясняется не только нефтяной зависимостью. В январе 2022 года ему наглядно продемонстрировали уязвимость его позиций. Использовать инструменты цветных революций не так уж сложно.

После этого и в Ташкенте, и в Астане начали обещать миллиарды на закупки локомотивов, самолётов, на инвестиции в проекты, которые в итоге создадут рабочие места в США. Их напугали — и они уступили.

Позиция России и геополитические пределы

— Есть ли у России позиция по этому вопросу? Не выглядит ли это как перетягивание Казахстана в орбиту США?

— А что мы можем? Токаевы приходят и уходят, а казахстанский народ остаётся. Мы не можем вмешиваться в отношения Токаева и Трампа. Это суверенное право Казахстана.

Официально усиление американских позиций в Казахстане: в энергетике, добыче редкоземельных металлов, — нам не нравится. Не нравится это и Китаю. Но ни Москва, ни Пекин публично критиковать не будут. Мир динамичен.

Казахстан — континентальное государство между Россией, Китаем и исламским миром. В США он не уедет. Да, можно купить компании, скважины, будущие рудники, создать структуры. Но география остаётся прежней.

— Про Украину тоже когда-то говорили, что она никуда не уедет.

— Посмотрите на карту. Украина имеет выход к Европе, её поддерживает Запад. Казахстан же глубоко внутри континента. Центральная Азия — регион государств, многие из которых сами не имеют выхода к морю. Даже если редкоземельные металлы пойдут по так называемому срединному коридору через Каспий, это будет возможно лишь до определённых пределов — и с учётом военно-политических факторов.

— Будем надеяться, что география сыграет свою роль.

— Казахстан продолжает свою многовекторную политику. Они ведут себя как всегда.