Бросил пить без кодировок — результат удивил даже близких

В авторской программе главного редактора Pravda.Ru Инны Новиковой "Клуб главного редактора" нарколог, специалист по реабилитации наркоманов и алкоголиков, геронтолог, биофизик Яков Маршак рассказывает о личном пути преодоления алкогольной зависимости и о том, как формируется устойчивая трезвость.

В разговоре он объясняет роль нейрофизиологии, поведения и внутренних изменений, делится опытом реабилитации, программы "Двенадцать шагов" и многолетней практики помощи зависимым людям.

Читайте начало интервью: Алкоголизм связан с генетической чувствительностью к дофамину — нарколог Маршак

Личный опыт и путь в науку зависимости

— Я на свои деньги купил небольшую PCR-лабораторию. PCR — это полимеразная цепная реакция. Мы стали типировать четыре гена — из всех белков выбрали четыре главных, по которым уже тогда было доказано влияние на регуляцию.

Мы не только узнавали особенности конкретного человека, почему он попал в зависимость, но и компенсировали эти нарушения. Мы знали, как корректировать их безопасными веществами, без побочных эффектов, в широком диапазоне доз, точно подстраивая и исправляя регуляцию.

Человек начинал чувствовать себя значительно лучше. Когда-то я и сам на себе сделал открытие, как освободиться от патологических зависимостей. Сейчас мне скоро 80 лет, а когда мне было 25, у меня развился алкоголизм.

У меня три образования. Первое образование — мехмат МГУ. Я пошёл работать математиком в Институт неврологии Академии медицинских наук, занимался распознаванием в электроэнцефалографии. Но параллельно была университетская жизнь: встречи, выпивка. В итоге я уже не мог не пить, и это очень мешало работе.

В какой-то момент меня попросили помочь врачам с исследованием: у них были данные, но они не понимали, что с ними делать. Я поставил задачу из области проверки статистических гипотез и дал решение. Мы договорились встретиться в понедельник в 12 часов.

— Это вам было 25 лет?

— Да. Всё происходило в этом же институте. Я договорился о встрече с молодым врачом. А накануне, в субботу, была вечеринка — я выпил около 800 миллилитров чистого спирта. Всё воскресенье был болен и всё равно пришёл на встречу.

К тому времени организм был "натренирован": работала микросомальная этанолокисляющая система печени, которая быстро перерабатывала алкоголь. Но на встрече мне было ужасно плохо — я не мог ничего понять. И она это увидела.

Момент перелома

— И в этот момент меня словно молнией ударило. Я вдруг осознал, кто я. У меня выдающиеся родственники: один дед — Самуил Яковлевич, другой — академик Намёткин, создатель отечественной нефтехимии. А кем являюсь я сам?

Я сказал себе: "С этого момента — ни капли алкоголя". Вернулся домой: никого нет, жена на работе, ребёнок с няней в парке. А у меня, как у любого алкоголика, есть заначка — бутылка коньяка за книгами.

Я дал себе слово, но меня буквально тянуло к этой бутылке. Это было страшно. Что меня спасло? Я пошёл под прохладный душ, чтобы сбить это вожделение. Потом сел на коврик. Я уже четыре месяца занимался тогда ещё запрещённой йогой. Сделал комплекс, лёг в шавасану, в релаксацию. И вдруг понял: я могу не выпить. Час назад это было невозможно, а теперь я был свободен. Я сформулировал это так: когда тебе хорошо, у тебя появляется возможность трезвого выбора.

Шесть лет подряд, ни разу не пропуская, с шести до семи утра я делал этот комплекс. Я стал счастливым человеком. Закрыл все рабочие долги, помог трём врачам с диссертациями. Всё изменилось.

Почему большинству так не везёт

— Вам повезло: вы осознали и нашли метод. Но многим так не везёт.

— Да, "тюкнуло по затылку". Но большинство реабилитационных центров не имеют реальных методов. Там просто удерживают людей от употребления месяцами. Это даёт лишь временный эффект.

Злоупотребление — алкоголем или сладким — меняет нейрохимию мозга. Геном управляется факторами транскрипции — белками, которые определяют, какие гены активируются. Около 90% генов связаны именно с этим.

Есть фактор транскрипции фос-B, который превращается в дельта-фос-B и "застревает". Пока он активен, человеку плохо, и ему нужен быстрый удовлетворитель. Если выдержать время трезвости, он исчезает, но это лишь часть проблемы.

Трезвость как навык и тренировка

— Нужен специальный путь трезвости. Во-первых, нейрохимическое восстановление — тренировка систем, которые дают ощущение счастья.

Древняя индийская культура создала для этого йогу. Её цель — независимость от внешних обстоятельств, от сансары. Воспитывается состояние "сат-чит-ананда", где "ананда" — это блаженство. Когда тебе настолько хорошо, что обиды перестают иметь значение. Ты даже жалеешь того, кто тебя обижает, потому что понимаешь: ему плохо.

— Но работа, стресс, усталость…

— Есть эндогенные депрессии — по внутренним причинам, и реактивные — по внешним. Потеря близкого человека может надолго ввергнуть в депрессию. Долгая депрессия ведёт либо к суициду, либо к употреблению быстрых удовлетворителей. Человеку плохо — он выпил, и стало легче. Так формируется алкоголизм. По тем же причинам тигр прыгает в огненное кольцо.

Талант, уязвимость и зависимости

— Не все тигры поддаются дрессировке?

— Все, если делать переход из плохого состояния в хорошее. Но есть люди, у которых изначально внутри плохо. Часто это яркие, талантливые люди.

Генри Гейн находил счастье в стихах. Но многие гении были алкоголиками: Мусоргский, Высоцкий.

Я встречался в США с антиалкогольным гуру доктором Джеймсом Майлом. Он говорил: "Большинство людей, проживших яркую жизнь, с рождения страдают синдромом неудовлетворённости. Им постоянно нужно напряжение — в математике, искусстве, творчестве".

Я знал художника Анатолия Зверева. Он был гением и алкоголиком. Его поддерживали, кормили, давали жильё, а он рисовал.

Яркие люди более уязвимы. Внутренние мучения толкают их к быстрым удовлетворителям: азарт, экстремальный спорт, риск.

Брейнбилдинг и реабилитация

— Есть ли способы помочь таким людям?

— Я понял, как это делать. Как есть бодибилдинг для мышц, так я разработал три метода брейнбилдинга — тренировки функциональных структур мозга.

Эти методы помогают формировать чувство покоя, восторга от активности и справляться с тревожностью. Многие страдают тревожными депрессиями, паническими состояниями. Височные центры тревоги начинают работать избыточно — их нужно учить не возбуждаться понапрасну.

Как привести человека к лечению

— Проблема в том, чтобы люди захотели прийти.

— Это лень — делать упражнения. Клиники у меня сейчас нет. Но есть ученик, бывший зависимый, который организовал реабилитационный центр и работает по моей методике.

— Туда приходят те, кто сам захотел?

— Не совсем. Есть метод интервенции, распространённый в США. Специалист-интервенционист работает с семьёй и выстраивает индивидуальный сценарий убеждения. После этого человек соглашается лечиться, его сразу везут в центр.

Если он продолжает делать то, чему его научили, он остаётся трезвым и счастливым. У меня самого — 55 лет трезвости.

Двенадцать шагов и внутренняя перестройка

— В основе — три направления.

1. Первое: нейрофизиология, обучение внутреннему счастью — ананде.
2. Второе: переобучение сознания, отказ от навязчивой охоты за наркотиком.
3. Третье — программа "Двенадцать шагов", созданная в 1935 году двумя алкоголиками. Это не просто психологическая система. Она работает, только если приносит удовлетворение.

Человек приходит на собрание уставшим, а уходит воодушевлённым. Это как клавиатура: кто-то сам научится играть, а кому-то нужен учитель.

Для этого нужно понимать этологию — науку о поведении и инстинктах. Алкоголики часто обижают других: когда человеку плохо, он делает плохо другому — и ему становится легче. Это иерархический инстинкт.

В программе учат не обижать — даже мысленно. Для зависимого это критически важно. Он должен научиться быть добрым из состояния внутреннего счастья.

Можно ли изменить характер

— Можно ли изменить себя?

— Конечно. Когда человек стал алкоголиком — характер изменился, и это никого не удивляет. Почему же удивляет, что он может измениться, став трезвым и достойным человеком?

— Есть мнение, что зависимость нельзя вылечить, можно только заменить.

— Это некомпетентное мнение. В нашей клинике мы проверили 200 человек через два года после выхода из реабилитации. 144 из них оставались трезвыми. Таких данных в мире почти нет, потому что мало кто понимает, как это делать.

Важно всё: нейрофизиология, переобучение по 12 шагам и даже питание — необходимо менять пищевой инстинкт. Только тогда реабилитация работает.

Читайте окончание интервью: Пищевая зависимость связана с резкими скачками глюкозы — врач-нарколог Маршак