Нефтяной рынок дрожит: один неверный шаг Вашингтона может взвинтить цены до исторических максимумов

Американские санкции достигли предела: новые меры грозят самим США. Блицкриг провалился, а долгосрочная осада не разрушила российскую экономику — комментарий ведущего аналитика фонда национальной энергетической безопасности Игоря Юшкова в программе "Точка зрения" на Правда ТВ.

Санкции и нефть: экспорт держится

— Дональд Трамп заявил, что санкции против Роснефти, Лукойла и других компаний сохранятся. Под удар попадает почти весь нефтяной сектор: активы нужно продавать, иначе санкции распространятся и на партнёров. Индия также облагается 50% пошлиной за закупку российской нефти. Какие первые результаты этих мер?

— Подобные санкции уже вводились против Газпромнефти и Сургутнефтегаза, и они не снизили добычу и экспорт. Сейчас то же самое с Роснефтью и Лукойлом: объёмы сохраняются, но цепочка поставок усложнилась. Чтобы конечные покупатели в Индии и Китае не контактировали напрямую с подсанкционными компаниями, появляются дополнительные трейдеры и перевозчики. Со временем они тоже попадают под санкции, но их заменяют новые.

В итоге растут издержки, но для бюджета это не критично. Индия и Китай продолжают закупки, хотя теперь поставки идут более завуалированно — часть объёмов проходит через третьи страны, как это давно происходит с иранской нефтью. Для России это переходный период, но на доходы государства это радикально не влияет.

Лукойл под давлением: риск потери активов

— Главная проблема не санкции, а падение цен на нефть: в 2025 году она дешевле, чем в 2024-м, и доходы снижаются. Но санкции создают другую угрозу — зарубежные активы Лукойла.

Роснефть лишилась своих заводов в Европе ещё в 2022 году — Германия фактически их национализировала. А у Лукойла остаются значимые проекты: нефтеперерабатывающие заводы в Болгарии и Румынии, а также крупное месторождение Западная Курна‑2 в Ираке.

Именно эти активы сейчас под ударом. Лукойл пытался договориться о продаже, но американский регулятор заблокировал сделку с компанией "Ганбар", так как она не является американской.

Логика проста: вынудить Лукойл продать активы с большой скидкой американскому игроку.

Если покупателя не найдут, правительства Болгарии и Румынии могут сами национализировать заводы. Для них это вопрос энергетической безопасности: без поставок нефти предприятия остановятся, а страны останутся без топлива.

Ситуация остаётся неопределённой. Американцы продлили срок операций до середины декабря, дав время на поиск решения. Дальше возможны три сценария: продажа активов, их национализация или новая попытка согласовать сделку. Интрига сохраняется, и именно от исхода этих переговоров зависит будущее зарубежных проектов Лукойла.

Вертикальная интеграция и потенциальные покупатели

— С 5 декабря 2022 года поставки российской нефти морем в Европу запрещены. Болгария ещё какое-то время могла закупать, но в середине 2023‑го отказалась. Поэтому нефть Лукойла туда уже не поступала. Ранее компании строили вертикальную интеграцию: добыча — переработка — продажа топлива через собственные АЗС. Эта цепочка была разорвана.

Теперь активы Лукойла в Болгарии и Румынии интересны тем, кто хочет выстроить аналогичную схему. Среди потенциальных покупателей называют Chevron: у него есть добыча в Казахстане, нефть можно качать по Каспийскому трубопроводному консорциуму, доставлять танкерами в Европу и перерабатывать на заводах Лукойла, а затем продавать через сеть АЗС.

Американцы добиваются продажи со скидкой, фактически вынуждая Лукойл согласиться. Если компания откажется, Болгария и Румыния могут национализировать заводы. В этом случае Лукойл сможет судиться, требуя компенсацию. Но если он подпишет сделку, пути назад не будет.

Единственный аргумент в пользу продажи — обещание американцев пролоббировать разрешение, чтобы Лукойл получил хотя бы часть компенсации. Деньги положат на счёт в европейском банке, но воспользоваться ими можно будет только после снятия санкций.

Лукойлу предлагают выбрать: либо риск национализации без гарантий, либо продажа со скидкой с ограниченным доступом к средствам.

Нефтяные доходы под давлением: выдержит ли бюджет удар

- Если США введут вторичные санкции и Индия с Китаем перестанут покупать нашу нефть, насколько пострадает бюджет?

— Нефтегазовые доходы дают значительную часть бюджета:

• в 2024 году около 27%,
• в 2025‑м ожидается 24-25%,
• на следующий год заложено 22%.

Экспортная доля ещё меньше, но даже 10-15% — это серьёзно, каждый десятый рубль бюджета. Потеря этих доходов будет болезненной для экономики.

Однако США не спешат вводить полный запрет, как против Ирана или Венесуэлы. Там покупка нефти просто запрещена, но Китай всё равно берёт иранскую и венесуэльскую нефть. Давление на Индию связано скорее с торговыми соглашениями, чем с отказом от российской нефти.

Если же гипотетически Индия и Китай прекратят закупки, Россия столкнётся с реальной проблемой: мы экспортируем около 7 млн баррелей углеводородов в сутки. Потеря этих рынков ударит по бюджету, но не гарантирует политических изменений, поэтому США действуют осторожно.

Дефицит нефти: санкции против России ударят по США

— Мировое потребление нефти — около 100-104 млн баррелей в сутки. Если убрать российские объёмы, начнётся дефицит и резкий рост цен.

В 2022 году сокращение добычи всего на 1 млн баррелей подняло цену до 120 долларов за баррель, что стало шоком для рынка.

В США стоимость топлива напрямую связана с мировыми котировками. Тогда был установлен рекорд по ценам на бензин и дизель. И возникает вопрос. Что для Трампа важнее: надавить на Россию и завершить украинский конфликт или потерять политические позиции и нанести огромный удар по американской экономике?

Против Китая или Турции, крупных покупателей российской нефти и нефтепродуктов, пошлины не вводятся. Значит, речь скорее о политическом давлении, чем о реальном запрете. На деле без российской нефти возникнет глобальный дефицит, что невыгодно самим США как стране‑покупателю.

Теневой танкерный флот и санкционное давление

— Вторая часть санкционного давления связана с танкерным флотом. Его называют "теневым", потому что суда часто не застрахованы в привычных юрисдикциях. Эти санкции действенные, если они будут выявлять такие танкеры, перевозка встанет. С 5 декабря 2022 года, когда ЕС запретил морские поставки российской нефти и ввёл потолок цен, именно такой флот стал перевозить сырьё, игнорируя ограничения.

Многие танкеры не принадлежат российским компаниям и не ходят под российским флагом, но обслуживают экспорт. Попадание в санкционные списки США, Великобритании или ЕС не останавливает их работу. Проблем с вывозом нефти нет, хотя перевозка стала дороже.

Британские страховые компании жалуются на потерю рынка, но для России это лишь временные колебания.

• В 2022–2023 годах уже были скачки: разница между ценой Urals и Brent доходила до $30-34.
• В 2024–2025 годах она держалась на уровне $12-13, а новые санкции в отношении Роснефти и Лукойла временно подняли её до $20.
• Ожидается, что в течение месяца разница вернётся к прежним значениям.

Теневой флот продолжает работать, перевозки идут, а санкции лишь повышают издержки, но не создают дефицита.

Санкции на пределе: гонка давления и устойчивость российской экономики

— Новых идей для санкций против России почти нет. Сенатор Рубио признал: объекты для давления исчерпаны. Любые новые меры ударят по самой экономике США. Запрет на покупку российской нефти стал бы слишком болезненным для американского рынка.

Так что паниковать не стоит: санкционный блицкриг провалился, долгая осада тоже не разрушила экономику. США будут вводить новые ограничения против посредников, а Россия продолжит искать обходные пути. Это постоянная гонка, но она не приводит к краху.

Главная задача — максимально эффективно выстраивать экспорт и укреплять экономику. Давление сохраняется, период напряжённый, но устойчивость доказана.